Контент удален!

— Ты…!

— Что!? Собираешься меня ударить?

Тилия, несмотря на то что столкнулась с мужчиной на голову выше себя, не показала никаких признаков отступления. Вместо этого она посмотрела на него насмешливым взглядом с мягкой улыбкой на губах.

— Ты бежал за мной, дрожа от страха, боясь, что я могу куда-нибудь пойти. У тебя вообще хватит смелости ударить меня? Ты же понимаешь, что за это тебя тут же исключат?

Хотя Тилия не знала всего плана Грегори, она прекрасно понимала, почему он прибежал за ней.

— Не волнуйся. Я не буду рассказывать твоему отцу, достопочтенному графу Майерсу, которого ты так боишься, о твоих грязных словах. Но взамен…, — тихо сказала она, наблюдая, как он вздрагивает при упоминании отца, — тебе придется извиниться.

— …Что?

— Извинись. Либо признай, что ты не лучше собаки, роющейся в мусорном баке.

В тот момент, когда Грегори встретился взглядом с жестокими, сверкающими зелеными глазами Тилии Эмброуз, он осознал свою ошибку. Ему не следовало заговаривать с ней с самого начала. Нужно было развернуться еще тогда, когда он услышал первое оскорбление. Не стоило попадаться в ловушку этой дочери обедневшего барона, о чьем скверном характере ходили легенды.

Черт возьми.

Грегори знал, что Тилия Эмброуз не из тех людей, кто будет колебаться, прежде чем действовать. Он лихорадочно огляделся вокруг, ища помощи, но все, что увидел, - это люди, глазеющие на происходящее и ожидающие развязки. Не было никого, кто мог бы вытащить его из этой ситуации.

— Что ты делаешь? — надавила на него Тилия. — Все еще думаешь об этом? Просто чтобы ты знал, я не против получить удар. Если один удар приведет к твоему исключению после длительного пребывания здесь, этого более чем достаточно. Давай, Грегори.

— Ты…!

Не в силах больше сдерживать свою ярость, кулак Грегори Майерса начал дрожать, но тут его прервал чей-то голос.

— Прекрати, Грегори.

Грегори повернул голову на голос, и вот она - Сесилия Клейтон, дочь маркиза Клейтона, поднимающаяся по лестнице с огненно-рыжими волосами, сияющая как майская роза. Она была тем спасательным кругом, которого ждал Грегори.

— Сесилия!

— Грегори, почему ты всегда так отчаянно затеваешь ссоры с дамами?

В отличие от Грегори, чье лицо озарилось облегчением, голубые глаза Сесилии блестели от недовольства.

— Тебе должно быть стыдно перед графом.

Будучи старшей дочерью семьи Клейтон, которая долгое время была близка с семьей Майерс, Сесилия строго его отчитала.

— Чего ты ждешь? Уходи скорее.

— Т-Тилия, ты должна быть благодарна Сесилии за то, что она тебя спасла! — Грегори выплюнул фразу третьесортного злодея, убегая с таким видом, будто ему только что дали отсрочку.

— Ты в порядке, Тилия?

Тилия, которая смотрела вслед удаляющейся фигуре Грегори, повернула голову на голос Сесилии.

— Ты, должно быть, очень испугалась.

Послышался стук дорогих туфель, украшенных драгоценностями, когда Сесилия остановилась рядом с изношенными туфлями Тилии.

— Что поделаешь? Парни глупы по своей природе. Просто забудь об этом.

Голубые, как море, глаза Сесилии смягчились. Ее огненно-рыжие волосы, контрастирующие с этими ясными голубыми глазами, дополняли ее яркие черты, заслужив ей прозвище «Роза в синем море».

Как только вмешалась Сесилия, окружающие зрители, ожидавшие ссоры, быстро потеряли интерес и отвернулись.

Но когда та взглянула на Тилию, на теплом лице Сесилии появилась едва заметная трещина, которую нелегко было заметить.

«Она действительно смутьянка».

Сесилия осторожно оглядела Тилию с головы до ног. Первое, что бросилось ей в глаза, была серая форма, не изменившаяся с тех пор, как ее впервые выдали. Пуговицы и лента были самыми простыми, а силуэт не был подогнан по фигуре.

Затем взгляд Сесилии упал на потертые туфли Тилии, и на мгновение в ее глазах мелькнула жалость.

Тилия Эмброуз. Девочка без денег, без связей и даже без таланта. Глупая девчонка, которая, казалось, верила, что все, что ей нужно сделать, - это усердно учиться, чтобы закончить учебу одной из лучших.

«Почему она живет такой тяжелой жизнью? Она должна знать, что есть более легкий и безопасный путь».

Взгляд Сесилии скользнул от бедного наряда Тилии к ее лицу.

…Неужели ему такое по вкусу?

На мгновение Сесилия подумала об Айлексе Дэвенпорте, чьи глаза задержались на дорожке, ведущей в библиотеку. Как бы строго она ни судила Тилию, если бы она держала рот закрытым, ее безупречная кожа и утонченные черты лица наверняка привлекли бы многих мужчин.

Ее черные, как вороное крыло, волосы, хотя и не были популярным цветом в королевстве, сияли здоровым блеском, а ее пронзительные зеленые глаза, хотя и мятежные, обладали пленительным очарованием.

Как жаль.

Как жаль, что такая умная девушка не имеет представления о реальности.

«Вместо бесполезных усилий было бы выгоднее использовать другое оружие».

Даже если бы Тилия закончила академию второй по успеваемости, это было общество, где классовая иерархия уже предопределена. Как бы мир ни содрогался от волнений, она никогда не поднимется выше Грегори Майерса.

Закончив размышления, Сесилия ласково спросила:

— Тилия, ты снова собираешься заниматься?

— Да. В конце концов, сейчас экзаменационный период.

— Такая образцовая студентка. Когда я смотрю, как ты учишься, я начинаю беспокоиться о своих собственных оценках.

— Ты, как всегда, справишься, Сесилия. Увидимся позже.

— …Подожди, Тилия.

Сесилия импульсивно окрикнула Тилию, когда та повернулась, чтобы уйти.

— Планируешь ли ты устроиться на работу после окончания академии?

Спрашивать любую другую знатную даму, собирается ли она работать, было бы ужасно грубо, но это была Тилия Эмброуз. Все в королевстве знали, что семья Эмброуз находится на грани краха.

Как и ожидала Сесилия, Тилия не выказала никаких признаков обиды и спокойно переспросила:

— А что, если да?

— Секретарь, работающая в конторе маркиза, недавно вышла замуж, — сказала она, и ее глаза загорелись от радости, — так что у нашей семьи освободилась вакансия. Я могла бы написать тебе рекомендательное письмо... Что ты думаешь?

Хотя Сесилия чувствовала себя немного неловко, приглашая в родовое имение кого-то вроде Тилии, она посчитала, что это будет лучше, чем оставить ее в столице в столь плачевном состоянии.

— Гораздо престижнее работать секретарем в имении маркиза, чем гувернанткой в какой-нибудь семье.

Тилия, остановившаяся вполоборота, теперь полностью повернулась к Сесилии. Солнечный свет падал под прямым углом, освещая ее черные волосы и белое лицо. Ее темно-зеленые глаза слегка просвечивали на ярком солнечном свете, контрастируя с черными волосами, которые, казалось, поглощали свет, становясь еще темнее.

— Спасибо, Сесилия.

— Не стоит. Мы должны помогать друг другу как однокурсницы.

— Спасибо, но я рассмотрю этот вариант только в том случае, если мои оценки ухудшатся.

Пожелав ей хорошего дня с яркой улыбкой, Тилия без колебаний отвернулась. Джуди Уэллс, как всегда ничем не примечательная, плелась за ней, пытаясь не отставать.

«Подумать только, а гордости-то сколько», — усмехнулась Сесилия, наблюдая, как изношенная форма Тилии удаляется. Она тихонько рассмеялась, но в этом смешке сквозил лишь ледяной холод.

Как глупо.

Неудивительно, что она так отчаянно цеплялась за свою стипендию.

Пожалев о проявленной жалости, Сесилия быстро отвернулась. Но как бы ни старалась, она не могла избавиться от назойливых мыслей об этой бедняжке, которая странным образом действовала ей на нервы.

Дорожка к библиотеке, за которой некоторое время назад так напряжённо наблюдал Айлекс, тянулась, окаймлённая деревьями, и там, в её конце, были те самые иссиня-чёрные волосы.

«…Нет, это смешно».

Сесилия рассмеялась над своими нелепыми мыслями и покачала головой.

По этой дорожке шло много народу. Конечно, Айлекс не следил за этой дерзкой девчонкой. Это были всего лишь ее домыслы. В конце концов, Айлекс Дэвенпорт был не из тех, кто станет провожать взглядом чью-то спину.

И никогда не будет.

Сесилия с холодной улыбкой отбросила эти мысли и ушла, не раздумывая.

 

***

 

— Фу, Грегори Майерс – полный подонок, не так ли? Он известен тем, что тусуется с отбросами общества, — проворчала Джуди, которая всю дорогу до библиотеки украдкой поглядывала на Тилию, — этот парень даже не осознает этого, но он говорит гадости о каждой девушке. Думаешь, он когда-нибудь приставал только к одному человеку? Он, вероятно, оскорбляет любого, кто попадается ему на глаза.

Джуди, которая кипела от гнева и размахивала кулаками в воздухе, снова взглянула на Тилию.

— Знаешь, Тилия... тебе не обязательно обижаться на то, что он сказал.

— Я не обижаюсь.

— Когда Грегори вообще говорил что-то подобное? Если бы ты мне рассказала, я бы присоединилась и отругала бы его.

— Я так занята подготовкой к экзаменам, что даже не помню. И, честно говоря, я уже забыла об этом.

Джуди все еще выглядела скептически, но Тилия говорила правду.

Вопреки опасениям подруги, ничего из сказанного Грегори не беспокоило ее ни в малейшей степени. Даже тонкие подколки Сесилии не тронули ее. Потому что слова детей из привилегированных семей, выросших в роскоши и хорошем обращении, были слишком тупыми, чтобы ранить Тилию.

— …Но в следующий раз обязательно скажи мне. Хорошо?

Когда Джуди, убежденная, что ее подруга глубоко ранена, заговорила с искренней обеспокоенностью, Тилия ответила с озорной улыбкой:

— А что ты будешь делать, если я тебе скажу?

— Я бы, конечно, противостояла ему вместе с тобой! Я бы его обругала!

— Ты умеешь ругаться?

— Конечно!

Тилия мило улыбнулась, глядя на подругу, которая, будучи по натуре замкнутой и робкой, пыталась быть жесткой.

— Да как этот гребаный ублюдок смеет...!

— Джу-Джуди!

Но когда Джуди вдруг начала грубо выражаться, лицо Тилии побледнело, и она бросилась закрывать подруге рот.

— Это же библиотека!

— А, точно.

Джуди, которая только что шокировала всех вокруг ужасными ругательствами, тут же застенчиво съежилась, словно ничего и не было.

— Где ты… научилась таким словам?

— Старшие братья меня научили. Сказали, чтобы я использовала их при необходимости, — ответила Джуди с сияющей улыбкой, глядя на ошеломленную подругу.

Она совсем забыла, что, несмотря на робость, Джуди была младшей дочерью семьи Уэллс, из которой вышло немало воинственных рыцарей.

— В следующий раз я его обязательно отругаю. Поняла, Тилия? Просто предоставь это мне.

Глядя в сияющие героической решимостью глаза подруги, Тилия невольно рассмеялась. Это был такой чистый и звонкий смех, что она снова привлекла внимание тех, кто недавно отвернулся.

 

Перевод Light of Love

https://boosty.to/lightoflove21