Город Шанцзинь, офис подготовки ночных стражей.

– Что? В этот раз подготовка новобранцев будет проходить в Цаннане? А где он вообще находится? – Юань Ган, чьё лицо выражало неподдельное изумление, недоверчиво уставился на документы в своих руках.

Перед ним, вальяжно развалившись в кожаном кресле за массивным столом, мужчина потянулся и приоткрыл глаза. У его виска тянулся крестообразный шрам. Это был Шао Пингэ – капитан 006-го отряда ночных стражей, расположенного в Шанцзине.

Он немного подумал, и ответил:

– Небольшой городок на юго-востоке, рядом с Хуайхаем, – после небольших раздумий ответил Шао Пингэ.

– Но раньше ведь подготовка всегда проходила в Шанцзине. Почему в этом году её внезапно перенесли в Цаннань? – Юань Ган нахмурился, в его голосе слышалось явное недовольство и растерянность.

– Кто знает, что там у начальства на уме, – Шао Пингэ поднялся. Он налил себе горячей воды из электрического чайника, а затем снова лениво улёгся в кресло. – Нам… то есть тебе, нужно просто выполнять приказ. Ты заместитель капитана 006-го отряда и главный инструктор по подготовке новобранцев. Столько лет обучал бойцов – неужели смена места тебя так сильно пугает?

– Дело не в этом, – Юань Ган быстро покачал головой. – Просто не понимаю, зачем всё менять. Здесь уже есть готовые полигоны, оборудование, техника. А теперь всё это придётся перевозить в какой-то Цаннань. Разве это не лишние хлопоты?

– Раз руководство так решило, значит, у них есть весомые причины. Нам остаётся только выполнять приказы. О вещах, которые нас не касаются, лучше не спрашивать.

– Ладно, – Юань Ган тяжело вздохнул, признавая поражение.

– С их эффективностью, отдел снабжения к рассвету уже полностью подготовит тренировочный лагерь в Цаннане. Так что тебе тоже пора собирать людей и готовиться к отправке, – Шао Пингэ сделал неторопливый глоток ароматного чая.

– Есть, – Юань Ган кивнул, но затем немного подумал и, словно решаясь, добавил: – Пока меня не будет в Шанцзине… капитан, ты ведь сможешь удержать ситуацию под контролем и не натворить тут проблем?

Из-за стола внезапно вылетел тапок, полетевший прямо в него. Юань Ган чуть наклонился в сторону и легко увернулся, а вслед тут же раздался возмущённый крик Шао Пингэ:

– Юань Ган! Смеешь меня недооценивать? Я вообще-то капитан отряда, охраняющего Шанцзинь! Думаешь, я тут даром хлеб ем?

Юань Ган хихикнул, поймал тапок в воздухе и, бросив его в окно, с важным видом вышел за дверь. В спину ему разразилась ругань.

※※※

Гуаншэнь, роскошный элитный клуб. В VIP-комнате для массажа пухлый юноша в банном халате, расслабленно развалившись на диване томно вздохнул.

– Цаннань? Что это ещё за место такое?

За дверью неподвижно стояли пятеро суровых телохранителей. Перед ними слегка поклонился дворецкий в монокле. Он мягко, с безупречной вежливостью, ответил:

– Молодой господин, Цаннань – это небольшой город на юго-востоке.

– А раньше разве всё не проходило в Шанцзине? – юноша вопросительно поднял бровь.

– В этом году политика, похоже, претерпела изменения. Видимо, придётся скорректировать и ваше расписание. Я немедленно всё организую.

Толстячок немного подумал, его взгляд блуждал по потолку. Он положил уже выбранную виноградину обратно в хрустальную вазу и небрежно махнул рукой.

– Закажи билет на самолёт на завтра! Завтра же вылетаю!

Дворецкий растерялся, его обычно невозмутимое лицо дрогнуло.

– Молодой господин, не слишком ли это поспешно? Насчёт общежития можете не беспокоиться – мы уже договорились с ночными стражами. Вам выделят лучшие условия, можете быть уверены. Они окажут нам эту услугу.

– В Гуаншэне скучно. Хочу познакомиться с новыми людьми.

– Молодой господин, когда окажетесь там, постарайтесь говорить на путунхуа. Иначе вас могут просто не понять, – осторожно добавил дворецкий.

– На путунхуа? – толстячок задумался, его взгляд прояснился. – Точно, если будут проблемы с языком, настоящих друзей не заведёшь! – сказав это, он похлопал по ноге молодую девушку, которая старательно массировала ему ступни. – Всё, можешь идти отдыхать. За эти годы я уже вдоволь насладился жизнью, пора попробовать что-то новое.

Он поднялся с дивана, потянулся – всё его тело слегка задрожало от этого движения.

– Цаннань, да? Ну, молодой господин уже идёт!

※※※

На вершине горы Цзюхуа в воздухе разносилось пение сутр. Оно вибрировало в самой толще воздуха, сливаясь с густым ароматом сандала, что мягко окутывал каждый уголок храма. По деревянному коридору медленно двигался старый монах. Его кашая струилась вокруг его фигуры, а пальцы, испещрённые старческими морщинами, размеренно прибирали чётки. Его взгляд был спокойнее глади воды.

Он остановился у двери одной из келий, и его лёгкий стук дважды нарушил тишину, а затем он вошёл. Внутри, в строгом аскетизме, царили лишь кровать, стол и молитвенная подушка. На самой большой стене чёрной кистью были выведены два слова – «Усмири сердце». Почерк казался лёгким и плавным, но за ним угадывалось чудовищное намерение убивать. На подушке, в позе лотоса, сидел черноволосый парень. Его глаза медленно открылись, и в их глубине промелькнула едва уловимая тень.

– Господин Цао Юань, вам письмо, – старый монах склонил голову, сложив ладони в традиционном приветствии и достал из широкого рукава конверт.

Парень поднялся с подушки. Его пальцы приняли письмо. Он читал долго, его взгляд скользил по строкам, а лицо оставалось бесстрастным.

– Цаннань… – тихо, почти шёпотом, вырвалось из его уст. Он поднял глаза на монаха, и в них промелькнул вопрос. – Учитель, как вы считаете, стоит ли мне ехать?

– Вы провели в этом храме пять лет, усмиряя своё сердце. Демоническая природа внутри вас уже подавлена. Думаю, вам следует отправиться туда.

В глазах парня мелькнуло сомнение.

– Но грехи, что лежат на мне…

– Убийство – это грех. Спасение людей – это заслуга, – старый монах произнёс эти слова с невероятной глубиной, его взгляд был невероятно глубоким. – Когда заслуги и грехи уравновешиваются, тогда и приходит истинная свобода. Если вы проведёте здесь ещё десятки лет, грех всё равно останется грехом. Господин Цао Юань, пришло время отпустить прошлое.

Парень долго молчал, переваривая каждое слово, а затем, сложив ладони, глубоко, почтительно поклонился.

– Благодарю за наставление, учитель.

– Есть ещё нечто важное, о чём я обязан вас предупредить.

– Прошу, говорите.

– В Цаннане вы можете встретить человека, который изменит вашу судьбу. Если сумеете распознать этот шанс и воспользоваться им, то не только смоете свои грехи, но, возможно, достигнете истинного просветления.

– Человека, который изменит мою судьбу? – Цао Юань слегка нахмурился. – Есть ли у него какие-то особые приметы?

– «Два дерева образуют тело, из восьми богов исчезает один; десять лет во тьме – ради спасения мира», – старый монах закрыл глаза, его лицо было безмятежным, и он сложил ладони. Его голос, прозвучавший глубоко, словно старинный храмовый колокол, раскатился по тишине кельи. – Амида Будда.

В глазах Цао Юаня читалось явное непонимание смысла этих слов, но он, тем не менее, запечатал их в своей памяти и, склонив голову, поклонился в ответ.

– Раз так… – он поднял взгляд к небольшому окну кельи, где за бамбуковыми прутьями простиралось бескрайнее море пушистых облаков, окутывающих горные вершины. Спокойствие вернулось на его лицо, и он произнёс твёрдо: – Тогда я отправляюсь.

※※※

В чёрном фургоне царила давящая, почти осязаемая тишина, от которой Линь Цие невольно втянул голову в плечи, чувствуя, как неловкость разливается по салону.

– Кхм… – Вэнь Цимо, всегда энергичный, первым нарушил эту тишину. – Ну, Цие, билеты на поезд вернуть уже никак нельзя… Увы. Но ведь это не твоя вина, не бери в голову, – он попытался улыбнуться, но уголки его губ предательски дрогнули.

Лицо Чэнь Муе на переднем сиденье медленно приобрело землисто-зелёный оттенок, словно он вот-вот собирался потерять сознание от стресса.

– Э-э… зато можно смотреть на всё с позитивной стороны! Правда? – Вэнь Цимо, не сдаваясь, пытался вернуть ситуацию в мирное русло. – Например… раз подготовка проходит в Цаннане, это ведь совсем рядом. Мы сможем навещать тебя в любое время.

– Подготовка закрытая. Нас туда не пустят, – мрачно, без тени эмоций, проронил сидевший за рулём У Сяннань. Его взгляд был прикован к дороге, а голос лишь добавил ещё больше холода в и без того натянутую атмосферу.

Вэнь Цимо запнулся, поперхнувшись собственным оптимизмом, но тут же быстро продолжил:

– Ну, зато мы уже всё купили! Пуховики, толстые одеяла, грелки, огромные шарфы.

– Цимо, зимой в Цаннане это не понадобится, – тихо напомнила Хун Ин.

– Замолчите! – голос Чэнь Муе прозвучал, как раскат грома в тесном пространстве фургона. Он сердито, испепеляющим взглядом посмотрел на Вэнь Цимо, чувствуя, как его сердце буквально обливается кровью от одной мысли о бесполезно потраченных деньгах и абсурдности ситуации. Его кулаки сжались, а жилка на виске запульсировала.

Немного помедлив, он обернулся, его взгляд, обычно такой суровый, теперь был полон почти детской мольбы, обращённой к Линь Цие.

– Цие, может, ты потом сходишь и узнаешь, можно ли всё это вернуть обратно в магазин?