На тренировочной площадке стоял непрерывный стук деревянных мечей.

Линь Цие, с левой рукой за спиной, а правой сжимавший меч, двигался вперёд. Каждый его шаг был спокойным и уверенным.

Напротив него Байли Тумин в панике отступал назад. Он беспорядочно размахивал деревянным мечом и едва успевал отбиваться.

Линь Цие слегка повернул кисть, и его меч с лёгкостью выбил оружие из рук противника. В следующее мгновение, сделав резкий шаг, он подался вперёд, и кончик его меча замер у самой шеи толстячка.

– Ты слишком силён, мне тебя не победить, – выдохнул пухляш, отбрасывая меч в сторону. Он, тяжело дыша, опустился на землю и раздражённо вздохнул.

– Это не я силён, а ты слишком слаб, – честно ответил Линь Цие.

Цао Юань, который по-прежнему не мог прикасаться к оружию, сидел неподалёку, подперев подбородок рукой, и наблюдал за поединком. Услышав слова Линь Цие, он кивнул, полностью соглашаясь.

К ним подошёл инструктор Хань Ли.

– Байли Тумин, твоя база слишком слабая. Иди пока вместе с остальными отрабатывать основы.

Толстячок с несчастным видом опустил голову и, шаркая ногами, поплёлся к группе новобранцев, которые отрабатывали базовые упражнения.

– Линь Цие, – инструктор Хань Ли слегка нахмурился, его взгляд задержался на парне. – Хотя у тебя отличная база и техника владения мечом довольно хорошая, мне всё время кажется, что чего-то не хватает.

– Чего именно?

– В твоём мече есть форма, но нет души, – Хань Ли пытался подбирать слова так, чтобы точно выразить свою мысль. – Твои движения слишком шаблонны. Против обычных противников этого достаточно, но если столкнёшься с настоящим мастером, тебе будет очень тяжело. Давай проведём наглядный спарринг.

Инструктор снял с ближайшей стойки деревянный меч и встал напротив новобранца. Его руки свободно свисали вдоль тела, а поза выглядела расслабленной и даже небрежной.

Парень кивнул, его лицо стало серьёзным. Он моментально принял боевую стойку и резко нанёс удар.

В тот же миг расслабленная фигура Хань Ли ожила. Его движения стали неуловимыми. Деревянный меч в его руке мелькал подобно тени, без видимого усилия, с поразительной точностью отражая атаки.

Отбив три удара подряд, он прищурился. Его меч, казалось, обрёл собственную душу. Он двигался не как продолжение руки, а как живое существо – словно скользящая змея, он мягко коснулся запястья противника.

Раздался лёгкий щелчок дерева о дерево. Меч Линь Цие вылетел из руки и с глухим стуком упал на землю.

Парень застыл, его глаза расширились от удивления. Это было совсем не похоже на прошлую демонстрацию техники, когда Хань Ли показывал новобранцам стандартные приёмы, специально замедляясь, чтобы каждый мог рассмотреть движения. Тогда Линь Цие, уже обученный Чэнь Муе, легко справлялся с защитой.

Но сейчас всё было иначе. Хань Ли нанёс всего четыре удара, однако в них не прослеживалось ни малейшей закономерности. Казалось, меч в его руке действительно жил собственной жизнью – настолько гибким и непредсказуемым он был. На этом фоне техника Линь Цие выглядела особенно жёсткой и механической.

– Почувствовал разницу? – спросил Хань Ли, поднимая его меч.

– Да, – парень задумчиво нахмурился. – Но как мне избавиться от этой скованности?

Инструктор немного помолчал, его взгляд скользнул по фигуре новобранца.

– Проблема серьёзная, но не безнадёжная. Многие великие мастера боевых искусств сталкивались с подобным. Если усердно тренироваться лет двадцать-тридцать, можно достичь очень высокого уровня.

При словах «двадцать-тридцать лет» лицо Линь Цие заметно помрачнело.

– Но, по-моему, корень проблемы не в этом, – продолжил Хань Ли. Он внимательно посмотрел ему в глаза. – Ты никогда не думал, что меч просто тебе не подходит? Или, точнее, не подходит именно такой меч?

Линь Цие замер.

– Честно говоря, талант к владению мечом у тебя не слишком выдающийся. Люди с настоящим даром, даже впервые взяв оружие в руки и размахивая им крайне неуклюже, всё равно обладают особой, необъяснимой аурой, – он медленно покачал головой. – К сожалению, я этого в тебе не вижу.

Затем, смягчив тон, он добавил:

– Не пойми неправильно, я не говорю, что у тебя совсем нет таланта. На свете не так много людей, которым дарованы исключительные способности. Если будешь усердно тренироваться, то обязательно добьёшься успехов в фехтовании. Но если хочешь достичь по-настоящему высших вершин, это будет очень трудно. На самом деле я всё это говорю лишь для того, чтобы напомнить тебе: возможно, существует путь, который подходит тебе гораздо больше.

– Путь, который подходит мне больше… – тихо повторил Линь Цие, задумавшись.

Хань Ли мягко похлопал его по плечу, его прикосновение было одобряющим.

– Подумай над этим. А я пока проверю остальных.

Когда инструктор ушёл, парень остался стоять посреди площадки, сжимая в руке меч. Он не замечал ничего вокруг, полностью погружённый в свои мысли.

※※※

После первого дня, который отпечатался в памяти новобранцев как настоящий ад, жизнь в лагере стала значительно легче. В столовой наконец начали нормально кормить, а жестокие наказания больше не появлялись на каждом шагу.

Тем не менее ежедневные физические тренировки, оставались беспощадными. Инструкторы постоянно придумывали новые испытания, продолжали доводить новобранцев до грани отчаяния.

Закончив очередной изнурительный день, Линь Цие медленно забрался на кровать. Стоило ему закрыть глаза, как мысли вновь пришли в беспорядок.

Перед внутренним взором снова и снова возникали четыре удара инструктора Хань и его собственные неуклюжие блоки. Возможно, инструктор был прав. Возможно, меч действительно ему не подходит. Но мысль о том, что придётся посвятить двадцать с лишним лет совершенствованию техники, совершенно его не устраивала.

Если отказаться от меча… тогда где его настоящий путь? С этими мыслями Линь Цие постепенно уснул.

Во сне он снова столкнулся со страхом, который когда-то внушал ему Чэнь Муе. В подземном тренировочном зале мужчина держал в руках два меча. Его атаки были подобны яростному урагану, полностью подавляя парня. Тот едва успевал отражать отдельные удары и терпел боль от попаданий деревянных клинков.

Но на этот раз он не стал отворачиваться. Широко раскрыв глаза, он внимательно следил за каждым движением противника, используя духовное восприятие. Откуда начинается удар? Где заканчивается? Как меняется траектория?

Постепенно подземный зал начал исчезать. Лицо Чэнь Муе становилось всё более размытым, теряя черты, превращаясь в нечёткое пятно. В памяти оставались лишь два меча в его руках. Каждое движение. Каждый удар. Каждый переход. Они глубоко отпечатывались в сердце Линь Цие.

И вдруг он резко открыл глаза. Сев на кровати, он почувствовал, как его взгляд засиял ярче лунного света, проникающего сквозь окно. Немного поколебавшись, он быстро оделся и бесшумно вышел наружу.

Под усилением Танца Звёздной Ночи его шаги были совершенно неслышны. Словно ночной призрак, он пересёк почти весь тренировочный лагерь и добрался до пустынной площадки.

Поднявшись на помост, Линь Цие взял со стойки два деревянных меча. Закрыв глаза, он позволил образам техники Чэнь Муе вновь возникнуть в сознании.

Затем начал двигаться. Под покровом ночи, в серебристом лунном свете, его фигура кружилась с двумя мечами в руках, словно полуночная бабочка – лёгкая, изящная и исполненная скрытой красоты.

Он открыл глаза. Их сияние было ярким, как звёзды, которые тысячами россыпей мерцали в бездонном ночном небе над ним.

※※※

– Апчхи! – в залитом мягким светом Бюро Хэпин Чэнь Муе внезапно громко чихнул.

У Сяннань, сидевший на диване перед негромко работающим телевизором, повернул голову, его брови поползли вверх.

– Простудился?

– Не похоже, – Чэнь Муе потёр нос, его взгляд был немного растерянным.

– Не похоже? Ты уже раз десять чихнул.

Чэнь Муе серьёзно задумался, а затем ответил:

– Мне кажется, кто-то меня очень усердно вспоминает.

У Сяннань закатил глаза, возвращая внимание к телевизору.

– Чушь.