Пока новобранцы, стиснув зубы и зажимая носы, давились сырым мясом, которое им выдали, помещение внезапно наполнилось волшебным, умопомрачительным ароматом. Все мгновенно оживились, их головы, словно по безмолвной команде, синхронно повернулись к источнику этого божественного запаха.

Старик Сунь нёс огромный поднос. На нём лежало множество разнообразных, аппетитных блюд. Он остановился около стола, за которым сидел особый отряд, и с заботой начал раскладывать тарелки.

– Тушёная свинина, курица с грибами, маишаншу^[1], окунь на пару… Ого! Вот это роскошь! – Вихрь, широко раскрыв глаза, шумно сглотнул. Его глаза буквально засияли.

^[1] Маишаншу – это знаменитое блюдо сычуаньской кухни, которое дословно переводится как «муравьи, карабкающиеся на дерево».

– Хе-хе, мои сорванцы не так уж часто возвращаются сюда, – старик Сунь добродушно усмехнулся, вытирая мозолистые руки о фартук. – Конечно, нужно приготовить для вас что-нибудь вкусное.

Все члены отряда поблагодарили его, и, взяв палочки, с нескрываемым удовольствием принялись за еду. За столом воцарилась атмосфера живого общения: они оживлённо что-то обсуждали и смеялись.

Тем временем в притихшем зале новобранцы прожигали их взглядом, полным мучительной зависти, сглатывая слюну. Даже те, кто ещё совсем недавно кое-как мог есть пресное маньтоу, почувствовав этот прекрасный аромат, окончательно потеряли аппетит к своей еде.

Более двухсот пар голодных глаз уставилось на стол особого отряда, который был буквально завален множеством аппетитных блюд. Казалось, они были готовы в любую секунду наброситься на них.

Ван Мянь окинул их безразличным взглядом. Он положил на стол свой меч Июань и принялся за еду, не обращая внимания на окружающую драму.

– Несправедливо! Почему они могут есть такие деликатесы, а нам приходится грызть булки и жевать сырое мясо? – наконец не выдержал один из новобранцев. Его голос был полон возмущения и отчаяния, пронзая тишину.

Лицо старика Сунь тут же помрачнело, его добродушная улыбка исчезла. Он холодно фыркнул.

– Вот когда закончите обучение, тогда и накрою для вас такой стол!

В этот момент Ван Мянь, казалось, что-то вспомнил. Он повернулся к новобранцам и поманил Линь Цие к себе.

– Цие, иди к нам, поешь немного.

Все новобранцы, как один, тут же повернули головы и уставились на парня, который в этот момент как раз жевал кусок сырого мяса. Он слегка приподнял бровь, выражая лёгкое удивление. Немного поколебавшись, он взял свою порцию еды и подошёл к столу отряда Маска, чувствуя на себе сотни жгучих взглядов.

– Попробуй курицу, – Ван Мянь, проигнорировав его порцию, взял чистую тарелку и начал заботливо накладывать ему еду. – Вихрь, передай Цие несколько кусочков рыбы.

– Сейчас.

– И супа ему налейте, он очень вкусный.

– Я схожу за палочками.

– А риса хватает? Если нет, у меня ещё есть, – Роза поднялась, чтобы положить ему риса.

Отношение членов особого отряда к Линь Цие было настолько дружелюбным, заботливым и внимательным, что ему самому стало неловко. Он поспешно замахал руками:

– Не надо, не надо. Ешьте сами. Я пришёл только задать пару вопросов. Я буду есть своё.

Лунный Призрак замер, с недоумением глядя на новобранца. Его взгляд скользнул по роскошным блюдам, затем по сырому мясу в тарелке Линь Цие.

– Перед тобой такая еда, а ты всё равно собираешься есть сырое мясо?

– Да.

– Эх… Посмотри на своих товарищей – у них уже глаза позеленели от зависти. Может, всё-таки попробуешь?

– Я новобранец, – парень покачал головой, его голос был твёрд, – значит, должен есть то, что положено новобранцам.

Услышав это, остальные члены отряда больше не стали его уговаривать. Капитан одобрительно посмотрел на него и спросил:

– Ты ведь хотел узнать о божественных представителях?

– Да.

– Спрашивай. Расскажу что знаю.

Линь Цие слегка нахмурился, погрузившись в раздумья. Он перебирал в уме возможные вопросы, стараясь выбрать наиболее подходящий.

– Какова на самом деле связь между представителем и богом?

– Ты задал довольно глубокий вопрос… – Ван Мянь долго обдумывал ответ, его глаза были устремлены в пустоту. Наконец, он медленно произнёс: – По сути, отношения между богом и его представителем можно описать одним словом – договор.

– Договор? – переспросил юноша, его брови удивлённо поползли наверх.

– По определённым причинам боги обычно не появляются напрямую в человеческом обществе. Если им нужно что-то сделать, они находят подходящего человека, который сможет выполнить это за них. Тогда между богом и человеком возникает особый договор. Его суть заключается в обмене. Бог дарует представителю часть свой силы, а тот взамен должен выполнить его поручение. Конечно, стать представителем может далеко не каждый. Только если сам бог признаёт тебя достойным, ты получаешь право заключить такой договор.

– Договор… – задумчиво повторил Линь Цие, его лицо выражало явное недоумение.

Если всё строится на договоре, то почему он ничего об этом не знает? Архангел Михаил даровал ему часть своей силы, но ни словом не обмолвился о том, что Линь Цие должен сделать взамен. Чем больше он думал, тем меньше это походило на договор. Скорее на безвозмездный дар.

– А что должен сделать ты для Бога Времени? – спросил он, посмотрев на Ван Мяня. Затем, спохватившись, тут же добавил: – Если это нельзя рассказывать, можешь не отвечать.

– Тут нет ничего секретного, – капитан покачал головой. – Восемь лет назад, когда я ещё был обычным человеком, брёл по улице в каком-то оцепенении. Тогда на меня внезапно вылетел грузовик, за рулём которого сидел пьяный водитель. Я даже не успел среагировать. Но в тот момент, когда меня должно было сбить, время вокруг внезапно остановилось. Потом из пустоты вышел Хронос. Он заключил со мной договор, даровал свою божественную ауру, а взамен потребовал, чтобы в будущем я вошёл в Такамагахару и достал оттуда кое-что.

– Такамагахара? – удивился Линь Цие. – Обитель богов из японской мифологии?

– Именно.

– Она действительно существует?

– Если Хронос сказал, что существует, значит так оно и есть. Вот только… я пока так и не нашёл её, – Ван Мянь беспомощно вздохнул.

Линь Цие кивнул, переваривая новую информацию.

– Тогда вступление в ночные стражи было твоим собственным решением?

– Да. Вообще, ещё до того, как я присоединился к стражам, ко мне приходили представители злых богов из Культа Древних Богов и предлагали вступить к ним, – спокойно ответил Ван Мянь. – Но я отказался.

Линь Цие задумался.

– Цель, которую поставил перед тобой Бог Времени, никак не связана с тем, на чьей стороне ты находишься. Поэтому они и решили, что смогут переманить тебя?

– Верно. Более того, некоторые в культе уже нашли зацепки, связанные с Такамагахарой. Они пытались использовать это, чтобы завлечь меня. Но я не хотел иметь с ними ничего общего и отказался.

– И они просто отступили? – с сомнением спросил Линь Цие.

– Всё не так просто, – Ван Мянь пожал плечами, на его губах мелькнула горькая усмешка. – Культ Древних Богов – настоящие безумцы. Если им не удаётся переманить тебя на свою сторону, они начинают искать способ тебя убить. Когда я только вступил в ночные стражи, они несколько раз нападали. Если бы мне тогда не везло, вряд ли я дожил бы до сегодняшнего дня, – он сделал паузу, затем добавил с лёгким пренебрежением: – Но сейчас они уже не смеют приближаться ко мне.

– Почему?

– Потому что не факт, что смогут меня победить. И ещё… – его взгляд скользнул по товарищам по команде, сидевших за столом, и на губах появилась мягкая улыбка. – У меня есть надёжные друзья. И один на один, и всей толпой они не рискнут связываться со мной.

– Кхе-кхе… капитан… – Вихрь чуть не подавился курицей, его лицо покраснело. – Не говори такие трогательные вещи во время еды. От них как-то не по себе.

– Но ведь я сказал правду.

– Даже если это правда, можно было дождаться момента, когда рядом никого нет! Сейчас же ужасно неловко! – Роза сердито посмотрела на него, её щёки покрыл лёгкий румянец.

– Хорошо. В следующий раз учту.

Линь Цие молча наблюдал, как семеро членов отряда, словно большая семья, подшучивают друг над другом и смеются, их голоса наполняли пространство тёплым, дружеским эхом. И спустя некоторое время его губы тронула едва заметная, но искренняя улыбка.