Ли У Шин преподавал две боевые системы. Первая — израильская крав-мага, вторая — MCMAP, программа боевых искусств корпуса морской пехоты США. 

Эти техники собрали в себе лучшее из различных боевых искусств, таких как джиу-джитсу, муай-тай, бокс и дзюдо. Они идеально подходили для ближнего боя и были особенно полезны для выживания.

Методы включали не только удары голыми руками, но и владение ножом и огнестрельным оружием, что делало эти боевые системы вершиной военных боевых искусств, созданных для убийства.

Такие тренировки на выживание идеально подходили Со Рён с её быстрыми рефлексами. С каждым спаррингом техника буквально впитывалась в тело, а и без того хорошая интуиция становилась ещё острее.

Ах… Если бы только всё обучение было про боевые искусства. В последнее время тренировки приносили ей настоящее удовольствие. Было бы идеально, если бы так продолжалось дальше…

С этими наивными мыслями Со Рён жадно набивала рот в столовой, где сегодня царила почти похоронная атмосфера. Украдкой взглянув вокруг, она увидела, что лица всех бойцов были мрачными.

— Эй… Может, нам стоит попрощаться заранее? — пробормотал один из них, угрюмо глядя на свой нетронутый поднос.

— Говорят, больше половины скоро уйдёт.

— Бля… Я бросил всё, чтобы не участвовать в этом пиздеце, а теперь придётся снова через это пройти.

— Лучше уж наёмником служить где-то за границей, чем получать 1,7 миллиона вон и изображать верность Корее. 

— Да, в этом есть смысл… но…

Вздохи и тяжёлое молчание повисли в воздухе.

— Только бы не с инструктором Ли У Шином, — пробормотал кто-то, качая головой.

Со Рён продолжала жевать, прислушиваясь к разговору товарищей.

— Я точно не хочу быть с ним в одной комнате.

— Да уж… Я тоже слышал о нём.

Мужчины выглядели как люди, пишущие завещания. Вдруг один из солдат, который часто болтал с инструкторами, самодовольно наклонился вперёд.

— Знаете, есть одна частная военная компания, известная своей жестокостью. Она состоит из бывших солдат южноафриканской армии и называется Terrible Ones. («Ужасные»)

— ….

— В общем, в 70-х была чертовски жестокая гражданская война — «Кровавые алмазы». Повстанцы отрубали гражданским руки и ноги топорами.

— А, да… Это, кажется, было в Сьерра-Леоне?

— Точно. Так вот, эти южноафриканские наёмники тогда вмешались. Говорят, они ловили повстанцев и ели их, чтобы отомстить. Всё зафиксировано в записях.

— ….

— И угадайте, кто оттуда? Наш инструктор Ли У Шин.

Чему он мог там научиться…

С этими словами в столовой повисла абсолютная тишина. Все присутствующие будто разом потеряли аппетит и молча потянулись за водой. А Со Рён, наслаждаясь обедом, спокойно спросила:

— А что будет, если оказаться в одной комнате со старшим инструктором?

Лица товарищей одновременно исказились, словно они только что вспомнили о её присутствии.

— Для начала подвесит вниз головой.

— ….

— Потом… изобьёт, ну это само собой. Электрошок, принудительное кормление. Говорят, иногда колет препараты, разрушающие нервы.

— ….

— Ещё может закопать голову в землю, есть пытки огнём, водой, бамбуковыми кольями… Даже доходит до методов, которые использовались ещё во времена Чосона…

Лица бойцов стали серыми. В столовой витала тяжёлая атмосфера.

Со Рён, доев последние крошки, отложила ложку и прополоскала рот водой. Поставив стакан, она спокойно спросила:

— Откуда ты всё это знаешь?

— Потому что я всегда проваливался в спецназе из-за того, что не мог этого выдержать.

Это был тот самый этап программы, из-за которого большинство участников сходили с дистанции. 

48 часов интенсивного тренинга в условиях, имитирующих допрос пленного. Простым языком — тренировки пытками.

После пробежки бойцов ждали инструкторы в солнцезащитных очках. Собравшись на плацу, они тяжело дышали и жадно пили воду.

Из-за того, что она слышала утром, Со Рён всё время украдкой поглядывала в сторону инструкторов. В этот момент они подошли к курсантам и начали раздавать каждому по маленькому листку бумаги.

— Откройте и запомните за десять секунд, — коротко скомандовал Ли У Шин.

Со Рён нахмурила брови и развернула свой листок. На нём были написаны странные координаты.

59.9343°N, 30.3351°E.

Она мысленно повторила эти бессмысленные цифры. Тем временем Ли У Шин проверил время на своих армейских электронных часах и объявил:

— С этого момента начинается тренировка по сопротивлению утечке информации.

 Кто-то из бойцов тяжело вздохнул.

— Официально это так называется, но проще говоря, — тренировка пытками.

Он ухмыльнулся, как будто знал, что это произведёт эффект.

— На бумаге указаны данные о задании: название операции, цели, маршруты, точки сбора, воздушное снабжение и прочее. Всё просто. Вам нужно лишь сохранить в тайне ту информацию, которую вы только что запомнили.

Шумное дыхание бойцов постепенно стихло.

— С этого момента инструкторы будут применять все возможные, даже самые ебейшие способы, чтобы заставить вас заговорить.

От холодного и безжалостного голоса она вздрогнула. Со Рён снова сосредоточилась на координатах, повторяя их про себя: 59.9343°N, 30.3351°E. Почему-то язык пересох, а сердце бешено заколотилось.

— Многие вылетят на этом этапе. Но те, кто выдержат, с высокой вероятностью дойдут до конца.

На мгновение ей показалось, что его взгляд остановился на ней, но из-за солнцезащитных очков она не была уверена.

— В ходе этого испытания вы научитесь преодолевать боль и правильно вести себя на допросах. 

Ли У Шин многозначительно ухмыльнулся. 

— Удачи. Надеюсь, увидимся снова в полном составе.

И как только инструктор закончил говорить, один из бойцов в первом ряду пошатнулся и рухнул на землю.

Что… это было? Все в оцепенении уставились на упавшего. Но страннее всего было то, что инструкторы даже не взглянули в его сторону, будто ничего не произошло. 

Они стояли, сложив руки за спиной, и сохраняли абсолютное спокойствие. Единственными, кто выглядел растерянно, были сами бойцы.

Со Рён напряжённо наблюдала за происходящим, и вдруг мир перед глазами поплыл.

— О… 

Она почувствовала, как силы покидают тело. Странно, но она не могла пошевелить ни одним пальцем. Со Рён пыталась сопротивляться до конца, но сначала подкосились колени, а затем тело рухнуло на землю.

Перед тем как её веки окончательно закрылись, Со Рён заметила, что падает не только она. Почти все, кто стоял по стойке смирно, начали терять равновесие и валиться на землю.

Последнее, что она успела увидеть перед тем, как её сознание поглотила темнота, были чёрные солнцезащитные очки.