Контент удален!

Рассвет постепенно вступал в свои права, окрашивая восточный горизонт в нежные пастельные тона. Ночь уходила, но грохот фейерверков и хлопушек, не стихавший ни на минуту, похоже, не собирался уступать новому дню. Непрерывная канонада раскатывалась под утренним небом, наполняя воздух гулким эхом.

Линь Цие распахнул дверь и вышел из бюро. За его спиной зал, где обычно принимали посетителей и консультировали клиентов, теперь представлял собой жалкое зрелище: повсюду валялись пустые бутылки.

На двух диванах, предназначенных для гостей, Вэнь Цимо и У Сяннань спали без задних ног, развалившись словно два дохлых пса. Хун Ин, обнимая последнюю недопитую бутылку, уснула прямо за столом, что-то невнятно бормоча во сне и время от времени расплываясь в глупой, блаженной улыбке. Сы Сяонань вернулась в спальню в подвале и, едва коснувшись мягкой кровати, мгновенно отключилась. Лишь Чэнь Муе выглядел так, словно вчера ничего особенного не произошло, спокойно перемывая посуду на кухне. Что же до Лэн Сюаня, то он, как всегда, исчез ещё до того, как Линь Цие проснулся.

Потирая виски, Линь Цие усмехнулся про себя. Несмотря на то, что он только недавно достиг совершеннолетия, переносил алкоголь он на удивление хорошо. После вчерашней попойки с этой компанией сумасшедших он проснулся почти без похмелья и с ясной головой.

Он вышел на улицу, остановился перед входом в бюро и сделал несколько глубоких вдохов, наслаждаясь прохладным свежим воздухом.

Сегодня был первый день нового года по лунному календарю. Казалось, даже сам воздух был пропитан праздничной атмосферой, а где-то вдали всё ещё без конца взрывались петарды. Улицы были украшены красными парными надписями, символизирующими удачу, и золотыми иероглифами «Счастье», развевающимися на ветру. Повсюду ощущалось настоящее новогоднее настроение.

Линь Цие достал из-за двери метлу с жёсткой щёткой и принялся расчищать налипший за ночь снег, сметая его к обочине.

Работая, он невольно нахмурился. Выходные, предоставленные после тренировочного лагеря, были совсем короткими. Если ничего не изменится, уже завтра, во второй день нового года, они закончится. Но до сих пор скрывавшиеся во тьме враги почти ничем себя не проявили.

Конечно, на него уже несколько раз нападали, но почти со всеми противниками он справлялся собственными силами. Однако поверить, что среди прибывших врагов не оказалось ни одного по-настоящему сильного бойца высокого уровня, Линь Цие никак не мог. К тому же таинственная представительница Медузы из Культа Древних Богов – Змеиная Дева – так и не появилась.

Неужели инструкторы уже тайно уничтожили их, не дав им проявить себя? Или все силы перебрались к пухляшу Байли, решив сосредоточить удар на нём? А может они просто ждут подходящего момента?

Линь Цие был уверен, что за эти дни инструкторы наверняка предприняли какие-то действия. Но как сейчас развивается ситуация, он понятия не имел.

Без сомнений, город Цаннань уже превратился в самый центр надвигающейся бури. И всё же именно Линь Цие, находившийся в самом её глазу, жил сейчас спокойнее всех.

Закончив расчищать последний участок снега и уже собираясь вернуться в здание, он вдруг услышал вдали глухой взрыв.

Смешавшись с бесконечной канонадой трескающих петард, этот звук почти не выделялся, теряясь в общем шуме. Если бы Линь Цие не увидел столб густого чёрного дыма, поднимавшийся вдали, то, вероятно, решил бы, что ему просто показалось, или это был очередной, особо мощный фейерверк.

Прищурившись, он вгляделся в сторону дыма.

– Это…

※※※

Внутри гостиницы раздались последовательные оглушительные взрывы, и каждый новый раскат сотрясал старое здание до основания. Огненные шары вырывались из оконных проёмов, пожирая дерево и штукатурку. Сквозь клубы густого дыма из окна второго этажа выпрыгнули три человека.

Двое приземлились на ноги без малейших проблем. Лишь пухлый юноша с громким шлепком плюхнулся на пятую точку, после чего, потирая ушибленный зад, с кряхтением вскочил и вприпрыжку бросился бежать, неуклюже переставляя ноги.

– Эй! Вы двое!.. Не бегите так быстро! Подождите меня! – его голос был заплетающимся, а на круглом лице всё ещё держался пьяный румянец.

Шэнь Цинчжу нахмурился и сжал ладонь в воздухе. В одно мгновение весь воздух в нескольких горящих комнатах второго этажа сжался и исчез, создав вакуум, и бушующее пламя тут же погасло. Затем он слегка пошевелил пальцем, и сжатый воздушный снаряд отбросил разлетавшиеся во все стороны осколки стекла, горящие обломки и прочий мусор, защитив Байли Тумина.

Цао Юань стиснул зубы. Одним резким движением он закинул неуклюжего толстячка себе на плечо и тяжело побежал к выходу из переулка.

– Я же говорил тебе вчера меньше пить! – холодно бросил он, сквозь зубы. – Враг уже напал, а ты до сих пор не протрезвел!

Пухляш громко икнул, его голова болталась от каждого шага Цао Юаня, но он всё равно расплылся в довольной улыбке.

– Любезные, не стоит паниковать! Молодой господин же сказал, что мой отряд телохранителей постоянно охраняет из тени. Ничего со мной не случится… ик!.. ничего…

Едва он договорил, как из гостиницы вылетели четыре фигуры. Они стремительно пересекли воздух, оставляя за собой едва заметный шлейф движения, и мягко, бесшумно приземлились прямо перед ними.

Цао Юань резко остановился, его мышцы напряглись. Не снимая толстячка с плеча, он потянулся свободной рукой к чёрному футляру на спине, а взгляд его стал предельно серьёзным и настороженным.

Шэнь Цинчжу молча шагнул вперёд, заслонив собой Байли Тумина. Вокруг его пальцев закрутился вихрь, а взгляд стал холодным, словно ледяная гора. Атмосфера в узком переулке мгновенно накалилась.

И именно в этот момент пухляш снова икнул, широко улыбнулся и, сидя на плече Цао Юаня, радостно помахал четвёрке рукой.

– Приве-е-ет!

Четверо людей, ещё секунду назад излучавших убийственное намерение, замерли. В их глазах промелькнуло удивление, а затем, словно по команде, они синхронно опустились на одно колено, склонив головы в глубоком поклоне.

– Приветствуем молодого господина!

Цао Юань и Шэнь Цинчжу, готовые к бою, мгновенно застыли, их лица выражали смесь шока и недоумения.

– Встаньте, мои верные подданные, – важно произнёс Байли Тумин. Он слез с плеча Цао Юаня и хлопнул обоих товарищей по плечам. – Позвольте представить. Это четыре хранителя запретных артефактов семьи Байли. По совместительству моя личная охрана.

– Хранители запретных артефактов? – удивлённо произнёс Шэнь Цинчжу, его бровь изогнулась в вопросительном жесте.

– Некоторые особо опасные запретные артефакты подходят далеко не каждому. Чтобы раскрыть их полную силу, необходимо найти человека, идеально совместимого с конкретным артефактом. Таких людей и называют хранителями запретных артефактов, – пояснил пухляш, продолжая потирать ушибленное место на ягодице. – Вообще-то этот термин используют почти исключительно в нашей семье. Потому что во всём мире только у семьи Байли собрано столько запретных артефактов высшего класса. Каждый из этих четверых обладает силой на пике царства Реки. А если они сражаются вместе, то способны противостоять даже бойцу царства Моря. Так что я же говорил – с нашей безопасностью всё в полном порядке.

Как только он закончил, вперёд вышел предводитель четвёрки – Хранитель Огня. В его руке, зажатые за волосы, болтались три окровавленные отрубленные головы. Они принадлежали тем самым трём экспертам царства Реки, которые только что устроили засаду в гостинице.

– Молодой господин, все враги уничтожены. Можете не беспокоиться. Кроме того, как вы и приказали, мы заранее арендовали всю гостиницу целиком, поэтому никто из посторонних не пострадал.

– Хорошо. Молодцы, – Байли Тумин слегка кивнул, с важным видом настоящего наследника богатейшего рода.

В этот момент Хранитель Ветра вдруг насторожился и нахмурился. Сделав шаг вперёд, он почтительно произнёс:

– Молодой господин, приближаются новые противники. Просим вас оставаться здесь. Мы скоро вернёмся.

– Идите, идите, – пухляш небрежно махнул рукой.

Четыре хранителя исчезли с места в одно мгновение. В опустевшем переулке остались только трое товарищей. Спустя некоторое время Цао Юань тихо пробормотал, глядя в сторону, куда исчезли хранители:

– Вот что значит настоящая сила денег…

Шэнь Цинчжу наконец пришёл в себя, медленно повернулся к толстячку и голосом человека, у которого только что рухнула картина мира, спросил:

– Тогда… зачем тебе вообще понадобился я?

Байли Тумин ненадолго задумался.

– Чтобы нас было трое и можно было играть в Доу Дичжу?