Услышав эти слова, Линь Цие слегка улыбнулся уголками губ. Обратным хватом крепче сжав рукоять ножа, он тенью заскользил между деревьями. Сейчас он больше не сдерживался, выжимая из своего тела всю возможную скорость.

Хотя запретный артефакт подавлял его силы, на способность Танца Звёздной Ночи это влияло не слишком сильно. Сейчас он напоминал игрока, использующего читы: «ночное зрение», «двойное восстановление», «сверхчеловеческая выносливость», «удвоенная скорость» и даже «полностью открытая карта» были на его стороне.

На экранах устройств слежения инструкторов красная точка, обозначавшая Линь Цие, стремительно пересекала весь горный массив, двигаясь строго к противоположному выходу.

К этому времени четыре автобуса с остальными новобранцами давно уехали. Лишь один автобус с припасами и инструкторами продолжал двигаться к выходу из гор под покровом ночи.

Батареи дронов постепенно разряжались, и им пришлось возвращаться на базу. Медики, преследовавшие новобранца по пятам, начали заметно отставать и вскоре полностью потеряли его из виду. Если бы не красная точка на цифровой карте, которая продолжала стремительно двигаться вперёд, инструкторы уже решили бы, что связь с ним потеряна.

Девять часов с момента входа в Цзиннань.

Десять часов с момента входа в Цзиннань.

Автобус инструкторов давно достиг противоположной стороны горного хребта. Все они вышли наружу и, подняв приборы ночного видения, внимательно наблюдали за происходящим впереди.

– Сколько ему ещё осталось?

– Уже совсем немного. Но как он вообще это сделал всего за два часа? – неверяще воскликнул инструктор с планшетом. – Даже если Стела Подавления не может полностью заблокировать его способности, такая скорость – это уже абсурд! Он что, превратился в призрака и просто пролетел через горы?

– Все представители богов настолько ненормальные? Сколько времени потратил Ван Мянь на своё лучшее прохождение? – спросил инструктор Хань Ли.

Инструктор Хун, не отрывая взгляда от чёрных горных вершин, ответил:

– Шесть часов, но тогда он уже почти завершал обучение. А до этого за пять попыток экстремальной подготовки он ни разу не смог полностью пройти маршрут. Да, тогда тренировки проходили не в Цзиннане, но разница между местностями минимальна. Более того, здешний рельеф даже сложнее.

Он сделал паузу.

– И не только он. За всю историю лагеря лишь считаные люди смогли полностью пройти это испытание. А тех, кто справился с первой же попытки, не было вообще.  Если Линь Цие действительно выйдет оттуда, он войдёт в историю нашего лагеря.

– Он уже здесь! – снова раздался взволнованный голос инструктора с планшетом.

Все замолчали и подняли бинокли, вглядываясь во тьму, откуда должен был появиться новобранец.

Внезапно у подножия чёрной горы появилась фигура юноши, с головы до ног покрытого грязью. Его военная форма была изодрана ветками и испачкана землёй. Фуражка давно потерялась где-то по дороге. Он крепко сжимал нож, а ладони были стёрты до крови. Под блеклым лунным светом всё отчётливее проступали черты его красивого лица, искажённого усталостью. Медленно, с трудом переставляя ноги, он подошёл к инструкторам и остановился.

– Я справился? – его голос звучал хрипло и надломлено.

Инструкторы застыли, поражённые увиденным. Лишь спустя несколько секунд инструктор Хун шагнул к нему и с гордостью похлопал по плечу.

– Да, справился, – произнёс он. – Ты вошёл в историю.

В этот момент измученное тело парня качнулось, и он начал падать вперёд. Инструктор мгновенно подхватил его, не дав рухнуть на землю.

Линь Цие действительно был на пределе. Даже с усилением Танца Звёздной Ночи столь изнурительная тренировка довела его до границы возможностей. Нет – он уже давно её превзошёл. До этого места его довела не только сила ночи, но и невероятное упорство, которое скрывалось внутри него.

Инструктор Хун помог ему присесть, а Хань Ли протянул свою флягу и восхищённо поднял большой палец вверх.

– Вот это мощь!

Линь Цие улыбнулся и жадно припал к фляге. За десять часов он выпил лишь немного воды из ручья. Горло давно пересохло так, словно внутри всё горело.

– Полегче, полегче, – с улыбкой цокнул языком Хань Ли, видя с какой жадностью новобранец пьёт воду.

– Кстати, – спустя некоторое время молчания, Линь Цие, наконец-то утолив жажду, поднял взгляд. – Я кое-что вспомнил.

– Что?

– Вы всё ещё не выплатили мне компенсацию, – серьёзно произнёс он.

– Компенсацию? – инструктор Хань растерялся. – Какую ещё компенсацию?

Он прибыл в лагерь только этим утром и ничего не знал о вчерашнем сражении между новобранцами и Масками. Зато остальные инструкторы прекрасно понимали, о чём идёт речь. При упоминании о долге они неловко отвели взгляды.

– Не переживай, никто тебя не обделит. Завтра зайди ко мне, – беспомощно вздохнул инструктор Хун, доставая из кармана кольцо.

– Хорошо, – Линь Цие кивнул.

– Раз уж ты вошёл в историю, не хочешь принять небольшое наказание?

– Но я ведь прошёл испытание, – парень нахмурился, не понимая. – За что меня наказывать?

– Да просто ради развлечения, – отмахнулся инструктор Хун, усмехаясь. – Всё равно никто не услышит. Мы зададим всего один вопрос.

После короткого раздумья Линь Цие кивнул.

– Ладно, – он взял Кольцо Правды и надел его на безымянный палец.

Инструктор Хун долго собирался с мыслями, прежде чем задать единственный вопрос.

– О чём ты больше всего жалеешь в своей жизни?

Линь Цие замер. Он и сам не знал ответа. Поводов для сожалений было слишком много.

О той ночи, когда он поднялся на крышу, увидел Архангела Михаила, ослеп и лишился обычного детства.

Или о том моменте, когда он сорвался с крыши и оказался в психиатрической больнице, после чего окружающие начали считать его ненормальным.

Или о том, что он так и не смог обеспечить хорошую жизнь тёте и А-Цзиню…

Казалось, вся его жизнь состояла из череды трагедий и сожалений, которые грызли его изнутри.

Он долго молчал. Затем, медленно повернувшись к чёрному небу, усеянному звёздами, он тяжело произнёс ответ, который всё это время бессознательно избегал:

– Я не смог его спасти…

※※※

Сквозь мутную пелену сна Байли Тумин резко распахнул глаза.

– А? Почему я в бочке? – растерянно моргая, он обнаружил, что совершенно голый лежит в огромной деревянной ванне для купания, наполненной какой-то вонючей жидкостью, от которой исходил резкий травяной запах.

Первой инстинктивной мыслью было немедленно выбраться наружу из этой подозрительной субстанции.

– Лучше лежи спокойно, – раздался рядом спокойный, слегка утомлённый голос Линь Цие, который тоже отмокал в соседней бочке.

– Цие, что произошло?

– Я вернулся позже остальных и сам толком не знаю. Похоже, инструкторы приготовили каждому лечебную ванну. Говорят, она снимает усталость и укрепляет тело.

– А моя одежда…

– Без понятия. Когда я пришёл, ты уже лежал тут, словно ощипанная варёная курица.

Пухляш, всё ещё ошеломлённый, почесал голову. Внезапно он с удивлением заметил, что руки, которые ещё недавно болели так, будто отвалятся, теперь чувствовали себя совершенно нормально, боль испарилась без следа.

– А эта ванна действительно работает.

– Секретный рецепт ночных стражей. Ещё бы она не работала, – дверь общежития открылась. На пороге появился Цао Юань с зубной щёткой во рту.

– Почему ты не принимаешь ванну? – удивился толстячок.

– Потому что уже закончил, – парень закатил глаза, словно его собеседник был невероятно туп, и указал щёткой наружу. – Уже утро. Инструкторы отменили утреннюю тренировку, поэтому можем сразу пойти в столовую.

– В столовую… – глаза Байли Тумина загорелись, но тут же потускнели, когда он вспомнил о здешнем рационе.

Цао Юань развернулся к выходу и как бы между прочим бросил через плечо:

– Говорят, сегодня на завтрак баоцзы, жареные палочки ютяо и соевое молоко.

Мгновение спустя пухляш выскочил из бочки как ошпаренный, его глаза округлились. Не сказав ни слова, он выпрыгнул наружу, на ходу натянул ботинки и вихрем вылетел из комнаты, оставляя за собой мокрый след.

Линь Цие с недоумением посмотрел на одежду, которую тот забыл надеть и которая осталась лежать на кровати… А в следующую секунду снаружи, за окном, раздался пронзительный девичий визг.