Вернувшись в городской дом после встречи с Эйприл в церкви, Педжин долго не мог толком спать.

В голове всё время было темно, а внутри тяжело.

Нервы без передышки скребли его, и всякий раз, когда с улицы доносился шум проезжающей кареты, сердце ухало вниз.

Врождённое исправить трудно. Природа, которая, как ему казалось, сильно переменилась за годы в военном училище — среди мальчишек, что то и дело пачкались и, расшумевшись, не умели уняться, — вернулась.

День за днём сон не шёл почти до утра, и оставалась одна борьба с натянутыми нервами; чтобы их унять, Педжин каждую ночь пил.

А когда наконец засыпал, кошмар начинался, будто только этого и ждал.

Во сне он искал Эйприл. В поместье Рунос, которое совсем превратилось в развалины.

Ему бессчётно докладывали о том, что внутри поместья Рунос, и он знал его устройство лучше кого бы то ни было. Как что выглядит и где что стоит.

И в этом так хорошо знакомом пространстве он не мог найти Эйприл.

Всякий раз, когда всё вокруг его качало, он вспоминал слова Эйприл. И то, что сам сказал ей: что попробует пожить, делая трудный выбор.

Она, наверное, и не вспомнит, а Педжин считал сказанное ей обещанием. Ел как следует и упражнялся.

И, собрав самых надёжных полицейских, совещался и искал выход.

А потом однажды к нему явился желанный гость. Весьма желанный гость.

* * *

Все компании, поставлявшие герцогству газ, корнями уходили в империю.

В том числе газ в трубы владений Рунос, где жила Эйприл, поставлял Джона Тэвиш из компании «Тэвиш».

Огромная сумма, содранная с владений Рунос, привела Джону Тэвиша в сильное возбуждение. Дела в герцогстве, по правде говоря, в сравнении с империей были всё равно что гроши. Оттого он и подумывал понемногу свернуть здешнее газовое дело и уехать в империю. То же касалось и других предприятий «Тэвиша».

И как раз тут ему привалили большие деньги, и он решил, что лучше всего поехать с ними в империю и завести там новое дело.

Вот только чтобы обосноваться в империи, средств было маловато. Хотелось поскорее набить карман, а тут, как назло, в герцогстве летом стояли белые ночи и время, когда жгут газовые рожки, заметно сокращалось.

Джона Тэвиш поразмыслил, нельзя ли содрать с Рунос ещё чего-нибудь, и вышел из дома, чтобы хотя бы попробовать. Раз получив такие большие деньги, он обрёл и жадность, и уверенность.

Не сможет заплатить сама — так и на этот раз заплатит Педжин Диеус. Он подумал, что и ему перепало от того, как ловко эта девка своим красивым лицом заморочила мужчину.

Джона Тэвиш поехал в городской дом Педжина Диеуса на новом чёрном роскошном автомобиле, купленном на плату за газ, вытянутую из Эйприл.

Он ждал в патио, и вышел Педжин в парадном полицейском мундире.

Джона сам не заметил, как поцокал языком.

Небеса-то как несправедливы.

Родились под одним небом, а таким восхитительным созданием вышел он один — и Джона на миг попенял богу.

Джона нарочито улыбнулся и спросил:

— Вы были на службе?

— Что вам нужно?

Педжин спросил, и Джона сказал:

— Оттого что и после уплаты за газ госпожа Эйприл продолжает им пользоваться. Вопрос о дальнейшей плате…

— Насколько мне известно, с тех пор она почти его не жжёт.

— Вовсе нет. Расходуется огромное количество.

Педжин склонил голову набок и посмотрел на Джону.

У этого газовщика не было ровным счётом никакой возможности проверить, сколько газа расходует Эйприл. Как раз поэтому он, похоже, и считал, что может врать сколько угодно.

Джона продолжил:

— И потому мы намерены выставлять примерно вот такую помесячную плату за газ. Кому её предъявлять?

Джона тихонько подвинул счёт.

Педжин посмотрел на счёт и невозмутимо ответил:

— Заплачу я. Сумма невелика.

— А, вот как! Да, приятно, когда разговор идёт быстро. Платить так, ежемесячно, выйдет дешевле, чем копить и вносить потом.

— Верно говорите.

Ответив так, Педжин тут же велел приготовить указанную в счёте сумму и сказал Джоне:

— Только… если найдётся доказательство, что в этом счёте плата начислена дважды, я потребую свои деньги обратно. И с очень большой пеней.

— Что, что? Начислена дважды? Помилуйте. Поместье Рунос выстроено в области, куда газ поставляет компания «Тэвиш». Других компаний тут нет.

— Вот как.

На том разговор и кончился, но, раз услышав такое, Джона ощутил подступающую тревогу.

Получив деньги, Джона, едва выйдя из городского дома, направился в свою контору. Чтобы проверить, откуда берётся газ, которым пользуются в поместье Рунос.

* * *

В порту Рунос, где не было ничего, собрались и ремонтники, и матросы, и первым делом появился кабак.

Скорее не кабак, а место, которое, как и в других портах, служило и постоялым двором, и харчевней.

После падения рода Рунос люди ушли, а здания остались. Стало быть, нужен был только человек, который взялся бы держать кабак, — и, к счастью, желающий нашёлся.

Эйприл не брала со стекавшихся в порт людей никакой платы за место.

Она поднялась на корабль и оглядела порт. Ирса, поднявшаяся следом, сказала:

— На море бы смотрела. Мы ведь в море пойдём.

— Я-то в море не пойду. Пусть смотришь ты.

— И то верно.

Ирса усмехнулась, отозвалась так, повернулась к морю и спросила:

— Но плату за место разве не надо брать? Сейчас-то немного, а как народу понемногу прибавится, это будут большие деньги.

— Ты видела, чтобы род Рунос брал с матросов за выпивку?

— Ни разу. Но это ведь дела прежних людей.

На эти слова Ирсы Эйприл ответила:

— В том, что говорят прежние люди, всегда есть своя правда. Какое бы дело ни было, начинается оно с того, что собираются люди.

Она смотрела на людской гомон в порту и продолжила:

— Сейчас мне нужнее всего наполнить людьми мои пространства. Мне это надо делать хоть за деньги — а люди сами приходят; разве не за что быть благодарной?

— Матросов ты тоже имеешь в виду?

— Матросы тут за всех.

От её ответа Ирса усмехнулась, повернулась и, оглядывая порт, сказала:

— И то. К капитану-левше вон сколько собралось. Да, и мне бы стоило быть благодарной. Как говорит судовладелица.

Разговаривая так и глядя на порт, Ирса заметила стоявшего там Педжина Диеуса и обернулась к Эйприл, смотревшей в ту же сторону.

Прочтя выражение их глаз, Ирса спросила:

— Прогнать?

— Хочется. А ты уверена, что полиция к тебе не придерётся?

— Не уверена…

— А остальные матросы?

— И что мы так бестолково жили всё это время…

Ирса вздохнула, а Эйприл кивком велела ей спускаться:

— Начнут трясти матросов — судно не выйдет. Забери их и посиди в кабаке.

— Ничего не случится?

— Ничего. Ему, верно, есть что сказать.

На слова Эйприл Ирса кивнула и спустилась в порт. И, пока она подталкивала матросов в спины, загоняя их в кабак, Педжин поднялся в док.

Эйприл тоже спустилась по трапу, приставленному к судну, и пошла к Педжину. Прошло две недели с их последней встречи в церкви.

За эти две недели Педжин, казалось, подрос ещё. И сложением стал крепче.

Первой заговорила Эйприл:

— Хорошо выглядишь.

— Ага, жил неплохо.

— Зачем приехал?

— Оттого что решился.

На его слова Эйприл переспросила:

— На что решился?

— Помогать тебе.

— Мне?

Эйприл сузила глаза и переспросила, а Педжин с невозмутимым лицом продолжил:

— Ты ведь говорила? Что хочешь, чтобы герцогство жило само по себе, независимо от империи.

— Да.

— Так вот, это невозможно.

— …

— Если имперская армия нагрянет прямо сейчас, герцогство исчезнет.

— Знаю.

— Нам тоже нужна армия.

— Разве её нет?

— Солдаты есть, а армии нет. Да и вообще: мы потомки пиратов, а флота нет — это ни в какие ворота.

— Тут… ты прав.

— Так вот, к чему я.

Педжин посмотрел вверх на корабль, потом на Эйприл и продолжил:

— Приедет новый начальник Особого следственного управления, а чтобы передать дела, лучше бы хоть раз пережить туман вместе, — так что мне велено вернуться в декабре. К тому времени я уеду в империю, и, наверное… больше мы не увидимся.

— Я…

— Ты думала, что в церкви мы виделись в последний раз? Не всё в мире выходит по-твоему, — пошутил Педжин.

Но Эйприл не улыбнулась.

Наоборот, Педжин, хоть и чувствовал в её взгляде ненависть, улыбнулся, будто услышал шутку. И продолжил:

— Не знаю, известно ли тебе, но у меня есть кое-какое состояние. Я ведь хорошо вкладываю.

Эйприл, и не слушая, поняла, к чему он клонит.

— Я думаю, что ты потерпишь неудачу, и всё-таки считаю, что это единственный случай, Эйприл Рунос.

— …

— Возьми моё состояние. Ради своей цели.