— Эспер Хан Хэ Су!
Она подбежала, чуть не падая, перевернула его и первым делом проверила дыхание. Так и есть: дыхание было слабым, будто вот-вот погаснет. От одного короткого прикосновения к нему кончики пальцев, казалось, схватит обморожением. Если так пойдёт, остановка сердца от переохлаждения наступит в мгновение ока.
Сейчас — только искусственное дыхание.
Перед ней был экстренный пациент — и с этой секунды Хан А, забыв даже о том, что здесь логово убийц, сосредоточилась. Она поднялась на колени и быстро приняла нужную позу.
Вдувать прямо в лёгкие.
Если вдуть не только кислород, но и тепло — ещё лучше. И вот она отогнула пациенту подбородок, открыла дыхательные пути — и в этот самый миг…
Кии-и-ик! Убийца, взбешённый тем, что упустил добычу, снова разинул пасть. Свирепые щупальца схватили её за лодыжку и потянули, а потом на спину навалилась черноватая тень. Она отчаянно держалась за Хан Хэ Су, но их поволокло вместе. Грубые камни ободрали локти и колени, и в тот миг, когда над головой потемнело…
Хря-ясь!
Огромная рука, разрезав тьму, пробила туловище убийцы насквозь. Брызнувшая слизь хлынула во все стороны, но на неё не попало ни капли.
— !..
Она подняла голову — огромный силуэт полностью загораживал её. Тело, на котором обнажились жёсткие мышцы. Грудь, разодранная бесчисленными зубами, по которой ручьями стекала алая кровь, и живот, будто свитый из стали, лоснились в темноте. Он уже вбивал туловище убийцы в землю, размалывая его. Снова принимая всем телом брызнувшую слизь и кровь, он встал перед ней, как щит.
— Гук…
На этот тонкий зов их взгляды встретились — и зрачки До Гук Ёна дрогнули; он начал глазами перебирать одну за другой раны, отпечатавшиеся на её теле.
Взгляд, что пересчитывал всё: пропитанный кровью бок, плечо, лодыжку, спину. Он не улыбался ни на волос, и всё-таки Хан А, увидев наконец мужа, которого ждала, разом выдохнула задержанное дыхание.
— До… ты… ха-а…
Ресницы затрепетали. Одежда на нём была изодрана так, что не осталось ни одного целого места, — доказательство отчаянной кровавой схватки. Всё тело было в ранах и крови, живого места не найти, но сам он ничуть не выглядел разбитым. Наоборот, его напор стал ещё свирепее прежнего — незнакомый, и от него перехватывало дыхание.
— Я… я думала… что тебя больше не увижу…
С жутким выражением лица, какого она давно не видела, он размашисто подошёл, отпихнул Хан Хэ Су и рывком стиснул её в объятиях.
— Х-х!..
Хан А, будто и сама только этого ждала, без конца вжималась в смердящую грудь мужа. Хотя бы в этот миг и тяжёлое состояние Хан Хэ Су, и участь Вон Се Джин отодвинулись, выцветая до белизны.
— Погоди. Ых!..
И только от давления, стиснувшего бок, она сообразила, что это не объятие. До Гук Ён грубо разорвал остатки собственной одежды — а их почти и не было — и туго обматывал ей бок, останавливая кровь.
— А…
Хан А зачем-то отвела взгляд в потолок пещеры и тихо кашлянула. Молча завязав узел, он негромко спросил:
— Ты что сейчас собиралась вытворить?
Голос был низкий, надтреснутый. От того, что он оказался холоднее, чем она ожидала, Хан А разом опомнилась. Странное чувство чужеродности, покалывавшее кожу, она пока отодвинула.
— А?.. А. Да. Этот человек — эспер Хан Хэ Су. Он сейчас в опасности. Из выживших, похоже, никого не осталось, и он один израсходовал всю свою силу.
— …
— За Гейтом кто-нибудь дежурит? Сейчас и срыв не исключён. Его надо немедленно отправить в неотложку или в изолятор и начать лечение, и гайда надо вызвать, чтобы поскорее снизить показатели, — а матч-партнёр у него есть?
Не переставая говорить, Хан А снова уложила Хан Хэ Су на землю и приложила ухо к его груди.
— Так и есть, дыхания почти не слышно. Слишком слабое.
Хан А снова приняла нужную позу — и в тот миг, когда отгибала Хан Хэ Су подбородок, огромная рука грубо вклинилась и оттолкнула её.
— Я сделаю.
— А?
— Убери руки. И отойди. Ты ничего не делай.
— …
— Мой-то выдох всё равно горячее твоего, разве нет?
Он, сильно нахмурившись, молча смотрел на её белый халат и на побуревшее от крови место у поясницы. Стиснув зубы, он отогнул Хан Хэ Су подбородок. И безжалостно вогнал в наглухо промёрзшие лёгкие выдох, напитанный собственным жаром.
Ху-у. Хух.
Он вдувал так сильно — хух, хух, — что у Хан Хэ Су раздувались щёки. От этого изморозь, тонко покрывавшая кожу, понемногу начала стаивать.
Сколько раз он это повторил?
Хан А, с замиранием считавшая про себя, вдруг поймала себя на том, что не сводит с них глаз. Отчего-то долго смотреть на это было неловко.
— А это, оказывается, дыхание сбивает. Хан А.
Это же явно первая помощь…
До Гук Ён стиснул Хан Хэ Су обе щёки, будто разминая тесто, разжал ему рот и снова прижался своими губами. Хух, хух — врывался мощный выдох. И всё это время его взгляд ни разу не сошёл с Хан А. Смотрел, лишь скосив зрачки вверх, — свирепо и как-то непонятно. В тот миг, когда губы снова разомкнулись, он опять тихо проговорил:
— Ли Хан А. Ты всё это время так работала?
— Что?
— Потому такое для тебя — ничего особенного?
— Ты о чём это вдруг…
Отчего-то это прозвучало как укор. До Гук Ён — простой малый, у него всё кончается на «да» или «нет»; он не из тех, кто вкладывает в слова второй смысл. Она задумалась, что он имел в виду, и потому чуть запоздала, когда взялась проверять пульс Хан Хэ Су, — и в этот миг…
— Кхе!.. — Коротко кашлянув, Хан Хэ Су начал дышать сам. До Гук Ён немедленно отстранился. Провёл кончиком языка по внутренней стороне губ и грубо вытер рот тыльной стороной ладони.
— Эспер Хан Хэ Су, вы приходите в себя?
— Я только что…
Насилу открыв глаза, Хан Хэ Су обратил расплывающийся взгляд на Хан А — врача медчасти, которая держала его пульс.
— Да. Похоже, дыхание на время остановилось, так что я пока сделала искусственное дыхание как первую помощь, но вам надо скорее выйти и получить полноценное лечение. Здесь нет измерителя показателей, поэтому точно не скажу, но гайдинга вам тоже сильно не хватает, верно?
— …
— Надо скорее выйти и в первую очередь получить гайдинг…
— Только что… искусственное дыхание… мне сделали вы, доктор?
Затуманенный взгляд вбирал Хан А до края. Хан Хэ Су рефлекторно схватил её руку и потянул к своим губам.
— Куда лезешь.
Хлоп! До Гук Ён вдруг, будто ему был противен взгляд, со всей силы ударил его по лбу и в глаз.
— Это я сделал. Мудила.
От такой откровенной брани Хан А вздрогнула и резко повернула голову.
— Ох, До Гук Ён!
Ты… это… не слишком ли резко? Хан А, вытаращив глаза, укоризненно посмотрела на него, но До Гук Ён без ответа отвернулся. Только грудино-ключично-сосцевидная мышца [1] на его шее была натянута до предела, будто вот-вот лопнет.
[1] крупная мышца на боковой поверхности шеи; заметно выступает, когда человек стискивает зубы или напрягается.
— Хэ Су. Доктор — не гайд.
— Да… Вот… как.
— Благодарить будешь меня. У тебя во рту как в гнилой луже.
— Простите.
— И больше не смей так нелепо путать.
— …
До Гук Ён угрюмо смотрел на молчание малого, которого называли его преемником. Глаза, выцветшие до синевы, как лёд, тоже смотрели на него в упор.
— А… та тварь была ядром, — тут заговорил Хан Хэ Су.
Опираясь на локоть, он приподнялся и указал на мёртвого убийцу.
Ядро?
И тут из мелко перемолотого мяса убийцы какое-то щупальце резко ткнуло в воздух. Оба мужчины разом повернули головы. До Гук Ён заметил на кончике щупальца, бьющегося до последнего, чёрный камень и сузил глаза. Он подбежал и тут же разорвал его — тёмно-красная слизь брызнула фонтаном.
Ядро было… внутри убийцы?
Хан А сдвинула брови.
Чёрный обломок камня размером с ноготь. Внутри каждого Гейта есть ядро, и зачистка заканчивается только тогда, когда ядро разрушено, — это общеизвестно.
А у убийц есть повадка: они собираются возле ядра — источника Гейта…
Пока Хан А была погружена в мысли, До Гук Ён дожёг ядро без остатка. Как только ядро Гейта рассыпалось пеплом и исчезло, жара, поднявшаяся почти до семидесяти градусов, будто по волшебству начала спадать. Едкий дым и запах гари рассеялись, а багровое пламя, пожиравшее пещеру, начало терять силу с краёв. Земля и стены, что с треском расходились и выплёвывали огонь, тоже вернулись в прежнее, безопасное состояние.
— …
Как только напряжение отпустило, Хан А качнулась, будто падая. До Гук Ён тут же обхватил её рукой, поймал и уложил её голову себе на плечо. У самого уха разлилось его пылающее дыхание.
— Вон Се Джин тоже цела.
Голова Хан А резко вскинулась.
— Се Джин. Он… жива?
От покорного «да», упавшего в ответ, у неё отлегло от сердца. Я ведь думала, что она опять погибла. Её вечно затягивало в мои самовольные решения — дотолкала до изолятора, а теперь ещё и в Тактическую академию выпихнула: иди в боевые гайды. И я решила, что она снова погибла из-за меня… Хан А длинно выдохнула, унимая дрожь в дыхании.
Жива — и хорошо. Этого было достаточно. Только теперь заломило все кости и поплыло в глазах. Насколько она была измождена, настолько же от тела До Гук Ёна густо поднималось зловещее марево. Кожа раскалилась докрасна, как уголь, — рядом с ним горло обжигало так, будто выгорало изнутри.
— …
Слово «гайдинг» подступило к самому языку. Но почему-то так и не сорвалось с губ. Хан А ухватила его за щёку, притянула вниз — и лицо её окаменело.
— Э…
Голову задела мысль, что оставлять всё как есть, возможно, по-настоящему опасно. Знал он о её тревоге или нет, но До Гук Ён покорно опустил глаза, отдав лицо в руки жены. И потому… она не ждала, что он заговорит первым.
— Хан А. Мне, кажется, тоже нужен гайдинг.
Голос по-прежнему был ласковым, но сухим и ломким. Хан А на миг сдвинула брови, но тут же расслабила лицо, делая вид, что всё в порядке.
— Ты ведь для этого столько подготовила.
Дрожащая рука убрала со лба Хан А выбившиеся волоски.
— Ты же придёшь посмотреть на меня?
Затем он холодно приказал:
— Приведи ту девчонку.
◆ ◇ ◆ ◇ ◆
Спасибо, что дочитали!
Больше глав и продолжение — на сайте:
https://chaptify.ru/novel/odin-na-dvoih-586b97
Поддержать перевод и читать раньше — на Бусти:
https://boosty.to/novelslab
