«Если ты оставила мне свою последнюю силу из жалости…»
Несколько слуг бросились за ним следом, но остановить его не смогли. Экиан помчался прямо к конюшням и вскочил на коня.
«Пожалуйста… дай мне увидеть её снова».
Не слыша окликов за спиной, он во весь опор поскакал к Святыне Последней Жрицы.
Молясь.
Молясь, чтобы там нашёлся хоть какой-нибудь ответ.
То ли из-за беременности, то ли потому, что она впервые за долгое время почувствовала себя спокойно…
В последнее время её клонило в сон буквально на каждом шагу.
Джудит дремала в гамаке за хижиной, купаясь в послеполуденном солнце.
Даже сквозь сон запах трав, сушившихся на солнце, и далёкое щебетание птиц казались умиротворяющими.
В полудрёме она увидела сон. Осознанный — такой, где она понимала, что спит.
Во сне Мастер с чёрными волосами плакал. Казалось, он звал её по имени… а может, ребёнка.
Джудит вообще редко видела сны, но с тех пор, как забеременела и оказалась здесь, подобное стало случаться время от времени.
Ей снилось, как Мастер страдает и ищет их. Лицо его расплывалось, рассмотреть черты было трудно, но он явно мучился и искал их.
«Ах… с нами всё хорошо…»
Страннее всего было то, что вид Мастера в таком состоянии почему-то приносил ей облегчение.
Потому что давал уверенность: вопреки худшему исходу, к которому она готовилась, Мастер не отвернётся от них с мыслью: «Я никогда не хотел этого ребёнка…»
Для той, кто заранее смирилась даже с возможностью быть брошенной, это стало утешением.
Она поклялась, что и без Мастера вырастит ребёнка сильным и стойким, но… на самом деле хотела, чтобы он был рядом.
Как бы ни привыкла Джудит отказываться от желаний, она всё равно хотела, чтобы у ребёнка был отец.
Когда-то, работая наставницей, она бывала в мирных домах простолюдинов.
Среди них был добрый муж, который читал сказки вслух животу беременной жены, ожидавшей то ли третьего, то ли четвёртого ребёнка.
В последнее время эти тёплые сцены всё чаще всплывали у неё в памяти. Наверное, Джудит им завидовала — человеку рядом, с которым можно вместе ждать появления ребёнка.
Поэтому она надеялась, что Мастер придёт искать их. Теперь ей казалось: даже если он предстанет перед ней неидеальным — ничего страшного. Нет, даже если она до конца жизни так и не увидит его лица — тоже ничего. Лишь бы он оставался рядом.
«Малыш…»
Даже во сне Джудит думала:
«Раз мне приснился такой сон, значит, меня будто бы не бросили. И я благодарна этому сну…»
Наверное, из-за того, что ей снова и снова снилось, как Мастер ищет её и ребёнка, постепенно стало казаться: когда-нибудь они непременно встретятся вновь.
Неожиданная польза от частых снов.
И в то же время Джудит подумала о другом.
«Ах, я…»
Даже в таком мирном месте, в такой безопасности, проводя тёплые дни рядом с Кастин…
«Я… не в порядке».
Когда видишь, как страдает любимый человек, положено грустить или чувствовать боль. Но если вместо этого становится легче, значит… страдаешь ты сама.
На самом деле ей было одиноко, страшно и пусто. Она отчаянно старалась зарыть эти чувства поглубже и отвернуться от них.
Сколько она ещё бродила в этом сне? Джудит резко очнулась от встревоженного голоса Кастин.
<Ют, Ют!>
<Да?>
Джудит распахнула глаза и приподнялась в гамаке. Кастин подбежала к ней с растерянным, озабоченным лицом.
<Что же нам делать?>
Такого смятения на лице Кастин Джудит ещё никогда не видела. Она спокойно спросила:
<Что случилось?>
<Ах, ну… Сетан кое-что передал.>
Сетан был бродячим торговцем краденым и часто появлялся в этих местах.
Джудит однажды тоже купила у Сетана детские башмачки. Удержаться было невозможно — такие они были крошечные и милые.
<Говорят, в регионе Артен, за горами, сейчас полный хаос. Из-за набегов варварских племён много раненых, а лекарей, похоже, не хватает.>
<Ах, правда?>
Джудит перебрала в памяти всё, что знала.
Она прожила здесь не так уж долго, но дни в Империи уже казались прошлой жизнью.
Так или иначе, Артен был регионом, куда Император отправился с инспекцией, и даже в обычное время туда, по слухам, часто вторгались варварские племена.
Собственно, торговля с этими местами теперь и была затруднена именно потому, что варвары перекрыли дорогу.
<Вот почему они добрались даже до меня, чужеземки. Я сказала, что я травница, а не лекарь, но они ответили: им нужен всякий умелый человек, какого только удастся найти.>
Джудит опустила взгляд и ненадолго задумалась.
«Что-то странно. Не хватает лекарей? Если Император там, он должен был уже собрать всех лекарей в округе».
Лекари, в каком-то смысле, тоже были ресурсом.
Но чтобы там, где находится Император, возникла нехватка ресурсов… такое невозможно было даже представить.
Эта деревушка стояла в такой глуши, что узнать более подробные новости из Империи было невозможно.
<Говорят, если я соглашусь поехать, мне даже выделят охрану и безопасно отвезут туда в карете… И вроде бы сами варвары сейчас в смятении.>
<Правда? Ты уверена? Это не опасно?>
<Сказали, нападения теперь совсем не такие, как раньше, а варвары будто сбились с толку. И всё повторяли: новых набегов можно не опасаться.>
На лице Кастин мелькнуло колебание.
Изначально путь в Империю был отрезан из-за варваров, но если рыцари из Артена сами будут сопровождать их, дорога окажется не слишком долгой и не такой уж опасной. Возможно, стоило поехать.
Джудит тихо смотрела на её колеблющееся лицо, а потом мягко улыбнулась и спросила:
<Кастин, ты ведь хочешь поехать?>
<Ну… по правде говоря, у меня есть умение помогать людям, и сидеть сложа руки кажется неправильным.>
Кастин была хорошим человеком. И если бы сейчас она не жила вместе с Джудит, то приняла бы предложение сразу.
Она относилась к тем, кто считал: если на кону жизни, дарованными способностями следует помогать другим даже без платы.
Но колебалась она из-за Джудит.
Джудит была беременна, чужеземка в этой деревне, и Кастин вполне естественно тревожилась, оставляя её одну.
Почувствовав это, Джудит ласково сказала:
<А можно я поеду с тобой, Кастин? Я беременна, но ты сама говорила, что сейчас у меня спокойный срок. Разве такая поездка мне не по силам?>
Если она хотела узнать, что происходит в Империи, лучше всего было отправиться туда самой. Уже некоторое время Джудит мучило любопытство: какие события разворачиваются в самой Империи?
<Я могу назваться твоей помощницей. К тому же они присылают и охрану, и карету. Кажется, это неплохая возможность.>
То, что лекарей искали даже в такой глуши, настораживало. Будто с этой территорией что-то было не так. Будто она осталась без хозяина.
Похоже, люди на местах в тревоге рассылали просьбы о помощи по ближайшим округам, потому что не было вышестоящего лица, к которому можно было бы официально обратиться.
«Неужели… с Императором действительно что-то случилось? Всё определённо выглядит странно».
Будущее, которое она когда-то знала, больше нельзя было назвать будущим. В конце концов, Алтейон был жив и уже очнулся, а Экиан вовсе не отправлялся тайно на задание.
Они вполне могли внезапно ударить и сразу что-то сделать с Императором.
А следующие слова Кастин лишь укрепили подозрения Джудит.
<По тому, что я слышала, там, кажется, и правителя нет. Такой хаос… точно всё будет хорошо?>
<Вот как? Тогда, может быть, среди этой неразберихи мне как раз удастся узнать больше.>
Если Император мёртв, ей больше не нужно скрываться. Она сможет просто какое-то время понаблюдать за обстановкой и, если понадобится, обратиться в благотворительную больницу Содэн.
Да, это далеко, но ей уже становилось неловко постоянно полагаться на Кастин.
Нецензурные выражения и дубли удаляются автоматически. Избегайте повторов, наш робот обожает их сжирать. Правила и причины удаления