Контент удален!

– Отряд ночных стражей Цаннаня… – взгляд Хань Шаоюня скользнул по фигурам внизу, задерживаясь на каждом лице, а затем с лёгким вздохом презрения он покачал головой. – Отряд из какого-то города третьего уровня не способен мне ничего противопоставить.

В системе ночных стражей, где каждому городу присваивался свой отряд, мощь и опыт подразделения напрямую зависели от статуса и значимости места. Например, в отряде №006, охраняющем столицу Шанцзин, собралась целая группа чрезвычайно могущественных бойцов, каждый из которых достиг царства Моря, а их коллективная мощь превосходила даже некоторые особые отряды – это настоящая элитная команда.

Однако Цаннань был лишь одним из бесчисленных, ничем не примечательных городов третьего уровня. Его отряд ночных стражей, как и сотни других, был неизбежно ограничен в силе. В некоторых, совсем уж глухих уголках, в местных отрядах порой не находилось даже ни одного бойца царства Реки. В такой глуши, без вмешательства особого отряда, боец царства Моря мог бы творить что угодно, став абсолютным властелином.

Но таких могущественных людей по всей стране в целом немного, и мало кому придёт в голову без веской причины отправиться в провинциальный городок, чтобы устраивать свои порядки. Да и в случае чего, любая подобная выходка не оставалась безнаказанной – в течении двух дней непременно появлялся особый отряд, чтобы преподать зазнавшемуся гордецу суровый урок.

Вид бойцов 136-го отряда внизу, вмешавшихся в этот бой, сначала озарил сердце Линь Цие волной радости. Но эйфория мгновенно сменилась ледяным уколом беспокойства. Если бы он был один, то, возможно, смог бы ускользнуть с помощью Мерцания Ночи Никты. Но теперь сюда пришло столько людей – как ему бежать?

Неужели бросить их и уйти?

Ни за что.

За столь долгое время, проведённое вместе, 136-ой отряд давно перестал быть для Линь Цие просто группой боевых товарищей. Это, как однажды сказал Лэн Сюань, уже стало его вторым домом. Его семьёй. И он не бросит её.

Линь Цие глубоко вдохнул и молча крепче сжал рукояти мечей. В его глазах, ещё мгновение назад наполненных тревогой, вспыхнула несгибаемая решимость.

Внизу Хун Ин откинула свой тёмно-красный капюшон. Её яркие глаза, полные беззаботной улыбки, устремились прямо на Линь Цие. Она протянула руку и радостно помахала ему, а её звонкий голос, прорезая напряжённую тишину, эхом разнёсся в воздухе:

– Братишка Цие!~ Мы пришли тебя спасать!

При виде её, умудряющейся даже в такой ситуации озарять всё вокруг своей озорной улыбкой, Линь Цие невольно, едва заметно приподнял уголки губ.

– Глупышка…

Внезапно он резко откинулся назад и сорвался с края крыши. Его тело стремительно понеслось вниз, рассекая холодный воздух. Но в последний миг, за долю секунды столкновения с землёй, кончики его ног едва коснулись поверхности. Его фигура бесшумно скользнула вперёд, словно призрак, и уже через мгновение он стоял плечом к плечу с остальными.

Хань Шаоюнь, подобно высеченной из камня статуе, стоял на крыше, его длинная алебарда сверкала в тусклом свете. Он молча, с лёгким высокомерием, наблюдал за происходящим, не двигаясь с места.

Линь Цие, заняв место рядом с Чэнь Муе, крепко держал по мечу в каждой руке. Он взглянул на фигуру на крыше и спокойно произнёс:

– Капитан, он на уровне царства Моря.

– Я знаю, – глухо отозвался Чэнь Муе, едва кивнув.

– Мы сможем его победить?

– Попробуем.

– Хорошо.

Услышав этот диалог, Хань Шаоюнь вновь неторопливо покачал головой и в его голосе прозвучало холодное сожаление, смешанное с откровенным пренебрежением:

– С двумя бойцами царства Реки, четырьмя царства Озера и одним обычным человеком вам меня не победить. Нет никакого смысла приносить себя в жертву понапрасну.

– Я тебя знаю, – внезапно произнёс Чэнь Муе. – Ты Хань Шаоюнь, бывший капитан отряда ночных стражей города Гусу.

На крыше повисла мгновенная, звенящая тишина. Хань Шаоюнь замер, его алебарда едва заметно дрогнула.

– И что с того? – наконец, ответил он.

– Ты тоже когда-то был капитаном. Почему же теперь добровольно стал цепным псом Культа Древних Богов? – глаза Чэнь Муе сузились, в них появилось негодование.

– Ты не понимаешь, – Хань Шаоюнь медленно закрыл глаза, прерывая зрительный контакт с Чэнь Муе. Его голос, до того уверенный, стал низким и хриплым: – Когда-нибудь, если тебе доведётся увидеть, как твои товарищи погибают один за другим прямо у тебя на глазах… возможно, ты поймёшь мой выбор.

Чэнь Муе нахмурился и уже собирался что-то сказать, но ледяной голос Хань Шаоюня вновь прорезал морозный воздух:

– Я предупреждаю вас в последний раз. Моя цель – лишь этот мальчишка. Если вы уйдёте сейчас, я не стану преследовать никого из вас. Не приносите себя в жертву понапрасну.

Чэнь Муе ничего не ответил. Ему и не нужно было. Потому что каждый и так знал, какой выбор он сделает.

Лэн Сюань слегка провёл рукой за поясницей. Вспыхнул серебряный свет, и в следующее мгновение на его плече уже лежал огромный гранатомёт. Не тратя ни секунды, он мгновенно прицелился в Хань Шаоюня и нажал на спусковой крючок.

Со свистом граната вылетела с плеча Лэн Сюаня, оставляя за собой белый огненный след. Она в мгновение ока преодолела расстояние, устремляясь прямо к мужчине. Тот лишь слегка нахмурился, его лицо оставалось невозмутимым, но длинная алебарда в его руках взмыла, рассекая воздух.

Ослепительная вспышка взорвалась перед ним. Мощная взрывная волна, казалось, должна была смести всё на своём пути, но в тот же миг вокруг Хань Шаоюня взметнулся бешеный ветер. Он подхватил лежавший на крыше снег и силой отбросил все осколки и остатки взрыва прочь.

Почти в тот же миг из чёрного футляра за спиной Хун Ин выскочило длинное копьё с красной кистью на наконечнике. Она поймала его одной рукой, и в тот же момент вокруг её тела вспыхнуло розово-красное пламя. Мощно оттолкнувшись обеими ногами от земли, она превратилась в розово-красный размытый след и устремилась к Хань Шаоюню.

Густой дым после взрыва гранаты всё ещё клубился вокруг, смешиваясь с падающим снегом. И вот, среди этой завесы метели внезапно вырвался алый луч наконечника копья.

Хань Шаоюнь молниеносно уклонился от удара. Снежинки, всё ещё закрученные вокруг него бушующим ветром, взметнулись вверх вслед за движением его алебарды. Оружие резко рассекло пространство, направляясь прямо к талии девушки.

Но в тот самый момент, когда остриё алебарды уже почти касалось цели, затаившаяся в груди Хань Шаоюня ярость внезапно замерла. Вместо стремительной Хун Ин перед ним предстала другая женщина – лет тридцати, в струящихся зелёных одеяниях, её длинные волосы развевались на ветру, а в улыбающихся глазах сияла нежность.

Зрачки Хань Шаоюня резко сузились, а движение алебарды мгновенно застыло в воздухе в считанных дюймах от мнимого противника.

– Цинцин… – вырвалось из его груди хриплым шёпотом. Его взгляд затуманился, погружаясь в водоворот болезненных воспоминаний, но лишь на мгновение. Вскоре ясность вновь вернулась в его сознание. – Нет… Психическая иллюзорная запретная аура?

Внизу, на потрёпанной дороге, Вэнь Цимо стоял, словно в трансе, его пальцы обеих рук сплелись в сложную фигуру. Он пристально смотрел на мужчину на крыше, а в его глазах мерцал странный свет.

Хань Шаоюнь, сотрясаемый внутренней борьбой, подавил наваждение иллюзии собственной мощной духовной силой. Образ женщины в зелёных одеждах растаял и перед его взором вновь предстала Хун Ин.

Вэнь Цимо глухо закашлялся, его тело дрогнуло, а на бледном лбу выступили капли холодного пота.

Но этих нескольких мгновений задержки оказалось достаточно. Хун Ин, не теряя ни секунды, уже развернула своё копьё. Его наконечник, словно пламя, устремился прямо в межбровье Хань Шаоюня.

Зрачки мужчины слегка сузились. Он холодно фыркнул и тяжело топнул правой ногой. Вокруг него взорвалось кольцо бушующего ветра и снега. Эта яростная волна с лёгкостью отбросила Хун Ин вместе с её копьём далеко назад, лишая её возможности продолжить атаку. В тот же миг, под этим одним единственным ударом, старая многоэтажка под его ногами с грохотом начала рушиться, превращаясь в груду бетона и арматуры.

Хань Шаоюнь, абсолютно невредимый, мягко опустился в снег. Он воткнул наконечник своей алебарды в землю, и его личный бушующий ветер разогнал поднявшееся облако пыли и снега. Медленно, шаг за шагом, он вышел наружу.

Остановившись на другой стороне дороги, он слегка прищурился и посмотрел на Вэнь Цимо, чьё лицо заметно побледнело.

– Запретная аура 180, Оковы Внутреннего Демона…

Вэнь Цимо, выпрямившись во весь рост, несмотря на очевидное истощение, тихо усмехнулся.

– Не самая могущественная запретная аура, согласен. Но, похоже, против такого человека, как ты, чья душа разорвана собственными внутренними демонами, она действует на удивление эффективно.

– Правда? – спокойно произнёс Хань Шаоюнь и слегка приподнял длинную алебарду в руке.

И в тот же миг, на снежной пустоши, где ещё секунду назад царила относительная тишина, один за другим начали появляться вихри. Они с неимоверной силой подняли с земли тонны снега, закружили его в воздухе и заслонили собой небо. Горизонт, прежде ясный, исчез, растворившись в белой стене. На протяжении пяти километров вокруг не было ничего, кроме оглушающего рёва бушующего ветра и снега.

– Запретная аура 079, Штормовой Ветер.