Онлайн чтение книги Я притворялась беременной, но мой муж вернулся I Faked a Pregnancy, but My Husband Returned
1 - 43

— Что случилось?

Экиан спросил безразличным тоном. На самом деле он в это время обдумывал способы не допустить Хада на императорский банкет.

Поскольку Хад был совершенно не готов к подобному мероприятию, способов находилось предостаточно. И чем более робким оказывался Хад, тем больше и проще они становились.

«По меньшей мере — не позволить им танцевать вместе».

Со слов самой Джудит, она не танцевала по-настоящему с семнадцати лет. Неудивительно: всё это время она была слишком занята погашением долгов.

В каком-то смысле это будет её первый взрослый танец. А танец, как известно, предполагает немало телесной близости.

Отдавать такую возможность Хаду было немыслимо. Одна эта мысль бросала в жар.

В этот момент Джудит, слегка порозовев, произнесла:

— На самом деле… я уже продумала, как буду жить после того, как покину поместье Майюс.

— Что?

— Когда я объявлю о выкидыше, мне придётся отказаться от имени Майюс. Нельзя же вечно настаивать на существовании ребёнка, которого нет. Я изначально рассчитывала протянуть самое большее несколько месяцев.

— …Что ж, это понятно.

— Но я всё равно не нахожу покоя.

— Из-за чего?

— Из-за семьи Майюс.

Джудит глубоко вздохнула, прижав ладонь ко лбу.

— Его Величество Император не успокоится… и при этом мне неловко просто повернуться спиной и немедленно броситься к счастью с другим мужчиной…

— Подождите.

Глаза Экиана за маской широко раскрылись, и он перебил её:

— К счастью с другим мужчиной?

— Ах… я имею в виду, что для меня это вполне возможно. Теперь, когда я свободна от долгов, у меня есть своя воля.

— Но что значит «немедленно броситься»…

— Ну, э-э, тот человек уже знает моё положение. Знает, что я на самом деле не беременна, что с самого начала намеревалась развестись…

Джудит продолжала говорить, погружённая в собственные мысли, — и не замечала, как дыхание Экиана становилось всё более прерывистым.

— И, кажется, он тоже ко мне неравнодушен, так что после того, как уйду отсюда, всё должно решиться без особых затруднений. По крайней мере, я сейчас так думаю.

Экиан был настолько потрясён, что не нашёлся что ответить.

Мужчина, который знает всё и при этом испытывает к ней чувства… Это же Хад Содэн?!

Кто же ещё, если не Хад? Логично — всё, что она говорила до сих пор, так или иначе указывало на него. И вспомнить только — разве не с нежнейшей, смущённой улыбкой она недавно обмолвилась, что есть кто-то, кто к ней неравнодушен? Разве сама не призналась, что и она начинает что-то чувствовать?

Так что вполне вероятно, что она и впрямь уйдёт из семьи Майюс и будет счастлива.

Внезапно Экиана накрыло острое отвращение к самому себе.

Он всё это время бездействовал. Таил обиды и раздражение на множество вещей, но оправдывал бездействие тем, что проклятому дитю не место рядом с ними.

Но правильно ли это — просто стоять в стороне?

Он убеждал себя, что исчезнуть — лучшее, что можно сделать для семьи Майюс. Но были ли они по-настоящему в безопасности всё это время, пока он отсутствовал?

Внешне — всё благополучно. Но в действительности они были подвержены множеству опасностей. Не будь Джудит, трагедия давно бы уже постигла этот дом.

— Но семья Майюс в опасности. Даже если я уйду — угроза никуда не денется.

Пока Экиан терзался, Джудит продолжала говорить.

— Я понимаю, что не имею права беспокоиться о семье Майюс. Я всего лишь чужая. Но, по крайней мере, мои чувства к матушке, отцу и Карлу — настоящие. Именно поэтому я и думаю: может быть, стоит остаться и защищать их? Вдруг я смогу чем-то помочь.

Джудит сжала кулаки и произнесла с твёрдостью:

— Что ж, даже после объявления о выкидыше я могу оставаться здесь в качестве жены Экиана. Конечно, в таком случае мне придётся повременить с тем, чтобы устроить своё счастье с тем человеком…

— Это… разумно.

Экиан произнёс это прежде, чем успел опомниться.

— Герцог и герцогиня Майюс вам преданы, Карл — и тот тянется к вам. Нет никакой настоящей причины уходить. В этом мире немало вещей важнее, чем какой-то мужчина.

— Хм? Вот как.

— На мой взгляд, вам стоит задержаться в доме Майюс.

Экиан медленно подпёр подбородок рукой и, не замечая того сам, пробормотал:

— …А если задержитесь достаточно долго — быть может, объявится и Экиан Майюс…

— Я же сказала: он не вернётся.

— Кто знает? Это неочевидно. Если, как вы говорите, семья Майюс окажется в опасности — Экиан может появиться.

— Хм.

— Если он решит, что раскрыться — лучший способ защитить родителей.

— Если так — я была бы спокойна.

Джудит тихо вздохнула и улыбнулась.

— Тогда и мне будет спокойнее уходить. У семьи Майюс появится передышка. А раз он вернулся — развод можно оформить по всем правилам.

Экиан не ответил. Даже вернувшись, он не собирался давать развод.

Однако он осознал, что когда придёт время, нужно будет заблаговременно придумать, как справиться с неизбежным разговором об этом.

Джудит переплела пальцы и медленно продолжила:

— Если честно, я очень надеюсь, что Экиан Майюс вернётся. Потому что, насколько мне известно, он связан с Его Высочеством кронпринцем.

— Хм? И что из этого?

Экиан невольно склонил голову набок.

Действительно — с кронпринцем они были близки. Крепкие отношения связывали их давно, и когда Экиан исчез, кронпринц был заметно удручён.

С тех пор как Экиан считал себя законным наследником герцогского рода Майюс, он был дружен с кронпринцем. Более того — они были единокровными братьями. Кронпринц, впрочем, по-прежнему ничего об этом не знал.

— Мне самой кронпринца не вызвать. А вот Экиан Майюс мог бы.

Джудит пожала плечами и продолжила:

— На предстоящем банкете Его Величество Император попытается убить кронпринца.

Тело Экиана напряглось. Едва он успел внутренне сжаться от этих слов, как Джудит снова пожала плечами — легко, как ни в чём не бывало.

— Разве это не очевидно? Его Величество видит в кронпринце не сына, а соперника. Уже долгие годы ему подмешивают вещества, притупляющие рассудок.

Об этих чудовищных вещах она говорила с таким же спокойствием, с каким рассуждают о погоде.

— Когда кронпринц поймёт это, он начнёт открыто противостоять Императору. Одно это умножит число врагов Его Величества — что пойдёт на пользу семье Майюс. В конце концов, враг моего врага — мой друг.

Экиан лишился дара речи. Он всегда знал, что Император безжалостен, — но никогда не предполагал, что тот замышляет убийство собственного наследника. И именно в день рождения кронпринца.

И откуда вообще Джудит всё это знает?

После долгого молчания он наконец выдавил, запинаясь:

— Как… как вы это узнали?

— Мне сказала Последняя Жрица.

Джудит слабо улыбнулась.

— Другие, возможно, сочли бы меня сумасшедшей. Но вы, Мастер, знаете, что я говорю правду, не так ли? Ведь на самом деле все сведения, которые вы получали на протяжении последних трёх лет, исходили от Последней Жрицы.

Экиана захлестнуло смятение. Почему его мать решила поделиться с Джудит именно такими сведениями? Что это вообще за отношения между ними?

На душе было неспокойно. И вместе с тем он не мог не думать об одном: его мать помогала и Хаду Содэн, и кронпринцу — указывала каждому путь к его судьбе. Но почему ему она не оставила ни единого слова?

— Джудит.

Усмирив бурю внутри, Экиан заговорил с намеренным спокойствием — и с долей личного интереса, которого и сам не мог скрыть.

— Расскажите мне об этом подробнее.

Джудит кивнула.

— Думаю, на императорском банкете я смогу вам помочь.