— Ты сегодня ходил больше обычного, устал, да?
Внезапно она отложила перо и принялась нежно почёсывать его повисшие уши. Похоже, она решила, что его вялый и поникший вид — следствие обычной усталости.
— Может, пора спать?
Убрав дневник в ящик стола, Талия поднялась с места.
В тот момент его хвост сам собой дёрнулся. Смутившись от этой внезапной реакции, которую он не мог контролировать, он направился за ней к кровати. Но именно в этот момент раздался стук в дверь.
— Ваше высочество, прошу прощения, могу я войти?
Это был голос Марисен.
Талия, слегка нахмурившись, отозвалась:
— Что случилось?
— Я пришла передать новое лекарство, которое приготовила.
Талия в нерешительности помедлила, но затем накинула на плечи шаль и сухо произнесла:
— Ладно. Входи.
Вскоре в комнату решительно вошла целительница средних лет в безупречно сидящем серо-коричневом шерстяном платье. Талия даже не взглянула на неё и просто указала подбородком на полку.
— Оставь там и уходи.
— Раз уж я пришла, позвольте мне также проверить ваше самочувствие.
— Не нужно. Недавно Тиуран уже применила ко мне исцеляющую магию.
Ответив наотмашь, Талия взяла в руки книгу и махнула ладонью, недвусмысленно давая понять, что той пора удалиться. В то же мгновение лицо женщины едва заметно исказилось. Она заговорила жёстким голосом:
— Меня крайне тревожит, что вы чрезмерно полагаетесь на эту женщину.
С громким стуком закрыв ящик стола, женщина посмотрела на Талию и продолжила:
— Я не оспариваю тот факт, что Тиуран весьма одарённая целительница. Однако эта женщина, в конце концов, принадлежит роду Сиекан. Она волей-неволей обязана ставить интересы герцогства выше вашей безопасности, ваше высочество.
Воздух в комнате в одно мгновение заледенел. Захлопнув державшую в руках книгу с громким стуком, Талия уставилась на Марисен острым взглядом:
— На что это ты намекаешь?
— Среди вассалов начали звучать требования о том, что великому герцогу необходимо взять новую супругу. Похоже, они сочли, что из-за вашего слабого здоровья, ваше высочество, вряд ли удастся дождаться наследника. До меня дошли слухи, что когда его светлость ненадолго возвращался в замок, на него также пытались оказать мягкое давление по этому поводу.
Лицо Талии побелело.
Он свирепо уставился на целительницу, которая без умолку молола эту чушь. Почувствовав исходившую от него неприкрытую жажду крови, женщина на мгновение замялась, но тут же вернула себе самообладание и невозмутимо продолжила:
— К счастью, его светлость великий герцог решительно пресёк эти разговоры. Однако, если вы не сможете произвести на свет преемника, подобные требования будут звучать и впредь.
Марисен ненадолго умолкла, после чего приглушённым голосом добавила:
— В худшем случае они могут пойти на то, чтобы причинить вам вред.
— Хочешь сказать, что Тиуран может отравить меня по подстрекательству вассалов? — ледяным тоном бросила Талия.
Женщина опустила глаза и спокойно возразила:
— Осторожность ведь никому ещё не повредила. К тому же, эта женщина уже однажды нанесла урон вашему здоровью. Согласитесь, её нельзя назвать человеком, заслуживающим абсолютного доверия.
— Разве ты не своими собственными губами доказывала мне тогда, что тот случай был обычной ошибкой? — резко парировала Талия. — Почему ты теперь меняешь мнение?
— Я всего лишь хочу, чтобы ваше высочество не ослабляло бдительность — поэтому и осмелилась дать этот совет, — со вздохом произнесла женщина. — Умышленно или по неосторожности, но Тиуран занимает положение, позволяющее ей посягнуть на вашу жизнь. Вам необходимо обозначить между вами определённую границу.
В глазах Талии промелькнули настороженность, недоверие и тревога. Словно пытаясь скрыть это, она натянуто дёрнула уголками губ и издала нервный смешок:
— Выходит, тебе я, по-твоему, доверять могу?
— С какой стати мне вредить вам, ваше высочество? — с достоинством ответила женщина. — Я человек её величества императрицы. А её величество желает лишь одного: чтобы её старшая дочь прочно закрепила за собой статус великой герцогини Сиекан. И я намерена преданно помогать вам в соответствии с её волей.
После чего она учтиво склонила голову и добавила:
— Прошу вас, позвольте мне исполнить этот долг.
Внимательно посмотрев на неё, Талия наконец разомкнула губы:
— Чего именно ты от меня требуешь?
— Позвольте мне также регулярно проводить ваши осмотры. В последнее время вы доверили заботу о своём здоровье исключительно Тиуран. Отныне мы должны по очереди следить за вашим состоянием.
— И это всё?
— Кроме того, вы должны позволить мне проверять все снадобья, которые она использует. Только так мы сможем предотвратить непредвиденное несчастье.
Губы Талии плотно сжались. Похоже, ей претило это завуалированное внушение о том, что Тиуран способна причинить ей вред. Однако, рассудив, что у неё нет веских причин отказывать Марисен, она довольно угрюмо кивнула:
— Хорошо. Поступай как знаешь.
Затем она твёрдо и решительно добавила:
— Но учти: я не потерплю, чтобы ты, как прежде, бесцеремонно обращалась с Тиуран. Твёрдо помни, что она — тоже моя личная целительница.
— Я буду осмотрительна, — бесстрастно отозвалась женщина, после чего отвесила низкий поклон и покинула покои.
Проводив её спину недовольным взглядом, он тут же подошёл к шкафу и резким движением передней лапы смахнул стоявшую на полке склянку с лекарством.
Бутылёк с глухим стуком покатился по полу. Наступив на него лапой, он с хрустом раздавил стекло, и в воздухе мгновенно растёкся горьковатый аромат.
Он приблизил морду к осколкам разбитого стекла и осторожно лизнул вытекшую жидкость.
К счастью, специфической едкой горечи мака не чувствовалось. Пахло лишь корой ивы и гвоздикой. Была небольшая терпкость — верный признак присутствия мандрагоры, но эти компоненты часто применялись для облегчения хронических болей, так что снадобье вряд ли могло таить в себе опасность.
— Что ты творишь?!
Талия, которая до этого застыла на месте, опешив от его внезапной выходки, поспешно соскочила с кровати и крепко обхватила его за морду.
— Глупый! Ты думаешь, я пью это потому, что оно вкусное? А если ты отравишься?!
Обеспокоенно заглянув ему в пасть, она легонько стукнула его кулаком по голове.
Это был первый раз, когда он схлопотал от неё нагоняй с тех пор, как очутился в теле волка.
— И нечего на меня так жалобно смотреть, это не поможет. Будешь проказничать — пеняй на себя.
Строго отчитав его, Талия приказала служанкам, чтобы те убрали разбитое стекло, а самого его поволокла в купальню, где насильно заставила прополоскать рот. Похоже, она понятия не имела, что большинство магических тварей обладают врождённой устойчивостью к любым ядам.
Почувствовав, как внутри него разливается сладостное удовлетворение от её встревоженного, заботливого взгляда, он принялся неистово вилять хвостом.
Посмотрев на эту картину с нескрываемым изумлением, Талия в конце концов не выдержала и расхохоталась. При виде её светлого лица, словно рассеявшего тени, в его груди разлилось глубокое облегчение.
Если он мог хоть немного порадовать её, он был готов сколько угодно выставлять себя на посмешище — лишь бы эта женщина хоть каплю меньше грустила и не чувствовала себя одинокой.
— Ах ты, проказник, — прошептала Талия, крепко обняв его за шею и уткнувшись лицом в его пушистую шерсть.
Ощущая, как её сладкий запах заполняет всё его нутро, он с блаженством прикрыл глаза.
Как же ему хотелось, чтобы это мгновение длилось вечно.
Однако он прекрасно знал, что это лишь пустая мечта.
До вторжения зрамов в Кальмор оставалось чуть больше двух лет. Когда всё закончится, он должен будет вернуть её ему.
Если повезёт, он сможет и дальше оставаться подле неё в облике верного волка, но он никогда больше не сможет стоять рядом как её муж.
Этот шанс он безвозвратно упустил.
Теперь у него оставалось лишь одно-единственное желание: чтобы она была счастлива.
И возможность безмолвно оберегать её счастье со стороны — это всё, что ему было нужно.
* * *
Время утекало стремительно, подобно бурному речному потоку.
За это время тело Кана выросло почти в два раза.
Он, который ещё несколько месяцев назад был размером с крупную охотничью собаку, теперь достиг размеров пони, а мягкий и гибкий живот и ноги налились упругими мощными мышцами.