Контент удален!

Он напряг все свои чувства, внимательно следя за выражением лица и каждым движением женщины. Та непринуждённо продолжила:

— На приготовление лекарства уйдёт несколько дней. Как только я раздобуду новые ингредиенты, сразу приступлю к изготовлению, так что самое позднее к следующей неделе…

— Спасибо, но я откажусь, — Талия решительно махнула рукой. — Я не настолько отчаялась, чтобы прибегать к такому лекарству.

Только тогда он выдохнул задержанный воздух. Однако ощущение того, что кровь в его жилах до сих пор леденеет, рассеиваться не спешило. Он глубоко вдохнул и внимательно следил за реакцией Тиуран.

Женщина с лёгкой улыбкой на губах смотрела на Талию взглядом, каким обычно смотрят на младшую сестру. Если это мягкое выражение лица было притворным, то женщина, несомненно, обладала врождённым актёрским талантом.

Женщина мягко добавила:

— Хорошо. Но если вдруг передумаете, дайте знать в любое время.

С этими словами она бережно заправила за ухо выбившуюся у Талии прядь. От того, как охотно Талия принимала эти прикосновения, его пронзила боль, словно от удара клинка, а вместе с ней поднялась невыносимая ярость.

Не сумев подавить убийственный порыв, взметнувшийся подобно степному пожару, он с силой оттолкнул Тиуран. Женщина с криком повалилась назад. Он тут же ринулся вперёд, свирепо оскалив клыки, но застывшая от ужаса Талия бросилась к нему и обхватила за загривок.

— Кан!

Он рефлекторно остановился. Однако взгляд по-прежнему был прикован к лицу Тиуран. Словно прочитав в его глазах враждебность, женщина в страхе попятилась назад.

Талия сильно потянула его за ухо и повысила голос:

— Не смей, Кан! Что на тебя вообще нашло?

Несмотря на грубое обращение, он даже не шелохнулся. Увидев, как он рычит, словно вот-вот бросится на Тиуран, Талия громко крикнула:

— Не стой столбом, скорее жги снотворную траву! Самую сильную!

Женщина, до этого нерешительно пятясь назад, поспешно поднялась и бросила в камин пучок высушенных трав. Почти одновременно дверь спальни распахнулась, и двое стражников, стоявших у двери, ворвались внутрь и навалились на него, пытаясь удержать.

Он инстинктивно забился, выворачивая тело. Но, услышав умоляющий голос Талии, в котором смешивались всхлипы, прекратил сопротивляться.

— Пожалуйста, пожалуйста, не надо. Кан…

Не упуская момента, когда он замешкался, один из стражников обмотал цепью его задние лапы. Тем временем другой солдат уложил его набок, прижал к полу и приставил нож к загривку. Увидев это, Талия пронзительно закричала:

— Не смей! Если вы причините Кану вред, я вам этого не прощу!

Стражник вздрогнул и замер. Талия, со слезами на глазах глядя на солдата, обняла его голову, словно защищая, и крикнула Тиуран:

— Скорее принеси успокоительное! Самое сильное!

Тиуран, до этого стоявшая совершенно неподвижно, тут же схватила с полки пузырёк с лекарством и подбежала. Талия выхватила его и влила лекарство ему в пасть.

Он бессильно посмотрел снизу на её заплаканное лицо, а затем перевёл взгляд на Тиуран. Женщина отступила на шаг и изучающе смотрела на него.

В её взгляде читались настороженность и подозрение, и внутри него вновь вспыхнул яростный убийственный порыв.

Он угрожающе оскалил зубы и отчаянно забился всеми четырьмя лапами, пытаясь вырваться из пут. Однако силы постепенно покидали его тело. Наконец его сопротивление ослабло, и Талия резко поднялась и бросилась к женщине.

— Ты в порядке? Не ушиблась?

— Я… в порядке. Не волнуйтесь, — женщина погладила Талию по плечу и сказала дрожащим голосом.

Талия с тревогой осмотрела её побледневшее лицо, а затем через плечо оглянулась на него.

Впервые прочитав в обращённом на него взгляде густой страх, Кан крепко зажмурился. Переполнившие его ярость и печаль хлынули слезами.

Мир не должен был быть настолько жесток к ней.

Такого просто не должно было случиться.

* * *

Убедившись, что Кан полностью потерял сознание, солдаты осторожно поднялись и обмотали тело волка тяжёлой цепью.

Талия с застывшим лицом наблюдала за происходящим, но когда солдаты попытались утащить Кана, поспешно преградила им дорогу у двери.

— Куда вы собираетесь отвести Кана?

— Пока что запрём его в подземной клетке.

— Нет!

Талия пронзительно вскрикнула и в отчаянии схватила за руку солдата, державшего цепь. От неожиданного прикосновения мужчина вздрогнул и застыл, глядя на неё сверху вниз.

Талия умоляюще сказала:

— Нет необходимости заходить так далеко. Кан просто ненадолго перевозбудился. Он не собирался никому причинять вред!

— То, что только что произошло, выглядело совершенно не так.

Мужчина сухо произнёс:

— Судя по тому, как поспешно вы дали ему лекарство, разве вы сами не решили, что этот зверь опасен?

Талия не смогла найти, что возразить, и лишь шевелила губами. Увидев это, Тиуран спокойно заговорила:

— Ничего настолько серьёзного не произошло. Похоже, из-за того, что я вскрикнула от неожиданности, произошло недоразумение.

— Недоразумение?

— Да. В последнее время Кан постоянно портит постельное бельё и ковры, поэтому я хотела немного подрезать ему когти. Но он слишком сильно забился, поэтому слегка толкнул меня, и я просто упала. А лекарство я использовала потому, что Кан, похоже, слишком сильно возбудился, и я хотела поскорее его успокоить.

Стражники недоверчиво усмехнулись.

— То есть вся эта суматоха произошла всего лишь из-за того, что вы хотели подрезать ему когти?

— Да, простите, что заставила вас встревожиться.

Тиуран невозмутимо ответила и вежливо поклонилась. Мужчина с подозрением посмотрел на неё, затем перевёл взгляд на Кана и спросил:

— Вы точно уверены, что всё в порядке? Что будете делать, если этот зверь снова разбушуется после пробуждения?

— Этого не случится.

Талия поспешно вмешалась:

— Просто вы внезапно набросились на него и начали удерживать, поэтому он стал сопротивляться ещё сильнее. В обычной ситуации он никогда бы так не разбушевался.

Взгляд стражника слегка исказился. Похоже, он не мог безоговорочно согласиться с её словами. Однако, видимо, не желая продолжать спор, мужчина тихо вздохнул и слегка кивнул.

— Хорошо. В таком случае мы оставим его здесь. Но как только волк придёт в себя, мы проверим его состояние, и только тогда снимем цепи.

Вскоре солдаты гурьбой вышли наружу. Талия тут же заперла дверь и бессильно опустилась на пол. Тиуран подошла к ней и обеспокоенно посмотрела на неё.

— Вы в порядке?

— Да. Просто напряжение спало.

Глубоко вдохнув, Талия посмотрела на Кана. Тот, плотно обмотанный цепью, лежал совершенно неподвижно, словно мёртвый. Вдруг её охватил страх, и она подошла ближе, ощупав грудь волка. К счастью, она почувствовала сильное биение сердца. Охваченная сильнейшим облегчением, Талия крепко обняла волка. Сколько она так просидела? Когда её испуганное сердце немного успокоилось, Талия подняла голову и тихо спросила:

— Почему Кан вдруг так отреагировал? Он ни разу раньше не скалился на тебя вот так.

— …Возможно, среди трав, которыми я сегодня занималась, была такая, что могла возбудить ужасного волка, — Тиуран сказала это неуверенным тоном. — Сегодня я получила несколько лекарственных трав с юга и готовила из них снадобья. Может быть, Кана раздражил незнакомый запах?

— Но ты находилась в этой комнате уже несколько часов. До этого он был спокоен, а потом вдруг так остро среагировал — разве такое возможно?

— …Я и сама точно не знаю почему.

Тиуран пробормотала с мрачным выражением лица. Только тогда Талия подумала о том, что сама Тиуран, вероятно, была напугана ещё сильнее, чем она, и поднялась, взяв её за руку.

— В любом случае, ты, наверное, сильно испугалась из-за Кана. Спасибо, что всё равно его защищала.

— Не стоит благодарности, — Тиуран мягко улыбнулась. — Я тоже люблю Кана не меньше вас, ваше высочество. Не думаю, что этот ребёнок попытался бы причинить мне вред без всякой причины.

У Талии от благодарности защипало в глазах. Похлопав её по плечу, целительница мягко добавила:

— Но поскольку мы не знаем, что именно вызвало такую реакцию у Кана, мне лучше уйти.