Резкий, пронизывающий до костей ветер неистово завывал, оповещая о начале суровой зимы.
На тренировочном поле более двухсот новобранцев, одетых в тонкие чёрные футболки, что едва защищали от стужи, монотонно наматывали круги по беговой дорожке. Их дыхание вырывалось белыми облачками, тут же тающими в морозном воздухе.
Прошло уже пять месяцев с начала подготовки. Строго говоря, новобранцами их больше нельзя было назвать, но для учебного лагеря, что набирал лишь один поток в год, действовало простое правило: пока человек не покинул эти ворота, он остаётся новобранцем.
Январское утро было ледяным. Каждая травинка, каждый уголок площадки был покрыт плотным слоем инея. Пронизывающий мороз, словно невидимые иглы или тонкие змеи, пробирался сквозь одежду, под кожу, заставляя мышцы сжиматься, а тело невольно вздрагивать от каждой новой волны стужи.
Байли Тумин, тяжело дыша, тёр озябшими ладонями пылающие от холода щёки. Из его рта вырвалось плотное облачко пара. Он тяжело вздохнул.
– Такая холодина, а нас ещё поднимают ни свет ни заря на тренировки. Настоящая пытка. За последнее время ваш молодой господин похудел уже килограммов на семь.
Линь Цие бежал рядом с ним, держа спину идеально прямо. Он не произносил ни слова. Мороз окрасил открытые участки кожи в красноватый цвет, но выражение его лица оставалось неизменным.
– Байли Тумин! Ты что, во время бега ещё и лицо растираешь? Замёрз? – прогремел властный голос одного из инструкторов, заметившего это.
Лицо толстячка мгновенно вытянулось, а паника отразилась в глазах.
– Докладываю! Да, немного замёрз!
– Если замёрз, значит, бежишь недостаточно быстро! Когда все закончат, останешься и пробежишь ещё пять кругов!
– Есть! – его ответ прозвучал настолько жалобно, что хотелось посочувствовать.
Пять месяцев адских тренировок сделали своё дело. Пухляш Байли заметно похудел. Если раньше по форме он напоминал идеально круглый футбольный мяч, то теперь скорее походил на мяч для регби.
И не только он изменился. Столь длительные физические нагрузки преобразили всех новобранцев. Изменились не только их тела, обтянувшиеся рельефными мышцами, но и весь их облик. В эту суровую зиму из их глаз, прежде мутных и ленивых, исчезла всякая расслабленность. Вместо неё там теперь горели решимость, чёткость и ясность, которых раньше и в помине не было. В каждом взгляде чувствовалась энергия, окрепшая сила духа и неоспоримый личностный рост. Они были подобны клинкам, что долгие месяцы тщательно шлифовали: от грубых, неотёсанных заготовок, лишённых всякого блеска, до острых лезвий, сверкающих холодным сиянием. Теперь они действительно, без всяких оговорок, стали похожи на солдат.
– Всем разойтись! Завтрак! – раздался голос инструктора, эхом прокатившийся над площадкой.
Строй не рассыпался мгновенно в хаотичной толпе. По молчаливому взаимопониманию новобранцы организованно двинулись к столовой, и лишь у самого входа разделились на небольшие группы.
На покрытой инеем площадке остался только один человек. Толстячок, с несчастным выражением лица и поникшими плечами, отчаянно наматывал свои дополнительные круги.
– Может, подождём его? – спросил Цао Юань, наблюдая за тем, как тот из последних сил тащится по дорожке.
Линь Цие покачал головой, в его глазах мелькнула лёгкая усмешка.
– Не нужно. Чем вкуснее будет выглядеть наша еда, тем быстрее он побежит.
– Логично.
С наступлением зимы, когда морозы крепчали, а энергия требовалась вдвойне, питание в столовой становилось всё более обильным и соблазнительным. Стоило переступить порог, как в нос ударил аромат мяса, мгновенно вызывая аппетит. По мере того, как физическая форма новобранцев улучшалась, рос и их аппетит. Однако кухня всё точно рассчитывала: еды всегда хватало, чтобы наесться досыта, но никогда не было настолько много, чтобы переесть. В этом отношении всё было организовано идеально.
Линь Цие и Цао Юань уже некоторое время ели, когда в столовую ворвался запыхавшийся и вспотевший пухляш.
– Баоцзы с мясом! Где мои баоцзы? – его голос был полон отчаяния и голодной мольбы.
Линь Цие спокойно подвинул к нему бамбуковую корзинку.
– Осталось четыре. Специально для тебя отложил.
– Цие, ты так хорошо меня знаешь! – Байли Тумин пришёл в полный восторг, его глаза загорелись. Он тут же схватил по булочке в каждую руку, жадно впиваясь в них зубами.
Цао Юань лишь молча закатил глаза.
– Кстати, скоро Новый год. Нам дадут выходные? – вдруг спросил пухляш, набив рот булочками, его голос звучал приглушённо.
Линь Цие на мгновение замер. После прибытия в лагерь он словно полностью потерял чувство времени, отрезанный от внешнего мира и его ритма. Пять месяцев пролетели как один миг. Если бы не напоминание, он бы и не осознал, что уже наступил февраль.
– У нас закрытая подготовка. Какие ещё выходные? Даже не мечтай, – Цао Юань покачал головой.
Байли Тумин разочарованно вздохнул. Его плечи поникли, словно у него отняли последнюю надежду.
– Эх, а я надеялся хотя бы на несколько дней отдыха. Честно говоря, за это время я уже соскучился по своему особняку, мягкой кровати и красивым старшим сёстрам-дворецким.
Цао Юань лишь молча откусил огромный кусок булочки.
– Кстати, Цие, – продолжил пухляш, его голос обрёл более живые нотки, – после окончания подготовки поехали со мной в Гуаншэнь? Как-никак я там местный король. Обещаю, тебе там так понравится, что ты не захочешь возвращаться в этот ваш Цаннань.
Цао Юань моргнул, его брови приподнялись в немом вопросе.
– А я?
Толстячок махнул рукой с пренебрежением.
– А ты можешь съездить с туристической группой.
Цао Юань опешил от такого отношения.
– Гуаншэнь… – тихо повторил Линь Цие. – Я даже никогда за пределы Цаннаня не выезжал. Если будет возможность, посмотреть было бы интересно.
– Вот если бы нас отпустили на Новый год, я бы сразу тебя туда отвёз.
– Нет, на Новый год мне всё же хотелось бы вернуться домой и поесть праздничный ужин, приготовленный моей тётей, – Линь Цие ненадолго замолчал, его взгляд стал задумчивым, а затем он покачал головой. – А если домой нельзя, то и с отрядом встретить праздник тоже было бы неплохо.
– Отряд ночных стражей Цаннаня? Кажется, вашего капитана зовут Чэнь Муе? – пухляш задумчиво прищурился, вспоминая. – В Цаннане всегда хватает мифических существ. Интересно, чем они сейчас занимаются. Наверное, снова охотятся на какую-нибудь тварь?
※※※
В кабинете инструкторов Чэнь Муе сидел напротив Юань Гана. Его поза была расслабленной, но взгляд – серьёзным.
– Вы должны дать им выходные.
Юань Ган устало потёр лоб.
– Капитан Чэнь, я уже говорил. У нас закрытая подготовка. На Новый год выходных не бывает. Вы ведь сами когда-то прошли через этот лагерь и должны это понимать.
– Тогда выдайте выходные лично Линь Цие. Я заберу его на праздничный ужин.
– Это нарушает правила.
– Меня это не волнует, – Чэнь Муе спокойно откинулся на спинку стула. – Возможно, вы не поверите, но две мои напарницы сейчас находятся в засаде возле вашего лагеря. Если вы не согласитесь, они начнут похищать ваших людей.
Юань Ган глубоко вдохнул, пытаясь успокоиться.
– Капитан Чэнь, пожалуйста, не ставьте меня в такое положение.
– Хорошо. Если вы не хотите выпускать его наружу, тогда хотя бы разрешите нам принести еду внутрь лагеря.
– Это… – Юань Ган нахмурился, его взгляд стал подозрительным. – Капитан Чэнь, можете объяснить, чего вы добиваетесь? Насколько мне известно, ваш отряд всегда действовал крайне незаметно, избегая лишнего внимания. К чему это всё сейчас?
Чэнь Муе некоторое время молчал, а затем тихо сказал:
– Потому что сейчас всё иначе.
– Почему?
– Кто-то собирается напасть на новобранцев.
Услышав это, Юань Ган изменился в лице. Всё его тело напряглось, а глаза расширились от шока.
– Что это значит?
Чэнь Муе посмотрел ему прямо в глаза и спокойно ответил:
– В последнее время в Цаннане неспокойно. В город проникло слишком много крыс.
– Крыс? – переспросил Юань Ган, не понимая.
– Я не знаю, к какой организации они принадлежат. Но после столь долгого наблюдения мы практически уверены… – взгляд Чэнь Муе внезапно стал острым, как лезвие заточенного клинка. Он наклонился чуть вперёд и произнёс, чётко разделяя каждое слово: – Их цель – тренировочный лагерь.