– Одну лапшу с мясной соломкой, пожалуйста.
– А мне – лапшу с отбивной.
– Одну лапшу с тушёной говядиной. Добавьте ещё отбивную, вегетарианскую курицу, мясную соломку, яйцо, сушёный тофу и двойную порцию лапши.
Троица заняла первый попавшийся столик в крохотной лапшичной. Заведение располагалось в таком глухом переулке, что не только ютилось вдали от главной дороги, но и его вывеска давно обветшала и облезла. И всё же густой аромат лапши доносился отсюда за сотни метров.
Было уже больше десяти вечера. Кроме Линь Цие и его спутников, посетителей не было, только тусклый свет изнутри напоминал о том, что заведение открыто. Они не стали садиться в тёмном зале, а устроились за небольшим столиком прямо у входа.
В тихом, сумрачном переулке тусклый свет, пробивающийся из кухни, смешивался с разноцветным неоном магазина товаров для взрослых по соседству и ложился на сероватую столешницу. В шумном мегаполисе эта странная атмосфера обладала своим особым очарованием.
– Так вот что ты имел в виду под «поесть лапши»? – оглядевшись по сторонам с лёгким сомнением, тихо проворчал Байли Тумин, наклоняясь к другу.
Линь Цие закатил глаза.
– С нашим нынешним положением думаешь, я могу повести вас в дорогой ресторан? Нужно выбирать такие забытые всеми уголки. Только здесь можно спокойно поесть, не привлекая лишнего внимания.
– Понятно. Всё-таки ты смотришь далеко вперёд, Цие.
– К тому же денег у меня хватает только на лапшу, – увидев странную реакцию на лице друга, он тут же добавил: – Не переживай, пусть заведение выглядит так себе, зато лапша здесь первоклассная.
Вскоре на стол поставили три дымящиеся миски. От горячего бульона поднимался душистый пар, лапша поблёскивала, а на поверхности плавали кусочки мяса и зелени. В этот поздний час густой, насыщенный аромат казался одновременно простым и удивительно притягательным.
– Господин, сколько с нас? – Линь Цие достал бумажник.
– Лапша с мясной соломкой – десять юаней, с отбивной – двенадцать, а у этого молодого человека… – официант усмехнулся, его взгляд задержался на впечатляющем заказе толстячка. – Сорок два. Итого шестьдесят четыре.
Рука Линь Цие застыла в воздухе.
– За себя он платит сам.
Он достал из кошелька купюру в двадцать юаней и две монеты по одному юаню, передал их официанту и указал на пухляша. Тот вздрогнул всем телом.
– Цие, ты же говорил, что угощаешь…
– Передумал, – отрезал парень, не моргнув глазом.
После недолгого, неловкого молчания Байли Тумин неловко спросил:
– Господин, а у вас можно расплатиться картой?
В итоге Цао Юань, тяжело вздохнув, достал измятую купюру в пятьдесят юаней и оплатил лапшу за пухляша. Взамен тот пообещал взять на себя все его расходы на жильё и питание в ближайшие несколько дней.
И дело было вовсе не в жадности Линь Цие. Перед выходом он взял с собой всего пятьдесят юаней. Он ведь собирался просто поесть лапши и был уверен, что денег точно хватит. Кто же знал…
Пока они с аппетитом уплетали лапшу, разговор постепенно перешёл к недавнему бою.
– Значит, вас атаковали внезапно? И они целенаправленно взорвали девяностый этаж? – Линь Цие нахмурился, выслушав рассказ друзей.
– Именно. Разве ты не видишь, что я до сих пор в банном полотенце? – пухляш Байли указал на своё изодранное полотенце, которое едва держалось, и горько усмехнулся. – Но это было не обычное оружие. Скорее всего, какая-то масштабная запретная аура.
– Чтобы устроить такой погром, противник должен быть как минимум царства Реки. Вы правильно сделали, что выпрыгнули из здания. Стоило им засечь вас, и вы бы уже не ушли. Вас бы просто затянуло в бой инструкторов, – спокойно проанализировал Линь Цие.
– Ты слишком показушничал при выборе жилья, – вставил Цао Юань, подняв взгляд от своей миски. – В таких гостиницах при заселении обязательно регистрируют личность. Если кто-то захочет тебя найти, достаточно проверить записи.
– Я… просто привык. Когда отдыхал в Гуаншэне, останавливался в отелях ещё роскошнее, – пробормотал толстячок.
– Это Цаннань, а не владения семьи Байли, – напомнил Линь Цие.
– Да ладно. За всю жизнь на меня покушались раз восемьсот, если не тысячу. Такое покушение – сущая мелочь, – пухляш беспечно махнул рукой.
Цао Юань лишь пожал плечами.
– Похоже, быть богатеньким наследником тоже не так уж легко.
В этот момент скрипнула дверь, и в лапшичную вошли ещё четыре человека.
– Брат Шэнь, мы уже дважды ели лапшу. Неужели снова?..
– Что ты понимаешь? Лапша… лапша – это фирменное блюдо Цаннаня. Раз уж приехали, нужно попробовать её побольше.
Шэнь Цинчжу вместе с Дэн Вэем, Ли Цзя и Ли Ляном уверенно вошёл внутрь. Ещё не дойдя до стойки, он громко сказал:
– Господин, четыре миски лапши на прозрачном бульоне.
– О, опять вы? Уже третий раз заказываете одно и то же? – удивился официант, выглядывая из-за прилавка.
– Да.
Подойдя ко входу, Шэнь Цинчжу увидел сидящих за столиком сослуживцев и на мгновение застыл.
– Вы? – вырвалось у него.
– О, братец Крутыш тоже пришёл лапшу поесть? – с набитым отбивной ртом и весёлой улыбкой окликнул его Байли Тумин.
Линь Цие и Цао Юань тоже кивнули ему в знак приветствия. За полгода адских тренировок они стали боевыми товарищами. Пусть они почти не общались, но между ними всё равно существовало то невысказанное чувство взаимного уважения.
Парень коротко кивнул. Его взгляд задержался на дымящейся, ароматной лапше, стоявшей перед троицей. Ноздри едва заметно вздрогнули, и он невольно поджал губы.
Кто-то из его спутников шумно сглотнул слюну. В тишине переулка этот звук прозвучал особенно отчётливо, предательски выдавая их желание. Шэнь Цинчжу оглянулся и все трое его спутников дружно опустили головы. Затем он поднял взгляд на меню, висевшее в центре зала, и на его лице мелькнуло выражение внутренней борьбы.
– Господин, измените наш заказ, – сев за соседний столик и придвинувшись к нему, он громко крикнул в сторону кухни. – Три порции лапши с мясной соломкой и одну – на прозрачном бульоне.
– Хорошо! Мясная – по десять юаней, прозрачная – шесть. Всего тридцать шесть.
Парень достал бумажник, вынул несколько мятых купюр, положил их на стол и сразу же убрал кошелёк обратно.
Линь Цие лишь мельком просканировал его духовной силой и сразу понял – бумажник абсолютно пуст. Он рассчитал всё до последнего юаня.
– Брат Шэнь, почему сегодня мясная лапша? – спросил Дэн Вэй, с недоумением поднимая голову.
– Вы столько ели пустой бульон. Наверняка уже надоело. Пусть хоть сегодня смените вкус.
– А ты? – обеспокоенно спросил Ли Цзя.
– Мне нравится простая лапша, – Шэнь Цинчжу гордо поднял подбородок. – Простота и чистота – вот истинная суть лапши.
Трое его товарищей переглянулись и молча опустили головы.
Парень словно что-то вспомнил и повернулся к Линь Цие.
– Кстати, ты ведь тогда в автобусе получил ранение. Всё в порядке?
– Всё нормально. Уже прошло.
Шэнь Цинчжу кивнул. Помолчав немного, перебирая в уме слова, он всё же произнёс:
– Тогда… спасибо. Если бы ты не остановил осколки, мы бы все пострадали.
– Крутыш, с каких это пор ты стал таким вежливым? – подозрительно прищурился пухляш Байли.
– Толстяк, я всегда чётко разделяю добро и зло. При чём здесь вежливость? – огрызнулся Шэнь Цинчжу, бросив на него колкий взгляд, а затем снова посмотрел на Линь Цие, его тон стал серьёзнее. – Я знаю, что эти каникулы будут совсем не такими простыми. Если попадёшь в неприятности – скажи. Всё-таки мы вместе прошли через адские тренировки. Если смогу помочь – помогу.
Брови Линь Цие слегка приподнялись. В голове внезапно возникла идея.
– Раз так, у меня действительно есть одно деловое предложение.
– Какое?
Линь Цие указал на толстячка.
– Охраняй его во время выходных.
Все присутствующие, включая самого Байли Тумина, замерли.
– Его? – взгляд Шэнь Цинчжу остановился на пухляше, а брови слегка сошлись.
– Взамен он будет платить тебе по тысяче юаней в день за охрану. Что скажешь?
Тело Шэнь Цинчжу едва заметно дрогнуло. Он долго смотрел Линь Цие прямо в глаза, о чём-то размышляя. Лишь спустя некоторое время он медленно произнёс:
– Согласен, – затем указал на троих своих спутников. – Но сделка касается только меня, они тут не при чём.
– По рукам.