— Ты что, где-то каскадером подрабатываешь? Почему машина в таком виде?

Это был механик Рен. Осмотрев мою машину, которую по пути снова изрядно поцарапали, он небрежно швырнул свою кепку на капот и поцокал языком. Я, конечно, заезжала сюда не так часто, как троица братьев Адама, но всё же регулярно бывала здесь после каждой покупки новой тачки для тюнинга и ремонта, так что Рен определенно должен был меня помнить. И всё же почему-то вспомнились слова Адама, который спрашивал, всегда ли я выглядела так нормально. А он всегда был таким красавчиком?

Стоило ему снять эту дурацкую кепку, закрывавшую лицо, как его внешность сразу преобразилась. Как бы это сказать. Если от Тео исходил какой-то неуловимый, порочный вайб, то от Рена веяло честной, откровенной шпанистостью. Волнистые, окрашенные в два цвета волосы, слегка прикрывающие затылок, броский пирсинг, татуировки куда более пёстрые, чем у Бёрка — даже со ста метров в нём можно было безошибочно признать парня, который постоянно жуёт жвачку и не вынимает сигарету изо рта. Но он был настолько хорош собой, что ради него хотелось сбегать за сигаретами.

— Охуеть, дожили. Кажется, ещё вчера ты ныла, чтобы я снял противоугонку с «Матиза», а теперь притаскиваешь «Бугатти», превращённую в кусок дерьма.

«Матиз», о котором говорил Рен, был первой машиной, которую я угнала, начав играть. И не потому, что у меня клептомания — просто это была первая миссия в игре.

— Ого, вы и такое помните?

— Кто ещё, кроме тебя, будет угонять малолитражки. Кстати, ты что, не то съела? С чего вдруг на «вы»?

— Да просто ничего не ела. Так когда мне приходить?

Он сам попросил говорить неформально, я так и сделала, но Рен, натягивая перчатки, лишь неверяще усмехнулся. Затем добавил, чтобы я приходила через час, и посоветовал недавно открывшееся неподалёку кафе. Бросив напоследок «рассчитываю на тебя», я покинула автомастерскую.

Только зайдя в кафе, я вспомнила про телефон, небрежно брошенный на пассажирском сиденье, но возвращаться не стала. Всё равно связаться со мной мог только один псих.

— Б-будете делать з-заказ?..

Но почему-то поведение сотрудника, принимавшего заказ, было весьма подозрительным. Он то и дело поглядывал на меня, а стоило нам встретиться взглядами, пугался и отводил глаза, словно призрака увидел. Но как только я отворачивалась, я снова чувствовала на себе его вороватые взгляды.

И не только он: пока я ела сэндвич, ко мне постоянно липли чьи-то странные взгляды. Да что там, даже после того, как я вышла из кафе, прохожие на улице то и дело оборачивались и шептались. Реакция, конечно, немного преувеличенная, но и понять их можно. Я ведь и правда довольно красивая.

Хи-хи-хи.

На обратном пути в мастерскую, купаясь во внимании, я встретилась взглядом с прохожими, шедшими навстречу. При виде их удивлённо распахнутых глаз, уголки моих губ невольно поползли вверх. Я сделала вид, что мне всё равно, что я привыкла к подобным взглядам, и, заправив прядь волос за ухо, уже собиралась равнодушно пройти мимо, как вдруг мой шаг оборвал до жути напуганный голос:

— Эт-то же она, да? Адский Разносчик Пиццы!..

— Точно! Тот самый Разносчик Пиццы, который убил двадцать человек до того, как пицца остыла!

— А-а-а!

Я ничего не делала и просто стояла на месте, но те двое парней, перекинувшись парой фраз, в панике бросились наутёк. И голоса-то какие громкие. Остальные прохожие тоже перепугались и начали кричать, из-за чего улица в одно мгновение превратилась в сущий хаос.

Я не понимала, что происходит, но в одном была уверена точно: Разносчиком Пиццы, наводящим на них такой ужас, была не кто иная, как я.

Доставлена горячая пицца.

Убейте из снайперской винтовки 20 врагов до того, как пицца остынет.

Награда за миссию:

Получено 54 515 $.

Получен титул «Адский Разносчик Пиццы».

Разблокировано достижение «Адский Разносчик Пиццы».

Разблокирован костюм «Адский Разносчик Пиццы».

В реальности я получила это достижение очень давно, польстившись на костюм доставщика пиццы. Мало того, что было ограничение по времени, так ещё и локация миссии была запутанной, из-за чего сложность зашкаливала, и этот титул имелся лишь у немногих на сервере. Поэтому, когда другие игроки расхваливали меня: «Вау, как ты выбила ачивку Адского Разносчика?», я невольно задирала нос.

Но это было в те времена, когда я была игроком. Сейчас же, оставив в стороне позор от этого внезапно всплывшего титула, моё сознание окрасило зловещее предчувствие, что что-то идёт не так.

— Ага, вот она пришла. Давай, пока.

Когда я поспешно вернулась в мастерскую, Рен, видимо, как раз говорил обо мне: заметив меня, он быстро сбросил вызов и подошёл с серьёзным лицом.

— Ты без телефона уходила?

— Да, то есть нет, угу. Сначала возьми это, Рен.

— Это ещё что?

— Подумала, что ты тоже голодный, вот и купила сэндвич, печенье и всякого по мелочи. Ешь. Я отойду позвонить на минутку.

Вручив Рену пакет, я схватила телефон, брошенный на пассажирское сиденье. Похоже, и правда случилось что-то плохое — на экране висел пропущенный вызов от Колина.

Я услышала бормотание Рена: «Тебе бы лучше не выходить», но всё равно не собиралась уходить далеко, поэтому лишь отмахнулась, мол, всё в порядке. Усевшись на перила снаружи мастерской, я набрала Колина.

— Колин, это я. Приехала чинить машину, оставила телефон и не видела звонка.

— Райли, вас объявили в розыск.

— В розыск? Люди вокруг твердили что-то про разносчика пиццы. Это из-за этого?

— Да, всё верно. Инцидент на Хэм-стрит.

— Но как это возможно? Этот разносчик пиццы — дело давно минувших дней, и вся информация ведь заблокирована!

— Это лишь моё предположение, но, кажется, ночью, когда ваша информация была открыта, он запомнил пару записей. Поэтому розыск не первой степени для пойманных с поличным, а второй степени — как опасного лица.

— Вот же псих.

— Проблема в том, что я постоянно стираю запись, а он тут же регистрирует её заново. Мне нужно время, чтобы найти другой способ.

Иными словами, стоило Колину удалить розыскную запись из базы, как её тут же вносили обратно, словно соревнуясь в упрямстве. Такое мог устроить лишь один человек, и в голове закономерно всплыло лицо Тео.

— Вы ведь в мастерской Рена? Никуда не уходите и ждите там. Я пришлю Бёрка.

— Не нужно. С этим я разберусь сама. А вы, Колин, лучше займитесь информацией Раньери. Пожалуйста.

Колин обеспокоенно спросил, что я собираюсь делать, но я отделалась отговоркой, пообещав всё объяснить позже, и завершила вызов. А затем сразу же нашла несохранённый номер и нажала на звонок.

— Да, красавица.

Он ответил мгновенно, словно только и ждал моего звонка. Услышав этот ласковый голос, словно он разговаривал с возлюбленной, я аж скривилась от возмущения — и это после того, как он опозорил меня так, что я даже на улицу выйти не могу!

— Прошу прощения, но могу я поинтересоваться, что вы творите?

— Думаю о тебе.

— Ага. Надо понимать, вы так много обо мне думали, что аж в розыск объявили?

— Верно. Ты же, блядь, игнорируешь мои сообщения, вот я и не перестаю о тебе думать.

— Твою ж мать...

— Твою ж мать?

— Ну кто вообще объявляет в розыск только за то, что ему не отвечают?! Я реально испугалась. Что ещё за разносчик пиццы? Это было сто лет назад!

— А что, звучит мило. Разносчик пиццы.

— Раз так мило, вот и будьте им сами, уважаемый. Но объявлять в розыск — это уже перебор...

Не успела я договорить, как по ту сторону трубки раздался оглушительный грохот — не то взрыв, не то выстрел.

— Ах, блядь.

За свирепым ругательством, выплюнутым сквозь зубы, последовал чужой голос: «Вы в порядке?». А затем ещё два выстрела.

Звук был таким громким, что я рефлекторно отдалила телефон и потёрла оглохшее ухо, после чего снова осторожно прислушалась к происходящему. Я-то думала, раз он успевает восстанавливать записи сразу после Колина, значит, прохлаждается в офисе, лениво стуча по клавиатуре. Но, судя по звукам, ситуация была серьёзной.

— Что вы сейчас делаете?

— Что делаю? Я же сказал, о тебе думаю.

— Нет, серьёзно.

— Я серьёзно. Вот и сейчас думал о тебе, и мне чуть башку не снесло.

Мелькнула мысль: а не болтает ли этот мужик по телефону прямо во время перестрелки с преступниками? Но я тут же мотнула головой. Где это видано — таких психов не бывает. Наверняка командует где-нибудь из тыла.

— А, ну да. Тогда берегите свою драгоценную жизнь. Кажется, вы заняты, так что я кладу трубку. Как закончите, снимите розыск, пожалуйста.

— Ну уж нет.

— Я же говорю, я никуда не сбегу!

— Ладно. Никуда не уходи и жди там. Буду через час.

— Ай, ну правда! Вы так и будете продолжать?

— Чего разнылась.

— Я же сейчас не дома! На улице полно полицейских, а люди шепчутся! Какой час? Через минуту на меня уже наденут наручники!

— Ну, постарайся. Это наказание.

— Алло? Алло! Уважаемый? Эй!

Блин.

Высказав всё, что хотел, он повесил трубку, и орать в неё было лишь пустой тратой сил. Я на мгновение уставилась в погасший экран.

— Боже, я сейчас реально сойду с ума.

Я подняла глаза на пронзительно-синее небо и тяжело вздохнула.

Не прошло ещё и суток. Но по ощущениям я постарела лет на десять.