От одной этой мысли уши у него вспыхнули алым.
С того самого дня Джудит и впрямь ни разу не вернулась к случившемуся. То ли не помнила ничего, то ли просто отказывалась касаться всего, что было с этим связано, — так или иначе, она не произнесла на эту тему ни слова.
Когда Экиан оставался один, скрыть горькое выражение лица не удавалось.
Накал той ночи, жгучее желание, вспыхнувшее от прикосновения к коже друг друга, — неужели всё это осталось лишь в его памяти?
Казалось, только он один в этих отношениях томится.
По правде говоря, когда Джудит упоминала о своей родной матери, в её голосе сквозила лёгкая горечь. Именно поэтому Экиан даже отдал одному из осведомителей приказ разыскать, где та находится.
Вот насколько он был чуток к каждой её реакции…
На фоне всего этого Анаис позвала его.
— Прошу вас, выйдите вперёд. Звезда вечера — не кто иной, как…
Анаис весело подхватила Экиана под руку.
— Мой особый гость — Мастер Серой информационной гильдии!
Когда он выводил Анаис в центр садовой вечеринки, грянули аплодисменты. Тепло её руки на своём локте вызывало у Экиана одно лишь отвращение.
— Не правда ли, восхитительно? Сам Мастер Серой информационной гильдии! Сегодня он готов пролить свет на множество слухов, гуляющих в высшем свете!
Светское собрание, где сплетни ценятся на вес золота, — немудрено, что это вызвало волнение.
Возвысив его в глазах всех присутствующих, Анаис, по всей видимости, рассчитывала устроить позже зрелище — поймать их с Джудит вместе.
Заранее ему об этом сообщать она не стала, однако облить Джудит водой и попытаться нарядить её в вызывающее платье наверняка тоже было частью плана.
— Добрый вечер.
Экиан скрыл ледяное презрение и приветствовал собравшихся.
— Для меня честь быть здесь.
Публика разразилась восторженными возгласами.
Его роль сегодня была проста. Оставалось лишь не угодить в ловушку Анаис. Джудит должна была участвовать в светских мероприятиях, не привлекая лишних пересудов, и при этом втайне встретиться с Мелани.
Мелани уже сама проявила инициативу и подошла к Джудит — план складывался как нельзя лучше.
И всё же… отчего так неспокойно на душе?
Джудит так ни разу и не взглянула в его сторону и по-прежнему оживлённо беседовала с Мелани. Тем временем Анаис бросила многозначительную улыбку и заговорила снова.
— А теперь — особое развлечение, приготовленное мной вместе с Мастером!
Любопытные взгляды обратились к Анаис в ожидании, что та задумала.
— Каждая из вас по очереди задаст ему любой вопрос — любой! Спросите у человека, знающего всё, — и он ответит! Разве это не восхитительно?
В толпе поднялся взволнованный гул. Часть гостей уже сбилась в кружки, обсуждая, о чём спросить.
— Начнём с гостей за первым столом!
Волей случая Джудит сидела именно за первым столом. Экиан уже успел решить, что воспользуется этой возможностью и наконец спросит, всё ли с ней в порядке, — как вдруг…
«Хм?»
Джудит поднялась, сказала несколько слов слуге и вышла.
…Она ушла. Не оглянувшись.
За столом осталась одна Мелани — и, пожав плечами, произнесла:
— Кажется, она опасается простудиться. Беременные всегда осторожничают. Я отправила её отдохнуть.
Раз сама кронпринцесса вступилась — возражать было некому.
Но осадок в груди у Экиана не проходил.
«Всё это время сидела спокойно — и ушла ровно в тот момент, когда должна была поговорить со мной?»
Притом что она вовсе не беременна.
Было в этом нечто неотвратимое — инстинктивное чувство: Джудит его избегает.
Куда сильнее, чем он предполагал.
В конечном счёте Экиан пришёл на это мероприятие исключительно ради Джудит. Он разыгрывал роль фигляра для развлечения праздной знати на нелепой вечеринке, занимался людьми, ничуть его не интересовавшими.
Джудит всегда говорила: «Мне так жаль, что я причиняю вам столько хлопот, Мастер…»
И всё же, когда до этого дошло, она не удостоила его даже взглядом. Просто оставила стоять одного.
Под предлогом похода в уборную он в порыве подозвал одного из подчинённых и вполголоса отдал несколько распоряжений.
Вскоре тот покинул поместье, унося написанную лично Экианом записку.
Едва усевшись в карету герцогского дома Майюс, Джудит произнесла:
— Отвезите меня в герцогское поместье.
Утверждать, что всё в порядке, не было никакой возможности — даже для виду. Аккуратно уложенные волосы растрепались, платье сменилось, и от неё по-прежнему тянуло каким-то неприятным запахом.
— Ах…
Кучер взглянул на неё с беспокойством. Изабелла уже и без того сильно за неё тревожилась.
Она переживала, что после столь долгого перерыва Джудит может растеряться на светском мероприятии. Беспокоилась и о том, что, раз Экиан возвращается домой так редко, рядом может не оказаться никого, кто утешил бы её, если что-то пойдёт не так.
«И всё же…»
Кучер украдкой покосился на записку, тайком полученную незадолго до отъезда.
Она была написана лично молодым герцогом — Экианом Майюсом.
«Отвезите Джудит в особняк под номером 37. Если она станет беспокоиться, что герцогиня начнёт волноваться, предложите ей сначала купить новую одежду и уже после возвращаться домой. Представьте это как собственную идею и ни словом не обмолвитесь, что таков мой приказ. Делайте как можно больше объездов, чтобы потянуть время.»
Особняк под номером 37 был небольшим имением в самом центре оживлённого города — по размеру напоминал склад, принадлежащий герцогскому дому.
Несмотря на скромные габариты, места вполне хватило бы на целую семью. Обычно там останавливались передохнуть после утомительных покупок или укрывались, когда хотели незаметно побродить по ночному рынку.
Большую часть времени особняк пустовал, и сейчас там наверняка никого не было.
«Но зачем…»
Кучер никак не мог взять в толк, откуда молодой герцог вообще узнал, что произошло с Джудит.
Однако он был бывалым слугой, давно состоявшим на службе герцогского дома Майюс, и прекрасно знал: лезть в дела господ — не его дело.
Его задача — исполнять приказы.
«Никому об этом не говорить. Никого более не впускать. Сохранить в тайне — и после тоже.»
Прямое распоряжение молодого герцога, касающееся Джудит.
Отказываться не было причин, опасности в том, чтобы подчиниться, — тоже никакой.
Более того — на душе у него даже немного отлегло.
В последнее время поведение Экиана оставалось загадкой даже для слуг. За прошедшие несколько дней он почти не возвращался домой, и это только усиливало общую тревогу.
Но если отношения между ними наладятся и Джудит благополучно родит наследника дома Майюс — беспокоиться будет не о чем.
Ведь если молодой герцог так печётся о её благополучии — разве это не говорит само за себя?
«И самое главное — никого более не впускать.»
Молодой мужчина и молодая женщина, запертые вдвоём в уединённом месте… Что ещё тут может произойти?
Тем более — уже женаты, и близость между ними была.
«Уж не сюрприз ли это? Раз он велел скрыть всё даже от молодой госпожи?»
Рассуждая подобным образом, кучер ощутил довольство. Он твёрдо решил как можно дольше не приближаться к особняку.
— Ах, вы за меня беспокоитесь?
Заметив его озабоченный взгляд, Джудит тихо рассмеялась.
— Ничего страшного не случилось. Просто устала и ушла пораньше. Хотя… выгляжу я немного… Ну, сами видите.
Судя по всему, её это несколько тяготило. Кучер мягко предложил:
— В городе есть особняк герцогского дома под номером 37. Если вы опасаетесь расстроить герцогиню, вы могли бы там привести себя в порядок, немного пройтись по магазинам и лишь потом вернуться домой.
— О!
Джудит сразу же оживилась.
— Прекрасная идея. Я и не знала, что у нас есть такой особняк.
Она захлопала в ладоши с улыбкой.
— Куплю побольше нарядов, а потом скажу, что примеряла их и портниха, должно быть, напутала с размерами. Если там ещё и помыться можно — вообще замечательно.
— Тогда везу вас туда.
Нецензурные выражения и дубли удаляются автоматически. Избегайте повторов, наш робот обожает их сжирать. Правила и причины удаления