— Срочное сообщение. Сегодня утром курсанты Тактической академии, вышедшие на полевую практику, попали в так называемый двойной Гейт; есть многочисленные погибшие и раненые. Власти издали приказ о временном прекращении занятий и приступили к выяснению точных причин. Почему в последнее время Гейты возникают так нестабильно и аномально? Сегодня мы пригласили аналитика Гейтов и поговорим об этом подробнее...
Экран телевизора разом погас.
Женщина крепко зажмурила саднящие глаза и рывком задёрнула плотную штору. Даже единственный луч солнца, пролезавший между полотнищами, впивался в глазные яблоки, как игла.
Мало того: гудение холодильника вгрызалось прямо в голову и звенело там, а от прикосновения воротника казалось, будто в тело тычут ножом. Даже дышать было мучительно.
Вот что такое угроза срыва.
Будь у неё возможность, женщина прямо сейчас разбила бы себе череп о стену. На обоях, хранивших следы нескольких прежних попыток, засохли тёмно-багровые пятна крови.
Но чем больше она себя калечила, тем яростнее бесновалось проклятое тело эспера. Боль порождает нестабильность. Попытки шагнуть навстречу смерти лишь ускоряли срыв.
— Мя-а-у…
Так что взять и сдохнуть — и то не выходит. Женщина посмотрела на кота, крутившегося у её ног, и стиснула зубы.
Если она сорвётся здесь, то потеряет и его — единственную свою семью. И всё-таки хотя бы тебя надо пристроить к хорошему хозяину. В жизни эспера, потерявшего гайда, не было ровно никакой надежды.
— …
Она, шатаясь, встала перед зеркалом — и вид, представший ей, оказался ещё страшнее. Вены на шее вздулись синевой, щёки пошли трещинами, как разбитое стекло. Даже белки залило сплошной краснотой — вылитое чудовище. Женщина торопливо нашла наркотическое обезболивающее и вытряхнула всё в рот.
Похоже, придётся докупить лекарств.
Делать нечего: она натянула чёрную толстовку с капюшоном и вышла на улицу — и весь шум, усиленный в несколько раз, тут же принялся выскабливать уши. От автомобильных гудков до хруста гравия под ногами — все звуки мира резко царапали нервы. Сырой запах табака, запах земли и стоявший во рту запах крови смешались и вывернули нутро. И ещё…
— А, бля!
Женщина резко развернулась и бросилась в глубь переулка. Стоило ей напрячь пальцы, как между ними с треском проскочил синеватый разряд.
Тр-рак, тр-ра-ак!..
Фонари гасли один за другим, будто лопаясь. Вывески и свет в окнах тоже мигнули подряд, и вскоре весь переулок утонул в чёрной темноте. Всякий раз, когда шаги нагоняли, она, не оглядываясь, взмахивала рукой. Синие разряды, срывавшиеся с пальцев, хлестали преследователей по ногам.
— Ха-а… ха-а. Бля…
Но на следующем повороте из горла разом подкатило что-то горячее. Женщина переломилась пополам, и её вырвало кровью.
— Эспер на грани срыва, обнаружен!
Кто-то в мгновение ока сократил расстояние, перехватил её запястье и, надавив на плечо, сбил с ног.
— Задерживаем и немедленно изолируем.
Её лицом вжали в асфальт. Это была спецгруппа захвата из Центра. Следом на спину навалилось сразу несколько колен. Одну руку безжалостно вывернули назад.
— Не сопротивляйся. Тебя доставят по протоколу изоляции, в безопасности, и до стабилизации твои права гарантированы. Пойдёшь добровольно сейчас — наказания не будет.
— Кх!..
— Ты ведь была из третьей команды эсперов. Кажется, пару раз видел тебя в Центре — и встретиться вот так снова, честно, невесело.
Вдавленная в землю, она вытаращила глаза. Выжала последние остатки сил и собрала их в кончиках пальцев.
— Так что иди по-хорошему. Нам тоже не хочется вот так волочь своих же, из Центра…
Тр-рак! Синий разряд взорвался у неё под ладонью. Бойцов, прижимавших её к земле, отшвырнуло, и они отлетели на пару шагов. Женщина не упустила короткой лазейки — перекатилась. Опираясь о стену, шатко поднялась.
— Не подходите. Подойдёте — я тут выжму всё до капли и сорвусь к чертям!
Кровь снова хлынула изо рта. Женщина грубо обтёрла губы тыльной стороной ладони и вытянула мокрую от крови руку в сторону группы захвата. С кончиков пальцев срывались неровные синие разряды.
— Эспера До Гук Ёна… позови.
Прозвучавшее ни с того ни с сего имя заставило лица группы захвата окаменеть.
— Что?
— До Гук Ён. Эспер До Гук Ён! Я сказала — позовите!
— …
— Если не он, ни в какой изолятор я не пойду. Позовите его, обязательно. Пусть эспер До Гук Ён сам меня заберёт.
Бойцы обменялись серьёзными взглядами.
— Если не хотите увидеть, как весь этот квартал ляжет…
На последнем слове её опять вырвало кровью. Колени подломились, но женщина упёрлась в стену и упрямо устояла.
Она снова подняла дрожащую руку — с пальцев угрожающе брызнули разряды. Соскребла воедино всю злость и всё отчаяние и заорала:
— Позовите эспер-нима До Гук Ёна, прямо сейчас!
* * *
Между тремя вернувшимися домой висело тяжёлое молчание. Пока Хан А украдкой к нему присматривалась, он без промедления шагнул в гардеробную и первым делом вытащил огромный чемодан.
Мужчина одной рукой сгрёб в охапку висевшую в шкафу одежду. Утрамбовал её в чемодан и быстро обвёл комнату взглядом — не осталось ли чего собрать. А потом размотал и швырнул на пол бинт, которым была стянута нижняя часть лица.
— Ты… что делаешь?
Хан А в конце концов не выдержала и подошла ближе.
— Я не могу жить в одном доме с незнакомой девчонкой.
— Что?
— Я теперь знаю, что этот засранец — девка, и не могу. Не стану я этого делать.
— …
— А ты его жалеешь и выгнать не сможешь, поэтому уходим мы. Наш дом уже загажен.
— Да нет же, Гук Ён.
— Помолчи и тоже быстро собирайся.
Теперь он вытащил и чемодан Хан А, и охапкой сгрёб её одежду. Хан А, при всей нелепости происходящего, покосилась на Вон Се Джин — та застыла одна, будто её выбросили. Хан А грубо взъерошила себе волосы и снова подошла к мужу. Но До Гук Ён, словно наперёд знал, что она скажет, ударил первым.
— Ли Хан А. Ты ведь сказала, что сделаешь то, чего я захочу?
— А?
— Вот сейчас мы едем это делать.
— Какое ещё…
До Гук Ён не стал распространяться. Просто с силой придавил чемодан, защёлкнул его, взял Хан А за запястье и двинулся к прихожей. И тогда застывшая с встревоженным лицом Вон Се Джин торопливо увязалась следом.
— Д-доктор. Вы куда?
— Ну… Се Джин.
Как это объяснить? Пока она медлила, хватка До Гук Ёна стала ещё крепче.
— Доктор. Возьмите и меня. Я просто забьюсь в какую-нибудь кладовку. И в багажнике сойдёт!..
— Э-э, Се Джин. Я скоро… вернусь.
Она и сама не знала, куда собрался До Гук Ён, но решила, что вряд ли это надолго, и сказала это легко. И всё-таки вокруг вилась странная вина, и она в ответ сжала руку Вон Се Джин.
Увидев это, До Гук Ён скривился и рванул Хан А к себе — и в тот же миг в глазах Вон Се Джин тоже что-то тонко сверкнуло. Она загородила До Гук Ёну дорогу и закричала голосом, в котором мешались слёзы:
— Я!.. Я аджосси полезна! Я, я же доктору и аджосси помога… помогаю… На самом деле я, я и похуже могла бы задумать, но просто мне доктор нравится, я правда хочу доктору помочь!..
Захлёбывающиеся слова путались и сбивались.
— !..
Как раз тогда зазвонил телефон До Гук Ёна. Он глянул на номер, коротко цокнул языком, бросил Хан А взгляд и ушёл в соседнюю комнату. Хан А немного посмотрела на мужа, сухо отвечавшего в трубку, а потом подошла к Вон Се Джин. Осторожно вытерла кончиками пальцев её вконец мокрые глаза.
— Я скоро вернусь. Просто я тому аджосси кое-что пообещала.
— …
На подбородке Вон Се Джин собрались мелкие морщинки, как на грецком орехе. Казалось, она вот-вот разревётся, но было видно, что она сдерживается. И тогда сбитое дыхание понемногу улеглось, а перекошенное лицо мало-помалу встало на место.
У Хан А стало тяжело на душе. И без того ведь ребёнок, над которым До Гук Ён сотворил мерзость. И адвокат Мун Га Гён советовала: травма там или что другое — лечиться надо.
— Не пожалеете?
Тут Вон Се Джин грубо вытерла глаза рукавом. И спросила это холодно, будто и не плакала вовсе.
— Что?
Это она о чём? Хан А посмотрела на неё с недоверием.
— Ну, что вот так меня оставляете и уезжаете.
И тогда вдруг ожило то кошачье впечатление, которое возникло при первой встрече с этим ребёнком. Лицо настороженное — и всё-таки в чём-то хрупкое, притягательное. Длинный разрез глаз, не дрогнув, смотрел на одну только Хан А.
— …
Издалека доносился короткими обрывками голос До Гук Ёна. Да. Нет. Сейчас буду. Сухие односложные ответы рассыпались в воздухе. И на звук его шагов — похоже, разговор подходил к концу — Вон Се Джин вдруг схватила Хан А за руку.
— !..
Тело рвануло вперёд — и в запястье впилось что-то горячее и твёрдое. Испуганная Хан А рефлекторно оттолкнула её, но Вон Се Джин смотрела на запястье доктора со следами зубов и беззвучно смеялась.
Ошарашенная Хан А, по коже которой прошёл незнакомый озноб, торопливо потёрла запястье. Так вот, значит, каково это — когда тебя кусает собственная кошка.
— Доктор только меня просит, а мои просьбы не исполняет. А если потом, когда я вам очень-очень понадоблюсь. Что тогда делать будете?
Сердце ухнуло вниз.
Как раз тогда из соседней комнаты вышел До Гук Ён, и лицо у него почему-то было каменное. Он без колебаний снова подхватил чемодан и Хан А и двинулся к прихожей.
Хан А шла, будто её тащили, и всё оглядывалась назад. Но Вон Се Джин уже вернула себе смирное лицо и даже легонько помахала уходящей Хан А рукой.
— Счастливого пути.
Бам — дверь закрылась.
Вскоре в большом доме осталась одна Вон Се Джин. Не пряча обиженного вида, она медленно пошла в гардеробную Хан А. Втиснулась в шкаф и легла там, свернувшись.
— …
Стоило тихо закрыть глаза, как одно за другим всплыли: миг отчаянного выживания внутри Гейта, ощущение первого в жизни гайдинга через слизистую и лица доктора и аджосси.
Подкатило — казалось, нутро вывернет. Вон Се Джин стиснула в охапку одежду, ещё хранившую тепло доктора, вытащила телефон и куда-то позвонила.
— Да, это я…
Из трубки раздался низкий голос. Вон Се Джин долго молча слушала, а потом уткнулась лицом в одежду.
— Да, в больнице — спасибо вам. Нет. Похоже… она ничего не заметила.
Она несколько раз потёрла глаза краем рукава Ли Хан А и сказала:
— Да я не о том. Надо будет на днях заглянуть. В тюрьму.
◆ ◇ ◆ ◇ ◆
Спасибо, что дочитали!
Больше глав и продолжение — на сайте:
https://chaptify.ru/novel/odin-na-dvoih-586b97
Поддержать перевод и читать раньше — на Бусти:
https://boosty.to/novelslab
