«Фух…»

Экиан откинул волосы со лба и глубоко вздохнул. Золотые волосы, с которыми он всё это время появлялся в герцогском доме, теперь снова стали чёрными, как ночь.

Краской он пользовался через день, во время мытья головы. Стоило несколько дней обойтись без неё — и естественный цвет вернулся.

С чёрными как смоль волосами скрываться было куда удобнее.

Все считали, что у Экиана Майюса золотые волосы, а значит, такая внешность отлично помогала скрывать личность.

Всё шло хорошо.

Благодаря тщательной подготовке Алтейона он без труда вышел на связь с восточными варварами.

— Значит, если мы сделаем вид, что вторгаемся в регион Артен, вы примете нас как подданных империи, верно?

Это была одна из групп варваров, потерпевшая поражение во внутренней борьбе за власть и теперь стоявшая на грани гибели от рук собственных соплеменников. Алтейон умело воспользовался их положением и подготовил весь сценарий.

А ещё до прибытия на Восток…

Экиан успел встретиться с Элизабет Дейл.

Стоило лишь вспомнить миг их встречи, как брови его невольно сошлись.

— Хотя бы нашего Петро… прошу, только Петро… Этот ребёнок правда ничего не знает. Умоляю вас.

Её уже успел запугать и соблазнить обещаниями один из агентов Императора. В итоге Экиану не оставалось ничего, кроме как пригрозить ей ещё сильнее.

Император, скорее всего, пообещал ей щедрое денежное вознаграждение, поэтому единственным рычагом Экиана оставалась её семья.

Он прямо сказал: если она сделает что-либо во вред Джудит, он не пощадит ни её сына, ни мужа.

Элизабет умоляла его сквозь слёзы:

— Подумать только, мне угрожают лишь потому, что нашему Петро досталась не та сестра… Это слишком жестоко…

— Не та сестра?

— А разве не так? — с обидой и возмущением произнесла Элизабет. — Жила бы себе тихо — зачем ей понадобилось связываться с таким огромным домом, как Майюс, и навлекать беды на остальных родственников?

Экиан молча смотрел на неё, а затем спросил:

— Вы вообще считаете Джудит своей семьёй?

При этих словах Элизабет вздрогнула и закусила нижнюю губу.

Экиан подумал о Джудит, выросшей рядом с такой женщиной и в конце концов ею же брошенной, и мысленно вздохнул.

Он не мог заставить себя устранить эту женщину — всё-таки она была родной матерью Джудит.

Разумеется, одних угроз было недостаточно, чтобы чувствовать себя спокойно. Поэтому Экиан использовал ещё и магический артефакт, полученный от Алтейона.

— Это один из императорских магических артефактов, которыми могут пользоваться только члены императорской семьи. Теперь каждое ваше действие будет записываться в императорский журнал, так что даже не думайте что-либо предпринять.

Артефакт был редчайшей древней реликвией — единственной, что имелась у Алтейона. Им не пользовались уже сотни лет, но Алтейон без колебаний передал его Экиану.

— Какие бы приказы вы ни получили от Императора, в течение месяца не делайте ничего. А после можете поступать как пожелаете. Обещаю.

В тот миг на лице Элизабет мелькнуло сожаление. Экиан понял: она собиралась избавиться от Джудит и получить награду Императора.

Увидев это, Экиан пожалел, что не прибыл раньше.

Ему следовало запереть её где-нибудь, чтобы осведомитель Императора вообще не сумел до неё добраться.

И всё же было удачей, что он выехал сразу после разговора с Алтейоном и нашёл её всего несколькими часами позже. По крайней мере, он успел прежде, чем она что-либо предприняла.

Как раз в тот момент, когда Элизабет уже собиралась действовать после встречи с агентом Императора, появился Экиан.

— Но запомните: если сделаете глупость, ваша жизнь и жизни всей вашей семьи исчезнут в одно мгновение. Если у вас есть хоть немного здравого смысла, вы должны прекрасно понимать, что происходит.

Член императорской семьи, способный в одно мгновение перечеркнуть приказ Императора, означал одно: в борьбу вступила другая императорская фракция.

Любой, у кого имелась хоть капля рассудка, разумеется, выбрал бы вариант «подождать месяц». В конце концов, исполнение приказа Императора можно было отложить на такой срок. К счастью, Элизабет не казалась глупой, и, уловив сожаление, промелькнувшее на её лице, Экиан убедился в успехе.

«Муж Элизабет, Рон Дейл, сейчас не дома… Даже если он что-то узнает, прямой связи с Джудит нет, так что его, скорее всего, удастся ввести в заблуждение».

И теперь Экиан прибыл в регион Артен и стоял перед Императором.

«Я хотел в последний раз увидеть лицо Джудит перед отъездом… Но решение немедленно отправиться в путь было верным. Эта женщина без малейшего колебания столкнула бы Джудит в пропасть».

Встреча с Элизабет напомнила Экиану о детской мечте Джудит, которую та раскрыла на садовой вечеринке Анаис.

«♡ Мечта Джудит Айлан ♡

Я стану хорошей матерью.

Я буду любить своего ребёнка больше всего на свете».

Только теперь ему казалось, что он понял суть этой мечты.

Тогда мечтой Анаис было стать женой Экиана. Сам Экиан не испытывал к ней ни малейшего интереса. В итоге юная Анаис мечтала о том, чего не могла получить.

Так же и юная Джудит мечтала о том, чего сама никогда не получала: стать хорошей матерью вместо собственной.

Экиан вспомнил её весёлое и в то же время искреннее признание — такое, что его почти невозможно было до конца понять.

Теперь, когда он внезапно уехал, сославшись на срочные дела, о чём думала Джудит?

Зная её, можно было предположить, что она просто ждёт, особо не задумываясь. А если мысли всё же появятся — быстро от них откажется.

Джудит легко умела сдаваться, но при этом сохраняла положительный настрой, так что, вероятно, оставалась спокойной. Возможно, она попросит развод, но даже к этому он уже подготовился.

Каждый его шаг был лучшим из возможных. Оглядываясь назад, он не испытывал сожаления.

И всё же тревога и беспокойство не отпускали.

Потому ли, что её не было рядом?

Чем сильнее становилось это чувство, тем твёрже Экиан заставлял себя быстрее завершить дело и вернуться.

Он даст ей то, что будет принадлежать только ей. Её собственную семью, её собственные земли, её собственный статус…

При мысли о Джудит взгляд Экиана потемнел.

Служанка Мелани сразу взяла Джудит за запястье.

— Ах… вот так?

Джудит немного растерялась. Ей никогда прежде не приходилось проходить подобную проверку.

Служанка неловко пояснила:

— Просто мне так легче всего. Здесь удобнее ощущать магию вместе с пульсом… Я ведь не дипломированный врач.

— О, конечно. Всё в порядке.

Джудит мягко улыбнулась.

В тот короткий миг, пока служанка держала её за запястье…

Сердце Джудит бешено колотилось. Она давно уже не испытывала такого волнения. Честно говоря, даже когда заявляла Изабелле, что станет невесткой по контракту, она не тревожилась так сильно.

Служанка, всё ещё мягко удерживая её запястье, улыбнулась.

— С ребёнком всё хорошо.

При этих словах Джудит вдруг ощутила, будто реальность отдалилась от неё.

— Вам не о чем беспокоиться.

И Мелани, и служанка улыбались спокойно и умиротворённо.

Джудит глубоко вдохнула.

— Вот как.

Она ожидала, что голос дрогнет, но, к удивлению, он прозвучал ровно. Сердце, бившееся так отчаянно, тоже постепенно начало успокаиваться.

— Какое облегчение.

Тело казалось невесомым, будто плыло в воздухе. В одно мгновение Джудит вспомнила последние дни. В поместье Майюс она и правда вела себя как беременная, так что совесть её не мучила.

«Никакого алкоголя, никаких лекарств, никакого переутомления… Всё в порядке».

Никогда прежде она не испытывала такого облегчения.

— Что ж, Джудит.

И всё же происходящее казалось нереальным. Пока Джудит растерянно моргала, Мелани заговорила:

— Мне не следует отсутствовать слишком долго, так что я возвращаюсь.