* * *

Вскоре из империи должен был прибыть новый начальник управления — имперец, и потому Педжин под предлогом утреннего сбора собрал немногочисленных полицейских родом из герцогства и спросил:

— Кто не проходил обряд совершеннолетия по обычаю герцогства?

На этот вопрос вместе с Логаном подняли руки ещё четверо. Были и такие, кому уже двадцать пять.

Педжин переспросил:

— Мы вскоре поедем в порт Рунос и проведём обряд по обычаю герцогства. Кто ехать не хочет, опустите руку.

Но не опустил ни один.

Вместе с Педжином — пятеро.

Пол окинул всех взглядом и спросил Педжина:

— А тем, кто обряд уже проходил, ехать нельзя?

— Тебе-то зачем?

— Поглазеть. Не отстраняйте меня.

Не успел он договорить, как полицейские, уже прошедшие обряд, разом вскинули руки:

— И я хочу поглазеть! Нельзя упустить такое смешное зрелище — обряд совершеннолетия в двадцать пять!

— Да кто в двадцать пять хочет проходить обряд по своей воле?

— Такое диковинное зрелище упускать нельзя.

Так они шумели, и в итоге все двенадцать полицейских управления родом из герцогства вызвались участвовать в обряде.

Логан, которому предстояло составлять их расписание дежурств, схватился за голову обеими руками и сказал Педжину:

— Я ведь уже проходил обряд по имперскому обычаю.

— Я тоже.

— Мне дарили цветы и духи.

— И поцелуи ведь тоже дарят?

— Это же не входит в обряд.

— А мне много надарили. Мне сказали, что это непременно надо.

— Вас надули.

— Ну, назад ведь не вернёшь. Придётся забыть.

Педжин невозмутимо отозвался и оглядел двенадцать полицейских родом из герцогства.

Участие в этом обряде было ещё и решением о том, как жить дальше.

Они пойдут за Педжином Диеусом. Что бы ни было.

Когда всё решилось и все разошлись, Логан и Пол подали Педжину знак, что им есть о чём поговорить.

Пока остальные полицейские управления приводили всё в порядок, чтобы встретить нового начальника, Логан и Пол остались в кабинете Педжина.

Логан заговорил тихо, боясь, что услышат:

— Вообще-то у меня новый фокус…

На шутку, которой он хотел разрядить обстановку, Пол сделал вид, что зажимает ему рот, и сказал:

— Не в этом дело, господин комиссар.

— И в этом тоже!

— Да замолчи ты! Так вот, дело о Ханне Коски.

От его слов Педжин нахмурился и посмотрел на Пола.

Пол продолжил:

— Эта девчушка жила в поместье госпожи Эйприл, а с недавних пор ведь поселилась в пансионе? И вот недавно её отец потащил её на фабрику, а полицейские герцогства помешали.

— Кто позволил уводить прислугу дома Рунос?

— Вот и я о том. Только она просила ни за что… ни за что не говорить госпоже Эйприл.

— И Эйприл до сих пор не знает?

— Да, пока не знает.

Педжин кивнул.

Полицейским, встречавшим нового начальника, он всё равно был бы в тягость, и потому Педжин, будто только и ждал случая улизнуть, сразу же вышел из здания управления.

* * *

Он поехал к Ханне Коски.

Девочка, сидевшая на уроке, услышав о приезде Педжина, выбежала с недоумением на лице.

Ханна, гадая, зачем он приехал, склонила голову набок, а потом мгновенно побелела и спросила:

— С барышней что-то случилось?

— Ничего. Успокойся.

— Если что-нибудь случится, обязательно скажите и мне.

— Даже если я не скажу, ты узнаешь первой. Ты ведь одна из самых дорогих Эйприл людей.

От этих слов Педжина Ханна с облегчением вздохнула:

— Это верно.

— Так вот, ты.

— Да.

— Говорят, у тебя беда с отцом?

От слов Педжина взгляд Ханны, только что успокоившейся при вести, что с Эйприл ничего не случилось, снова стал острым.

Тогда Педжин усмехнулся и продолжил:

— Незачем остерегаться. У меня и самого есть родня, которую хочется убить, — я понимаю.

Взгляд Ханны Педжину очень нравился.

— Из тебя выйдет прекрасный полицейский.

— Правда?

— Да. А значит, нельзя тратить такое дарование на то, чтобы отнять жизнь у какого-то пьянчуги. Так что потерпи и подожди немного.

— А если он навредит барышне?

— Вот с этим разберусь я.

От слов Педжина Ханна стиснула зубы, а потом глубоко вздохнула:

— Если я стану имперской полицейской, у меня тоже не станет ничего страшного — как у вас?

От слов девочки Педжин нахмурился.

Ханна продолжила:

— Полиция герцогства ведь никчёмная. Я хочу стать полицейской, как вы.

От бесхитростных слов Ханны Педжин какое-то время не мог ничего сказать.

Он не думал, что станет мечтой ребёнка, мечтающего о полиции. Мечта была очень дурной.

Педжин сказал:

— Если станешь имперской полицейской, Эйприл это не понравится.

— Правда?

— Встретишься — спроси. И к тому времени, когда ты станешь полицейской, полиция герцогства будет куда лучше нынешней.

На уговоры Педжина Ханна ненадолго задумалась и пробормотала:

— То, чего барышня не любит, нельзя.

— Разумеется.

А потом громко ответила:

— Да, поняла!

— Хорошо, тогда возвращайся и учись.

— До свидания!

Поклонившись, Ханна убежала, но вернулась и сказала Педжину:

— Вы обязательно должны защитить барышню!

Тогда Педжин рассмеялся:

— Я уже и жизнь свою на это поставил.

От этих слов Ханна застенчиво улыбнулась. И побежала в класс — учиться дальше.

* * *

После того как Педжин и Леон уехали, Эйприл почти сразу начала готовиться к обряду совершеннолетия.

Желающих приехать оказалось больше, чем она думала, но по сравнению с тем, что готовилось изначально, работы прибавилось немного.

Порт, притихший после ухода торгового судна, где капитаном была Ирса Джойс, снова зашумел от подготовки к обряду.

Готовить угощение в таком количестве, чтобы хватило всем осевшим в порту, было обычаем, унаследованным от пиратов.

Люди порта весьма радовались тому, что своими руками готовят роскошную еду, которую сами же и съедят.

Для того чтобы устроить обряд по обычаю, Эйприл непременно нужна была госпожа Ив.

Она и без того собиралась устроить встречу Баумана и госпожи Ив, так что лучшего случая было не найти.

Эйприл привезла обоих в порт, и они сработались куда лучше, чем она ожидала.

У госпожи Ив был безошибочный вкус, а у Баумана — руки, чтобы этому вкусу соответствовать.

— Здесь я хочу поставить побольше цветов, так что поднимите помост, Бауман.

— На сколько поднять, Ив?

Уже то, что за сутки после приезда они отбросили обращения и звали друг друга по имени, весьма обнадёживало.

Эйприл с трудом сдерживала смех, глядя, как Бауман торопливо бежит, стоит госпоже Ив его позвать.

К тому же, когда Педжин уедет в империю, госпоже Ив больше незачем будет жить рядом с его домом. А если она поселится у Рунос, для Эйприл это будет надёжнее некуда.

Место для обряда, устроенное госпожой Ив и Бауманом на молу, вышло безупречным и прекрасным.

Посреди мола Бауман поставил красивые врата. С людьми порта это заняло совсем немного времени.

Врата, соединяющие море и сушу.

Духовные врата, означавшие, что человек правого острова дорос до того, чтобы выйти в море.

Стоя под этими вратами, Эйприл задумалась. О завтрашнем обряде — и по большей части о свадьбе.