Раздался знакомый звук, и Линь Цие с Цао Юанем одновременно замерли. Шесть сторон реальности – потолок и пол, стены слева и справа, коридор спереди и сзади – начали стремительно сменять друг друга, пока наконец не зафиксировались в определённой точке.
Пространство вновь исказилось, и окружающая обстановка снова изменилась.
Линь Цие, всё это время с закрытыми глазами погружённый в безмолвное ощущение происходящего вокруг, медленно распахнул веки.
– По горизонтали: 19, 27, 33, 20, 17… По вертикали: 04, 09, 37, 18, 23… – сидя прямо на прохладном полу, он хмурился, непрерывно бормоча себе что-то под нос. Его палец едва заметно двигался по плитке, словно вычерчивая какую-то невидимую карту.
А Цао Юань, прислонившийся к стене на стуле, обнимая ножны своего меча, мог лишь ошарашенно смотреть на товарища, который занимался какими-то непонятными расчётами. В такие моменты он чувствовал себя полным идиотом.
Примерно через две минуты Линь Цие тяжело вздохнул и медленно поднялся с пола.
– Ну что? – не выдержал Цао Юань.
– Моей духовной силы хватает лишь на то, чтобы охватить область в ста метрах вокруг. Во время пространственного искажения я не могу отследить все изменения, но кое-какие закономерности всё же удалось заметить.
Линь Цие немного помолчал, затем начал что-то чертить в воздухе невидимыми линиями.
– На первый взгляд искажение кажется сложным, но на самом деле оно состоит всего из двух базовых изменений: вращения горизонтального сечения и вращения вертикального сечения. Угол каждого вращения обязательно кратен прямому углу. При этом невозможно определить, с какого именно сечения начнётся вращение. Хотя за один раз вращается только одно сечение, скорость вращения чрезвычайно высока, поэтому и создаётся иллюзия хаотичного искажения пространства.
От этих объяснений у Цао Юаня разболелась голова.
– И что дальше? Ты выяснил закономерность этих изменений?
– …Нет. У меня пока слишком мало информации, да и наблюдений было недостаточно, – Линь Цие покачал головой. Немного поразмыслив, он неуверенно произнёс: – Но мне всё кажется, что этот способ мне знаком…
Пока Линь Цие погружался в свои размышления, издалека вновь донёсся знакомый скребущий звук волочения. Лица обоих мгновенно напряглись. Они переглянулись и молча положили руки на рукояти мечей.
Линь Цие уже говорил: как только они разберутся в механизме убийства этого мифического существа, с их боевой силой уничтожить его будет несложно. Они блуждали по этому искажённому пространству именно для того, чтобы выяснить закономерность его изменений. Если им снова попадётся это существо, было бы неплохо сразу с ним покончить.
Вокруг Линь Цие распространилась кромешная тьма. Термосы, чашки, вешалки и другие предметы, находившиеся в комнате, постепенно поднялись в воздух, зависнув вокруг него.
Линь Цие бросил на Цао Юаня быстрый взгляд. Тот сразу всё понял и медленно направился к двери за своей спиной. В пространстве комнаты было слишком тесно. Если сражаться здесь, места для уклонения будет слишком мало, что поставит их в крайне невыгодное положение. Им необходимо было сменить позицию.
Линь Цие очень осторожно приоткрыл дверь, миллиметр за миллиметром. Но, похоже, сама дверь уже была неисправна и издала едва слышный, но в этой мёртвой тишине необычайно резкий скрип. В обычной ситуации это не имело бы никакого значения, но сейчас этот звук прозвучал как выстрел в ночи, эхом разносясь по коридорам.
Зрачки парня сузились. Не раздумывая, он стремительно отступил назад. Цао Юань сделал то же самое.
В следующий миг огромная чёрная тень пронеслась через две комнаты с невероятной скоростью, и воздух рассекло сверкающее лезвие. Та самая дверь, которая издала предательский скрип, мгновенно была рассечена пополам посередине.
В Сфере Тьмы движения Линь Цие были абсолютно бесшумны, словно у призрака. А Цао Юань, чтобы его шаги не издавали ни малейшего звука, снял обувь и всё это время двигался босиком. Даже сейчас, приземлившись после стремительного отступления, он практически не издал ни звука.
Теперь Линь Цие и Цао Юань оказались в длинном коридоре, где было гораздо больше пространства для манёвров.
После того как безголовый мужчина разрубил дверь, он на мгновение застыл в проёме, будто прислушивался к пустоте. Затем медленно двинулся вперёд, потащив за собой огромный меч. Он не заметил присутствия юношей.
Линь Цие бросил на Цао Юаня взгляд – кивок и он прислонился к левой стене, регулируя дыхание так, чтобы его сердце шло ровным темпом. Линь Цие, напротив, прижался к противоположной стене, словно призрак во тьме, не источая ни малейшей ауры.
Массивное тело безголового мужчины почти заполнило весь коридор. Он волочил за собой огромный меч и шаг за шагом двигался вперёд. К счастью, оба юноши не отличались крупной комплектацией; прижавшись к противоположным сторонам, они точно избегали его пути. А вот если бы здесь оказался какой-нибудь толстяк, безголовый наверняка прямо врезался бы в его живот, а потом озадаченно рубанул мечом.
Безголовый мужчина медленно продвигался вперёд. И когда он поравнялся с новобранцами, в глазах Линь Цие блеснул острый огонь, рука на рукояти меча напряглась. Два клинка со звоном вылетели из ножен.
С другой стороны Цао Юань резко сжал рукоять своего меча. Чёрное пламя злобной ауры вырвалось из ножен и, следуя за выскользнувшим из них лезвием, в тот же миг устремилось вперёд.
Три клинка метнулись к цели: один – к руке безголового, державшей оружие, два – прямо в грудь. Но в тот самый миг, когда раздался тихий звук обнажающихся лезвий, безголовый мужчина словно ожил. Он с невероятной скоростью взмахнул своим огромным обезглавливающим мечом.
Раздался грохот столкновения. Обезглавливающий меч столкнулся с прямым клинком Цао Юаня, окутанным чёрным пламенем.
Изначально сила парня в состоянии безумия превосходила силу безголового мужчины. Но в тот самый миг, когда клинки скрестились, сила противника вдруг резко выросла: он отбросил Цао Юаня и мощно впечатал его в боковую стену.
Тело парня с треском просверлило стену и подняло облако пыли в комнате общежития.
В этот же миг Линь Цие вонзил оба меча в грудь безголового мужчины. Острия вошли в крепкие мышцы, но как только они почти достигли сердца, раздался оглушительный удар от столкновения Цао Юаня со стеной – и тело безголового мужчины мгновенно стало твёрже, мышцы превратились в каменную глыбу, и клинки застряли внутри.
Зрачки Линь Цие резко сузились. Согласно плану, совместная засада позволила бы убить врага или, по меньшей мере, нанести тяжёлое ранение. Но он никак не ожидал, что тот окажется совсем не глупым – он понял, что в бесшумной обстановке может самостоятельно порождать звуки, усиливая свои характеристики.
Если бы не грохот, с которым он только что впечатал Цао Юаня в стену, безголовый мужчина сейчас, возможно, уже был бы трупом.
Так вот что представляет собой мифическое существо царства Реки? Даже полностью разобравшись в его механике, убить его всё равно невероятно трудно.
Линь Цие решительно отпустил рукояти мечей, позволив обоим клинкам остаться зажатыми в груди. Сам же он, словно сухой лист, подхваченный ветром, отлетел назад на несколько шагов.
В тот же миг второй удар безголового мужчины рассёк воздух – лезвие меча пронеслось буквально в волоске от лба парня.