Онлайн чтение книги Аннет Annette
1 - 129

Аннет смотрела на тело, обнажённое в солнечном свете. Взгляд невольно задержался на шрамах — длинных порезах, следах, затянувшихся звёздчатыми рубцами. Кажется, Рейнгарт говорил, что это рана от стрелы. Наконечник извлекали, раскалив лезвие.

Аннет не могла представить, каково это — когда холодное железо вонзается в живую плоть. Для рыцаря такие отметины — свидетельство доблести и летопись подвигов, но для неё они были лишь горькими и тягостными. 

«Сколько боли пришлось вынести…» 

Стоило лишь вообразить, и плечи невольно сжались.

— А!

Рейнгарт опустился на колени у постели и резко развёл бёдра Аннет в стороны. Её взгляд невольно устремился вниз — между собственных ног. Увидев выражение его лица и его глаза, Аннет вздрогнула. Рейнгарт смотрел, не отрываясь, а затем склонился ниже.

— Рейн…

Остановить не удалось. Аннет попыталась отстраниться, но руки, удерживавшие ноги, не дали сдвинуться. Это было не впервые, но сейчас всё было иначе. Здесь не было темноты, способной скрыть стыд. Всё открыто, всё видно.

«Нет…»

— Подожди… подожди, ах…

Сбившись, Аннет прижала ладонь ко рту. Рейнгарт, не колеблясь, коснулся губами, и резкое ощущение пронзило всё тело. Вспыхнувший отклик заставил сдержать крик. Страх, что звук вырвется наружу, оказался сильнее стыда.

— Мм…

Аннет не могла ничего сделать, лишь чувствовала движение его губ и языка, горячее дыхание, которое то касалось, то исчезало. Опустив взгляд, она увидела его голову.

Раскрытые ноги казались неестественно бледными в этом свете. Его волосы — почти чёрными на их фоне. Слишком светло… слишком ясно. Аннет растерянно замерла, и в этот миг Рейнгарт поднял голову.

Мужчина, касавшийся её между бёдер, вскинул взгляд и посмотрел на неё. В этом взгляде была такая резкость, что Аннет невольно повела телом, словно желая уклониться. Будто ей это не нравится, хотя сама уже задыхалась от накатывающего ощущения.

Рейнгарт отпустил одну ногу и коснулся её там рукой. Пальцы провели по влажной коже. Аннет вздрогнула, и всё же липкая влага показалась ей постыдной.

Мысль о том, что к этому примешалось его дыхание и прикосновение губ, обожгла стыдом до слёз. Не впервые ведь они делили близость, но всё же теперь это казалось невыносимым.

Возможно, потому что он не тянулся к губам, как прежде. Не поднимал её лицо, не успокаивал тихим жестом, не обнимал, когда Аннет смущённо сжималась.

Рейнгарт лишь смотрел. Сначала — на пылающее лицо, затем взгляд опустился ниже к раздвинутым бёдрам. Он потянул ткань сорочки ещё выше, обнажая грудь.

Аннет попыталась прикрыться, раздражённая его пристальным взглядом, и тогда он вновь посмотрел ей в лицо. Прежде чем Аннет успела понять смысл этого выражения, Рейнгарт снова склонился ниже.

— Ах…

Бёдра раскрылись ещё шире, и прикосновение вернулось. Быстрое, настойчивое движение заставило Аннет резко вдохнуть. Сквозь сжатые губы вырвался звук. Тело дрогнуло, поясница непроизвольно выгнулась. Чем ближе становилось это состояние, тем сильнее откликалось тело, само стремясь к более острому, более отчётливому ощущению.

— А!..

Лишь достигнув предела, Аннет оттолкнула его. Дыхание сбивалось, но грудь она упрямо прикрывала. Ноги сомкнулись, открываясь ниже талии, локти прижались к бокам, удерживая сорочку.

— Аннет.

Когда раздался этот тихий голос, Аннет почему-то решила, что он улыбается.

— Аннет.

— Хах…

— Открой глаза.

В шёпоте слышался вздох, потому слова прозвучали почти как мольба. Аннет, тяжело дыша, приоткрыла глаза, и встретилась взглядом с возвышающимся над ней мужчиной.

Не отводя взгляда, Рейнгарт снял брюки и нижнее бельё. Аннет не решилась смотреть ниже, и потому смотрела только на его лицо. Лишь когда он приблизился к постели, Аннет осторожно опустила взгляд. Увидев его, стоящего перед ней, она испуганно отвела глаза, но тут же, словно притянутая, снова посмотрела.

В ярком свете он казался больше, чем запомнился. Цвет — гуще, насыщеннее; жилы проступали резче. Обнажённое тело было одновременно знакомым и чужим. Аннет не могла решить — отвернуться или смотреть — и потому продолжала смотреть.

— Так смотришь… мне неловко.

Рейнгарт чуть усмехнулся, без тени смущения. 

«Какая неловкость… Стоит передо мной обнажённый, словно нарочно» — слова почти сорвались с губ, но Аннет сдержалась. Только смотрела, как Рейнгарт склоняется над ней и тянется рукой. Горячая, шероховатая ладонь коснулась щеки, губы вновь накрыли её губы. В его дыхании и прикосновении ощущалась мягкая, чуть сладкая теплота.

— Аннет, — прошептал Рейнгарт, чуть отстранившись. 

Аннет, ожидая нового поцелуя, открыла глаза. Мужчина был совсем близко и медленно моргнул. Его глаза, освещённые солнцем, сияли тёплым янтарём.

И вдруг всплыло воспоминание.

Тот день — ослепительно ясный июнь. На дороге не было пути назад. Пыльный воздух полудня до сих пор стоял в памяти. Его голос, услышанный впервые. Сухая, холодная речь. Запах металла от обнажённого клинка.

Тогда Рейнгарт был настороженным человеком. Осмотрительным, сдержанным, терпеливым. Казалось, ни одно искушение не способно поколебать такую натуру.

И всё же тот самый человек теперь, в этом опасном месте, под ярким светом, сорвал с себя одежду. Без стеснения ласкал женщину, позволяя себе откровенные действия. Ни доспеха, ни даже клочка ткани не осталось на теле.

Значит, изменился и он. Так же сильно, как и Аннет.

Или, быть может, именно это и было их истинным обликом. Тем, что прежде скрывали, открывая лишь друг другу.

— Я люблю тебя.

«Любовь изменила нас… или просто обнажила?»

Сердце болезненно сжалось, и Аннет задержала дыхание. Слова «я тоже люблю… люблю тебя» едва не сорвались с губ, и потому пришлось сдержать язык. Уже невозможно было понять, ради кого хранится это упрямое молчание — ради него или ради самой себя.

К счастью, Рейнгарт не стал ждать ответа. Переместив руки, он стянул с Аннет сорочку через голову. Она позволила это без сопротивления, но, оказавшись обнажённой, вновь прикрыла грудь руками. Рейнгарт некоторое время молча смотрел, затем перехватил запястья и зафиксировал их над её головой.

Когда его ладони коснулись обнажённой груди и пальцы задели соски, тело невольно вздрогнуло. Аннет знала по опыту: подобная реакция лишь сильнее разжигает его. И вместе с тем возбуждает и её саму.

— Ха…

С коротким выдохом Рейнгарт накрыл её собой. Всё произошло сразу, в одно мгновение. Его губы сомкнулись на соске, ноги Аннет сами разошлись в стороны. То, что прежде упиралось в бедро, теперь мягко заставило её раскрыться и вошло внутрь. Он сразу проник до конца.

— Ах…

Не дав перевести дыхание, Рейнгарт начал двигаться. Несколько раз отступив и снова резко войдя, он приподнялся.

Не размыкаясь с ней, Рейнгарт поднял обе её ноги вверх и, удерживая широко разведённые бёдра, опустил взгляд на их соединение. Аннет в ужасе попыталась отвернуться, выгнувшись в сторону, но это оказалось бесполезно.

Рейнгарт стоял у края постели, она лежала перед ним. Бёдра раздвинуты, прижаты к бокам, и между ними слишком отчётливо ощущалось движение его тела. Однако сильнее всего пугал не сам вид, а взгляд.

Рейнгарт медленно двигался и не отрывал глаз от того, что происходило между ними, словно хотел запечатлеть это в памяти. Слишком откровенная картина оказалась невыносимой, и Аннет крепко зажмурилась.

— Не хочу… не хочу… не смотри…

Слова сорвались с губ почти плачем. Ноги были полностью удержаны, и вырваться не получалось. И всё же при каждом его движении из груди вырывался звук — стыд и наслаждение не совпадали.

— Почему не хочешь?

Спросив это, Рейнгарт отпустил бёдра, но тут же выпрямил ноги и закинул их себе на плечи. Положение изменилось — изменилось и ощущение. Аннет тихо застонала и вновь посмотрела на него.

С этого мгновения движения стали быстрее и глубже. Рейнгарт, казавшийся далёким, постепенно приблизился. Грудь прижалась к груди, тепло смешалось. Тяжёлое дыхание, звук соприкасающихся тел, приглушённые стоны.

— Ух… почему ты так исхудала…

Не размыкаясь с ней, Рейнгарт провёл рукой по рёбрам. Даже это лёгкое прикосновение оказалось слишком чувствительным, и Аннет невольно вздрогнула. Когда его рука вновь коснулась подбородка, сопротивляться она уже не стала.