— Спасибо. Если бы Колин сегодня не сказал, всё могло бы обернуться настоящей катастрофой.

— Раз уж зашла об этом речь, Райли...

— Да блин, почему вы меня не выпускаете! Мне же домой надо.

Полный раздражения голос Рена оборвал Колина на полуслове. Рен, успевший шагнуть за порог, брезгливо отмахивался от повисших на обеих его руках Адама и Бёрка. Адам отцепился сравнительно легко, но вот Бёрк оказался крепким орешком. Только после того, как Рен предложил компромисс: «Отпустишь — куплю коробку пончиков», тот крикнул: «Хён, я пас!» — и скрылся в доме. Адам проводил его спину свирепым взглядом.

Покачав головой и буркнув, что сил у этого парня до черта, Рен кивнул на коробку в моих руках.

— Ты-то что уже успела схватить?

— Вилку.

— Чушь несешь.

— Правда.

— Давай сюда, отнесу в машину.

В отличие от Колина, Рен не стал отшучиваться, но, несмотря на ворчание, вещи забрал — всё-таки по натуре он был дружелюбным гопником. Стоило Рену открыть багажник, как Адам снова поднял шум. Он затопал ногами, причитая, что такие вещи нельзя просто швырять в багажник, на что Рен раздраженно огрызнулся, что Адам кого угодно доконает. Впрочем, как и подобает дружелюбному гопнику, подарок он аккуратно положил на заднее сиденье.

— Ах да. Колин, так что ты хотел сказать?

— Райли, как насчет того, чтобы пожить какое-то время у нас?

— Чего? С какой стати ей тут ночевать?

Кажется, Рен удивился даже больше меня. Открывая дверцу машины, он с округлившимися глазами обернулся к Колину.

— В последнее время опасно.

— Это еще что за новости. Здесь всегда было опасно.

— Верно. Но сейчас Райли ранена.

— О том, что она голову ушибла, знаем только мы. Кто еще-то в курсе?

— Раз мы знаем, то пусть побудет здесь, Рен. Если что-нибудь случится, Райли не сможет отбиться в одиночку.

— Она память потеряла, а не мозги.

— При чем тут мозги и несчастный случай? Это буквально несчастный случай.

Колин улыбался мягко, Рен — криво.

Они явно вели диалог с улыбками на лицах, но атмосфера между ними повисла странная, словно в поединке меча и щита. Опасаясь, что, если встряну, меня отбросит натянутой до предела тетивой, я лишь молча бегала глазами от одного к другому.

— Ты так и будешь сидеть в Пино-Хиллз?

В этот момент Рен с грохотом захлопнул дверцу машины и, тяжело ступая, подошел ко мне.

— А? Ну да. Наверное.

— Дай-ка телефон.

— Мой?

Рен протянул руку, а оказавшийся рядом Адам легонько ткнул меня локтем в бок. Затем он подмигнул, посылая безмолвный сигнал. Я истолковала это так: если хочешь и дальше наблюдать за битвой характеров дружелюбного гопника и властного отличника — отдай телефон. Стоп, разве их не надо разнять?

— Держи.

Подумала-то я именно так, но мне было до смерти любопытно, зачем Рену понадобился мой телефон, поэтому я без раздумий вложила его ему в руку. Адам прошептал: «Мудрое решение», а Рен, взглянув на экран блокировки, усмехнулся, увидев уведомления о пропущенных вызовах от Тео. Точнее, проблема заключалась в том, как он был записан.

— Ты как вообще контакты сохраняешь?

— Это опечатка. В спешке сохраняла.

— Перезванивать не будешь?

— Нет.

— Он же целых три раза звонил.

— Не обращай внимания. Это продавец овощных соков, иногда названивает с рекламой.

Рен со смешком заметил, что я пью всякую ерунду, и быстро нашел свой контакт. Четыре пары глаз неотрывно следили за его пальцами. Настроив быстрый набор, Рен зажал на цифровой клавиатуре единицу, проверил вызов и вернул телефон.

— На. Если что случится — звони. Просто нажми единицу.

— Угу, спасибо.

Стирая уведомления о пропущенных от Тео, я рассеянно кивнула. Ну вот серьезно. Ума не приложу, какие у нас могли остаться дела, что он так названивает. А пока я удаляла вызовы, пришло новое сообщение.

[Ты бы на моем месте взяла?]

К горлу подкатил ком из невысказанных слов, но я подавила их и принялась печатать ответ. Хотелось просто проигнорировать и заблокировать его, но опыт подсказывал: если не обращать внимания, когда он так гавкает, ничем хорошим это не кончится.

[Вы чего добиваетесь, а?]

[Будете продолжать — я вас заблокирую]

[ㅗ]

[Попробуй].

И чего он опять завелся, сидел же тихо несколько дней.

Внутри закипала злость. Если подумать, Рен с Колином сцепились тоже из-за этого мужчины. Не окажись я в опасности, нам бы и разговаривать об этом не пришлось.

[Не скажу, что из-за вас моя жизнь похожа на праздник, скорее сплошная пасмурная хмарь, но]

[раз уж вам так не нравится, когда я веселюсь,]

[буду всегда жить в печали ㅗ]

[ㅗ — это опечатка]

То ли это был правильный ответ, то ли еще что, но непрерывный поток сообщений резко иссяк. На меня мгновенно навалилась усталость. И в этот момент Адам потыкал меня в бок, сверкая глазами. Проследив за его взглядом, я увидела, что между Реном и Колином начался второй раунд.

— Ну что, разобрались?

— Разобрались?

— Я к ней ближе, чем ты, поэтому поставил свой номер. Если что-то случится, ей не придется в панике искать контакты, она сразу сможет дозвониться.

— Если у нее будет время на звонок, это уже нельзя будет назвать «непредвиденной ситуацией», Рен.

— Оставлять ее в твоем доме из-за того, что может вообще не произойти, — вот это охренеть какая проблема. Про нее и так треплются из-за Раньери, а теперь прикинь, каково это — жить под одной крышей с толпой здоровых мужиков. Тебе же самому это боком выйдет, придурок.

— Если у кого-то хватает фантазии на столь низкопробный бред, он, должно быть, вообще не способен нормально функционировать в обществе.

— Ах да, точно.

— Вот видишь. Райли тоже говорит, что я прав.

Три пары глаз уставились на меня. Рен — насупившись, как на предательницу, Колин — с гордостью, а Адам — с укором за то, что я так бестактно влезла.

— Да нет же. Я забыла о самом главном. Вы ведь оба сейчас переживаете из-за этих слухов. Вместо того чтобы говорить, мол, плевать, раз это неправда, нужно в первую очередь разобраться с самой сплетней.

Врага бьют врагом, варвара — варваром, а слухи — слухами.

Я нашла и открыла приложение социальной ленты, и три пары глаз, недоуменно наблюдавших за мной, вновь приковались к моим пальцам.

— Ты что делаешь?

— Хочу пост в социальную ленту выложить.

— О чем? О том, что между тобой и Раньери ничего нет?

— Ага. Будь моя воля, я бы купила сотню рупоров и орала об этом на всех углах, но что поделать. Страшно, вот и приходится сдерживаться.

— Ага. Хорошая идея.

Кивнув на слова Рена, я вдруг лишилась телефона — его выхватила внезапно появившаяся рука. Это был Адам.

— Вы обратились по адресу. В том, что касается социальных лент, я — настоящий профи.

Когда Адам так распинается, нужно быть начеку. Стоило мне бросить на него недоверчивый взгляд, как он, изобразив крайнюю степень обиды, продемонстрировал свою страницу. HOTGUY. Имя профиля, конечно, резало глаз, но лента обновлялась активно, да и подписчиков хватало.

— Мои услуги обойдутся в одну банкноту.

Это означало, что он собирается содрать с меня комиссию. Немного подумав, я согласилась. Из всех пятерых присутствующих социальными лентами пользовался только Адам, так что выбора у меня не было, да и к тому же этот парень способен сделать хоть половину от обещанного, только если ему заплатить.

Мы столько времени проболтали на улице, но всё впустую — пылающий энтузиазмом Адам утащил нас обратно в дом. Рен тоже пошел с нами. Я предложила ему ехать, если он занят, но Рен лишь хмыкнул и бросил: «Херня». В переводе это означало, что он волнуется за меня и поэтому подождет. Мельком взглянув на спину Колина, я потянула Рена за рукав и тихо прошептала:

— Я тогда не успела сказать, но все в порядке, Рен. Тебя вряд ли можно назвать низкопробным.

С моей стороны это было своего рода утешением, но Рен почему-то разозлился. Судя по покрасневшим ушам, он был тронут. Колину я тоже сообщила новость, которая должна была унять его тревогу. Я рассказала, что Блэк учил меня стрелять, и что я каждый день ношу бронежилет, так что внезапная смерть мне не грозит.

— И еще. Огромное спасибо за заботу, но Рен тоже прав. Колин, ты ведь и сам говорил, что вокруг слишком много лишних глаз и нужно быть осторожнее. Если я останусь здесь, все могут узнать о твоей гениальности.

Колин застенчиво улыбнулся. Кажется, призыв к осторожности он воспринял как комплимент. Как бы то ни было, всё разрешилось так, что никто не остался в обиде, и они снова смеялись и болтали, словно и не огрызались друг на друга секунду назад. Вспомнив своих брата с сестрой — близнецов, которые могли драться до крови, а в следующий миг снова ходить в обнимку, — я почувствовала легкую тоску.

— Итак. Все готово.

Суетившийся в одиночестве Адам созвал всех на кухню. На обеденном столе, застеленном скатертью с цветочным узором, которой не было во время еды, лежал разрезанный пополам кусок пиццы и какая-то книга.

— Ты есть собрался?..

— Это атмосферное фото для ленты. Нет ничего более жалкого, чем пространные объяснения причин расставания.

— Да какое расставание, мы и не встречались никогда.

— Вы так далеки от этого, что вам просто необходим эксперт. Разве кто-то поверит, если сказать, что между вами ничего нет? Люди всегда верят в то, во что хотят верить. Самый надежный вариант — поставить жирную точку, объявив о разрыве.

В его словах был смысл. И хотя ярлык «бывшей девушки Раньери» жутко раздражал, это было лучше, чем терять время, снова и снова твердя оправдания, которым все равно никто не поверит. Я нехотя кивнула, а Адам широко ухмыльнулся, обнажив ровные зубы. Затем он вдруг вздрогнул, словно его ударило током, и начал подталкивать Рена в спину: «Рен! Живо дуй в машину и тащи сюда сокровище! Давай!»

Когда ворчащий, но послушно выполнивший поручение Рен вернулся, на столе образовалась поистине сюрреалистичная композиция. Скатерть в цветочек, ровно разрезанный пополам кусок пиццы, невесть откуда взявшаяся книга и роскошная мотыга непонятного назначения.

— Эм, наставник. Допустим, с остальным понятно, но мотыга-то зачем?

— Хвастаться нужно ненавязчиво.

— Да она же охренеть как бросается в глаза.

На спину Рена обрушился безжалостный удар. Услышав глухой звук, от которого казалось, будто ломаются кости, я трусливо предпочла промолчать.

Reiilly

(Фото)

«История окончена, а разрезанную пиццу уже не склеить».

Расплатой за молчание стал позор.