Экиан оторопел от того, что предстало его глазам.

— Джудит?

Он подхватил покачнувшуюся Джудит и усадил её обратно за стол. Лишь тогда заметил на столе бутылку вина и бокал.

— Что здесь произошло? Как вы умудрились так напиться?

Всё было очевидно без лишних слов: пунцовые щёки, чуть расфокусированный взгляд, лёгкий запах вина и краснота, расползавшаяся по шее.

— А. — Джудит просияла и ответила: — Я совсем не пьяная.

Вид у неё был совершенно пьяный. Абсолютно.

Даже больше, чем тогда, когда она пила с Хадом.

— Всего полбутылки вина. Просто пробовала. Раньше я спокойно выдерживала столько.

— Вы знаете, что крепость у разных вин разная?

— Крепость? А это что такое?

Экиан с видом человека, потерявшего последнюю надежду, проверил бутылку. Это было одно из самых крепких вин из всего, что имелось в доме.

Джудит пробормотала, оправдываясь:

— Я просто хотела попробовать. Это же для гостя. Нельзя же угощать чем попало — вот я и прихлёбывала понемногу, чтобы проверить, а потом…

— Разве я когда-нибудь просил вас об алкоголе?

— Разве нет?

Джудит лукаво усмехнулась.

— Вы же так переживали, когда я пила с Хадом.

Возразить на это было нечего.

— Вы расстраивались из-за этого. Так что давайте и мы хорошо проведём время вместе…

Джудит подарила ему задорную улыбку. Глядя на неё, Экиан глубоко выдохнул. Он осознал, что к любым более крепким напиткам её подпускать нельзя.

Оставалось надеяться, что Хад никогда не увидит её в таком виде. Пьяная и смеющаяся, с чуть срывающимся голосом, она была невыносимо трогательной.

— В общем. — Джудит наполнила ему бокал и спросила: — Что сказала Анаис?

— Вы действительно думаете, что сейчас подходящий момент для такого разговора?

Экиан спросил с невольным смехом.

— Вы вообще в состоянии обсуждать столь важные вещи?

— А почему нет?

Джудит смерила его вызывающим взглядом.

— Я же сказала — я в полном порядке. И мы именно для этого и встретились. Честно говоря, мне не терпится узнать.

— Что ж, это и правда наш самый насущный вопрос.

Экиан пригубил вино, которое она ему налила. Насыщенное, но действительно крепкое. Если она пила слишком быстро — немудрено, что её так развезло.

— Анаис готовит против вас скандал.

— Надо же.

— Изначально она планировала обвинить вас в том, что у вас есть незаконнорождённый ребёнок от кого-то из родителей ваших бывших учеников. Намеревалась найти ребёнка из приюта и подкупить нужного человека, чтобы тот подтвердил эту историю.

Глаза Джудит широко распахнулись. Схема оказалась гнуснее, чем она предполагала. Если история должна была касаться давней связи, значит, речь шла о временах, когда она ещё была несовершеннолетней.

Джудит пробормотала:

— Это, безусловно, бросило бы тень на герцогский дом Майюс. Раз Герцогиня публично объявила о своём расположении ко мне в свете — подобный скандал выставил бы семью Майюс в глупом положении. Люди бы смеялись, что те ничего не разглядели.

Тем не менее она слегка склонила голову:

— Но это не стало бы решающим ударом. Может, она просто меня недолюбливает.

— Вы говорите об этом так спокойно.

— Ну, я допускала, что что-то подобное может случиться.

Джудит чуть нахмурилась и опустила голову.

— Если бы она немного подождала, я бы сама ушла после развода…

— Как бы то ни было.

Экиан твёрдо её прервал.

— Мы вышли на этих людей раньше неё и нарушили её планы. В итоге она обратилась ко мне с другой схемой.

— К вам, Мастер?

— Да.

Экиан заговорил серьёзно:

— Она хочет заявить, что с тех пор, как рухнуло ваше семейство, у вас есть тайный ребёнок от главы информационной гильдии.

— Боже правый.

— Поскольку у нас с вами были официальные встречи даже после вашего вступления в дом Майюс, она сочла меня идеальным участником скандала. С моим именем слухи обросли бы куда большей пикантностью.

Что верно, то верно.

Они с Мастером официально встретились у святыни Последней Жрицы — и ещё накануне того дня, как она вошла в герцогский дом Майюс. А вчера Джудит сама пришла к нему.

— Она потребовала, чтобы я объявил себя вашим тайным возлюбленным и заявил, что мы по сей день поддерживаем эти отношения.

— Что…?

Челюсть Джудит отвисла от изумления.

Экиан и сам поначалу опешил от предложения Анаис. Это было всё равно что просить нынешнего мужа Джудит сыграть роль её тайного любовника.

Согласись он на её план — выходило бы, что Джудит дважды ложно обвинили в том, что вынашивает чужого ребёнка. Абсурд, не поддающийся описанию.

— Анаис — поистине безжалостная женщина, не гнушающаяся никакими средствами.

Экиан произнёс это с нескрываемым неодобрением.

— Она даже велела мне инсценировать с вами скандальную сцену — быть пойманным с поличным, любой ценой.

— Эта женщина просто безумна…

Джудит медленно открыла рот, собираясь что-то сказать, — и тут в дверь постучали.

— Невестка?

Сердце Экиана мгновенно ухнуло вниз.

— Это Карл.

Глаза Джудит стали размером с блюдца.

Что Карл здесь делает в такой час? Он давно должен был спать!

— Я увидел, что у вас ещё горит свет… Вы расстроены из-за брата?

Экиан и Джудит обменялись растерянными взглядами.

Карл, должно быть, пожалел Джудит — его старший брат, «сначала бросил беременную жену, а потом вернулся, чтобы снова пропасть на ночь». Мальчик пришёл утешить невестку.

Джудит уже открыла рот, но Экиан молниеносно прикрыл его ладонью.

— Нет, нельзя.

Он прошептал так, чтобы слышала только она.

— Вы явно пьяны. Хотите объявить всему поместью, что беременная женщина пила вино?

— А что тогда делать?

Джудит в панике закатила глаза и торопливо предложила:

— Тогда спрячьтесь! Сделайте вид, что вас здесь нет!

Экиан кивнул. Быстро схватив бутылку и бокалы, убрал всё в ящик стола.

— Невестка?

Тем временем Карл постучал ещё несколько раз.

— Невестка? Вы в порядке?

Джудит торопливо написала на листке: «Не спалось, вышла прогуляться». Простое объяснение.

Затем, ухватив Экиана за руку, толкнула дверцу в книжном шкафу.

— Невестка! Ничего плохого не случилось, правда?! Я войду!

В тот же миг, когда встревоженный голос Карла зазвенел в коридоре, они оба скользнули в тайный ход.

Дверца закрылась одновременно с тем, как Карл вошёл в комнату.

Экиан и Джудит оказались прижаты друг к другу в тесном пространстве. Сквозь узкую щель они видели, как Карл обводит комнату взглядом и бормочет: «Хм? Её здесь нет?»

Ни тот ни другой не осмеливались издать ни звука.

— Прогуляться?

Карл заметил записку на столе. Джудит и Экиан затаили дыхание, не шевелясь. Ход был таким узким и тёмным, что они стояли в обнимку.

— Если она вышла прогуляться, куда же она пошла?

Карл склонил голову и направился к окну — выглянуть наружу. В тишине слышались их собственные бешено бьющиеся сердца.

Нечто похожее уже было — тогда, когда они прятались в комнате Карла. Но тогда всё же было иначе…

«Что это?»

Экиана вдруг захлестнула растерянность.

«Почему… почему это происходит?»

Он принял подавляющее лекарство, выписанное Сандрой. Ещё сегодня днём смотрел на Джудит совершенно спокойно.

По её словам, действие должно было сохраняться ещё какое-то время.

Так почему же сейчас в нём вдруг вспыхнуло желание?

— Невестке, наверное, очень тяжело.

Карл уныло пробормотал себе под нос и не думал уходить.

— Пожалуй, и я оставлю ей записку.

Он сел за стол и принялся что-то выводить на листке. Уходить он явно не собирался.