Появление прослушки не внесло каких-то драматических изменений в мою повседневную жизнь. Просто дома я стала больше разговаривать сама с собой, наедине с Гувером — помалкивать, а при встречах втроем с Адамом мы обменивались планами на бумаге.

Сегодняшнее место встречи — библиотека. То ли Адам проникся серьёзностью ситуации, то ли ещё что, но даже его рубашка сменилась на мрачную, тёмную клетку.

Я даже возмутиться не могла — с чего это он винит меня, если сам же всё и подстроил. Адам, потиравший грудь с потемневшим лицом, выглядел совсем больным.

Прости. Больше не буду сюсюкать.

— Из-за хуёвой работы я не могу поехать. Справишься без меня?

Командировка Тео отложилась ещё на день. Мне-то, конечно, куда лучше, когда его нет рядом, но в его голосе, сообщавшем о смене планов, сквозило такое раздражение, что пришлось подыграть и изобразить расстройство.

— Ничего не поделаешь. Постараюсь как-нибудь справиться. Кстати, тот чип, что вы прицепили к моему телефону, — это GPS?

— Тебе сказали, что это GPS?

— Я всё узнала от Гувера. Это ведь правда он. GPS.

И я, допытывающаяся про GPS, прекрасно зная, что это не он, и Тео, притворяющийся дурачком, хотя он от и до слышал наш разговор с Гувером. Донельзя бесстыдный диалог, в котором мы оба нагло врали друг другу.

— Просто не могу уловить, чем ты занимаешься.

Его ответ, по крайней мере, был близок к правде. И отчасти сходился с тем, что я выведала у Гувера. По его словам, Тео сомневался в самой причине моего похода в галерею. Он тряс Гувера, требуя выложить всё как на духу, недоумевая: как человек, который так хуёво собирает букеты, может хоть что-то смыслить в искусстве, чтобы таскаться по галереям.

Видимо, не поверив отговоркам, он и прилепил прослушку. Адам же настаивал, что этот кризис нужно обернуть в свою пользу.

Адам, вложивший в этот проект всю душу, устроил мне суровую муштру, приводя кучу примеров, и так в храме знаний — библиотеке — я постигала науку «Как стать самой невыносимой девушкой». Если мне казалось, что это уж чересчур, и я с отвращением качала головой, Адам таращил глаза и с бешеной скоростью строчил на бумаге.

Преданный вассал с ножом в сердце, тяжело сопя, как носорог, схватился за ручку. Впрочем, его усердие продлилось недолго. Резко перечеркнув написанное, он с крайне печальным видом придвинул листок ко мне.

Он вообще понимает значение слова «ранимый»?

Какой ранимый человек будет подстрекать к убийству и внаглую вести слежку за гражданскими?

Я лишь хлопала глазами, поражаясь этой извращённой преданности, пока Адам, коротко цокнув языком, не похлопал меня по плечу.

Кажется, он до сих пор дулся из-за тех перешёптываний на курсах флористики. Жаль только, Адам не осознавал, что сам больше всех похож на льстивого царедворца.

Так или иначе, совещание в обход прослушки и слежки продолжалось. Поначалу, с непривычки разговаривать вслух самой с собой, я в отчаянии рвала на себе волосы и топала ногами, но после нескольких попыток всё же втянулась. Прискорбный факт.

— Ой, эсэмэска с предложением продлить курсы флористики. Раз уж парню со скверным характером понравился мой хуёвый букет, надо постараться и подарить ему ещё более хуёвый. Боже, как странно. И с чего бы я вдруг по нему соскучилась?

Выражение моего лица, отразившееся на экране телефона, не сильно отличалось от черепа в гробу. Уж не знаю, кто стал бы так обстоятельно рассуждать вслух, но под конец я не забыла «случайно» поскрести прилепленный чип ногтем. Искренне надеясь, что тот, кто сейчас подслушивает этот монолог, оглохнет от боли.

— Да, красавица.

Его реакция ничем не отличалась от обычной. И в день возвращения из командировки он повёл себя точно так же. То ли он не слушал, то ли вообще ничего не услышал, но Тео ни словом не обмолвился о моих бормотаниях. Да что там обмолвился — даже его отношение ко мне ни капли не изменилось. Ни большего отторжения, ни большей симпатии — всё тот же привычный Тео.

— Чем занимаетесь?

— Думаю о тебе.

— Ой, надо же. А я как раз думала о человеке, поднявшем трубку.

— И что надумала?

Поразительная наглость. Будь это вчерашняя я, то лишь озадаченно склонила бы голову, засомневавшись, работает ли прослушка вообще, но сегодня его невозмутимость просто лишала дара речи. А всё потому, что накануне случилось кое-что, окончательно подтвердившее факт слежки.

Прошлой ночью стоило мне удариться ногой о стол и издать сдавленный стон боли, как тут же раздался звонок. И не абы какой, а по видеосвязи. И он спросил: «Ты чего там?».

Лишь когда я показала ему палец со слегка содранной кожей, ледяная стужа в его взгляде отступила. Но весна так и не пришла. Её сменил душный, липкий сезон тропических дождей.

— Ты плачешь, когда тебе больно? Вон как глаза покраснели.

— Любой покраснеет, если шарахнется пальцем об стол.

— Плевать, кто там от чего краснеет. Важно, что из-за тебя у меня встал.

— Успокойтесь... Вам лучше держать себя в руках.

— Куда тут ещё держать. Прикажешь член отрезать?

Внутри меня всё так и вскипело от возмущения, но я же влюблённая девушка. Так что держать себя в руках нужно было именно мне.

— Я не придираюсь, а просто вежливо интересуюсь: вы вообще когда-нибудь себя сдерживали?

— Ну ладно. Больше не буду.

— Что?..

— Жди. Скоро буду.

Он подался вперёд, готовый сорваться с места прямо сейчас, и я в панике замахала руками, торопливо тараторя:

— Нет-нет! В смысле, не то чтобы я не хотела вас видеть… Просто уже поздно, вы наверняка устали. И вообще, если подумать, вы очень даже хорошо держите себя в руках!

— Вот видишь. А я о чём. Раз уж ты считаешь меня шлюхой, я терплю и скромно жду, даже когда до одури хочется в тебя всадить.

— Безмерно признательна за ваши труды. Пожалуйста, продолжайте в том же духе.

— Раз признательна, решай быстрее.

— Что решать?

— Когда замуж хочешь?

— Какая досада. Видите ли, я убеждённая холостячка. Так что это вряд ли.

— Переубеждайся. Под такую херню я подстраиваться не намерен.

Послушать его, так он только и делает, что под меня подстраивается. На языке вертелась пара ласковых, но, научившись у него терпению, вместо возмущений я ответила: «Я постараюсь».

— А? Я спрашиваю, что надумала?

Низкий голос из динамика вырвал меня из горьких воспоминаний о прошлой ночи.

— Да тут пришло сообщение, предлагают продлить курсы флористики. Увидела — и сразу вспомнила о человеке, поднявшем трубку. Вы ведь любите цветы.

— Долго. Давай к сути.

— Суть в том, что я соскучилась по человеку, поднявшему трубку.

— Долго. Ещё раз.

— Я соскучилась.

— По кому.

— По человеку, поднявшему трубку?

Послышался тихий вздох. Этот нервный звук и последовавшая за ним тишина явно выдавали его раздражение, но для меня это был идеальный шанс. Сделав вид, что его реакция меня расстроила, я тяжело, с чувством вздохнула и принялась легонько постукивать пальцем по нижней части телефона. Искренне надеясь, что тот, кто сидит сейчас в наушниках, завоет от боли.

— Да блядь.

Пожалуй, пора закругляться.

Когда мой дрогнувший палец уже отползал на безопасное расстояние, Тео снова вздохнул и заговорил:

— Красавица.

— Да?

— Ты ведь ни хрена по мне не соскучилась.

— Как вы можете так жестоко! Я так соскучилась, что терпела-терпела, а потом не выдержала и позвонила!

— Тогда хули ты обращаешься ко мне так по-уебански? Человек напротив, звонивший человек, человек, поднявший трубку. Меня что, зовут «человек, поднявший трубку»?

— Ничего не по-уебански. Я просто стесняюсь. Нет, ну правда, как человека, поднявшего трубку, могут звать Теодор? У меня от одного этого имени сердечко замирает. Всё, не могу больше. Это вредно для здоровья, так что я кладу трубку.

Выпалив всё это, я безжалостно сбросила вызов, но никаких катастроф в виде ответного звонка или леденящих душу сообщений не последовало.

В тот момент я лишь порадовалась, что легко отделалась, и не заметила никаких перемен. Но оглядываясь назад, понимаю: именно с того дня Тео изменился. Самым ярким доказательством служил журнал вызовов. Чем больше становилось исходящих звонков, тем стремительнее сокращалось число входящих, пока в какой-то момент список не заполнился исключительно исходящими. Во многом благодаря мне: почувствовав перемены, я вошла в азарт и начала названивать ему с ещё большим усердием.

— И что это с ним в последнее время?

Но как я подмечала малейшие сдвиги в его поведении, так и он совершенно закономерно заметил перемену во мне — ведь моё отношение не просто поменялось, а перевернулось с ног на голову.

◆ ◇ ◆ ◇ ◆

Спасибо, что дочитали!

Все главы и продолжение — на сайте:
https://chaptify.ru/novel/moy-gryobanyy-npc-0b4t

Поддержать перевод и читать раньше — на Бусти:
https://boosty.to/novelslab