Контент удален!

Через некоторое время, когда, видимо, начало действовать средство, дыхание волка стало сбиваться, а движения заметно замедлились.

Только тогда, словно почуяв неладное, волк поднял дрожащие веки и посмотрел на неё.

Заметив в серо-голубых глазах слабый страх, Талия поспешно поднялась с места и обняла огромное тело волка.

— Всё хорошо. Я не собираюсь причинять тебе вред.

Кан то и дело мотал головой, пытаясь прогнать подступающую сонливость, а затем внезапно оттолкнул её и бросился к стене.

Талия испуганно вскрикнула.

— Кан!

Раздался грохот, и стена сильно содрогнулась.

Пошатнувшись от сильнейшего толчка, Кан резко развернулся в противоположную сторону. Осознав, что он снова намеревается навредить себе, Талия рванулась вперёд и крепко схватила его за загривок.

— Не надо! Я не собираюсь делать тебе ничего плохого!

Низко зарычав, Кан вцепился зубами в подол её платья. Видя, как отчаянно он цепляется за любую возможность не потерять рассудок, у Талии тревожно ёкнуло сердце. Она ещё крепче прижала голову Кана к себе.

— Успокойся. Кан, ничего не случится. Обещаю.

Кан с трудом поднял голову и посмотрел на неё.

Она мягко гладила встревоженного Кана и снова и снова шептала ему на ухо:

— Тсс, тсс… Всё хорошо, Кан. Всё будет хорошо.

Волк слегка извернулся, словно отвергая её прикосновения, а вскоре потерял сознание и обмяк.

Талия слегка отступила в сторону, чтобы не оказаться придавленной тяжёлым телом Кана.

— Живее позовите Тиуран!

Стоявшие поодаль в оцепенении служанки тут же сорвались с места и выбежали из комнаты.

Талия опустилась на пол и нащупала грудь Кана.

Она не сомневалась в способностях Тиуран, но всё же боялась, что снотворное могло вызвать в организме Кана какой-нибудь непредвиденный побочный эффект. К счастью, под ладонью ощущался ровный пульс. Только тогда она наконец выдохнула сдерживаемый до этого воздух, и тут за дверью раздался спокойный голос Тиуран:

— Вы меня звали, ваше высочество. Могу войти?

— Входи!

Едва получив разрешение, Тиуран открыла дверь и вошла. Талия поспешно поманила её рукой.

— Сначала осмотри Кана. Как только подействовало лекарство, он вдруг бросился на стену. Может, он увидел какую-нибудь галлюцинацию?

— Лекарство, которое я использовала, лишь временно лишает сил и вызывает потерю сознания. Скорее всего, он пытался заглушить затуманивающийся разум физической болью, чтобы не отключиться.

Тиуран спокойно ответила, опустилась на колени рядом с Каном и положила руку ему на голову. Похоже, она влила в него магическую силу.

Некоторое время Тиуран не двигалась, а затем выпрямилась и устало вытерла пот со лба.

— Ничего серьёзного нет, так что не беспокойтесь. Примерно через полдня он проснётся.

— Я всего лишь хотела ненадолго его усыпить… Я и подумать не могла, что он так бурно отреагирует, — Талия говорила, с трудом сдерживая слёзы. — А если, когда он проснётся, он меня возненавидит?

— Ну что вы, такого не будет. Кан умный, он обязательно поймёт, что у вашего высочества просто не было другого выхода, — Тиуран мягко погладила её по плечу и продолжила. — К тому же вы ведь не можете и дальше просто оставлять Кана в таком состоянии.

Талия напряжённо застыла. Она и сама тревожилась из-за того, что Кан всё больше выходит из-под контроля, но где-то в глубине души всё ещё считала, что он просто временно стал более раздражительным.

— …Неужели всё настолько серьёзно?

— Если говорить откровенно… если так будет продолжаться, действительно произойдёт что-то непоправимое.

Голос Тиуран прозвучал мрачно и тяжело.

— Вы ведь сами видели, как Кан напал на Марисен. И после этого он ещё несколько раз проявлял агрессию. Возможно, в нём пробуждается его истинная природа чудовища.

— Н-но ведь он не всегда такой. Обычно он смирный.

— Достаточно одного раза потерять контроль — и всё кончено. Если Кан снова причинит человеку вред, тогда пострадаете не только он, но и вы, ваше высочество.

Талия сглотнула. В глубине души она и сама испытывала те же опасения, поэтому не могла отрицать слова Тиуран.

— Тогда… Что же нам теперь делать?

— Для начала стоит уменьшить привязанность Кана к вам, — решительно заявила Тиуран. — Как вы знаете, Кан очень сильно к вам привязан. Поэтому он не выносит, когда кто-то приближается к вам, и реагирует агрессивно.

Талия не смогла сразу возразить вполне убедительному объяснению и лишь плотно сжала губы. Тиуран крепко обхватила её за плечи обеими руками и серьёзным тоном продолжила:

— Если так будет продолжаться, вам в конце концов придётся навсегда расстаться с Каном. Пока этого не случилось, вы должны как следует научить его, что есть границы, которые нельзя переступать.

— И как именно это сделать? — Талия нетерпеливо спросила.

— Для начала приучить его жить в разлуке с вами.

Тиуран без запинки продолжила:

— На несколько дней изолируйте Кана в другом месте. Если постепенно увеличивать время, которое он проводит отдельно от вас, он естественным образом поймёт, что ему не нужно тревожиться, даже когда вас нет рядом.

Талия с напряжённым лицом посмотрела на Кана. Ей и так было невыносимо стыдно за то, что она опоила его снотворным, а теперь его предстояло ещё и запереть в другом месте?

— Неужели обязательно так делать? А если он после этого возненавидит меня навсегда?..

— Родители иногда должны быть готовы к тому, что ребёнок будет их винить.

Тиуран перебила её на полуслове.

— Если вы и дальше будете только защищать Кана и потакать ему, однажды расплачиваться за это придётся невиновному человеку. В итоге в затруднительном положении окажетесь и Кан, и вы, ваше высочество.

Талия прикусила губу.

Тиуран права. Если не исправить всё сейчас, она может окончательно потерять Кана.

Талия некоторое время молча смотрела на крепко спящего волка, затем подняла голову с решительным выражением лица.

— Хорошо. Нужно найти место, где можно будет изолировать Кана.

— Под флигелем есть пустой склад с толстыми каменными стенами. Там Кан, сколько ни беснуйся, ничего не сможет сделать, — Тиуран выпалила это без колебаний.

Талия слегка нахмурилась. Похоже, она уже давно планировала изолировать Кана и лишь ждала возможности убедить в этом Талию.

«…Учитывая, что всё это время он угрожал ей, неудивительно».

Заставив себя подавить горечь, Талия поднялась. Затем она вызвала стражников, чтобы те перенесли Кана. Получив приказ, солдаты тотчас подняли Кана и вынесли из спальни.

Всё время, пока они двигались к флигелю, она зорко следила, чтобы с Каном обращались осторожно. К счастью, солдаты обращались с волком очень бережно. Видимо, они боялись, что Кан проснётся и нападёт на них.

— Вот здесь.

Наконец они подошли к складу с железной дверью. Тиуран отдёрнула занавеску на окне с железной решёткой и указала на помещение.

Талия остановилась у двери и внимательно осмотрела комнату. Видимо, её заранее убрали: в просторном прямоугольном помещении стояло лишь несколько пустых шкафов.

Она приказала убрать и их, после чего велела постелить на полу толстый ковёр. Затем она разложила по комнате несколько любимых Каном подушек и одеял, а также несколько своих плащей, пропитанных её запахом, и поставила в глубине комнаты таз с водой и миску с едой.

Когда все приготовления наконец закончились, солдаты осторожно опустили Кана на мягкий ковёр.

Талия присела рядом и некоторое время расчёсывала его шерсть. Она не могла заставить себя уйти, оставив Кана здесь одного.

— Вам пора вставать. Скоро действие лекарства закончится.

— А нельзя мне уйти после того, как он проснётся? Вдруг он проснётся один в незнакомом месте и решит, что я его бросила? — со слезами на глазах произнесла Талия.

Тиуран решительно подняла её на ноги.