Онлайн чтение книги Аннет Annette
1 - 136

Возможно, Рейнгарт просто предавался мечтам, как человек, охваченный любовью. Быть может, хотелось верить, что Аннет тоже любит, что потому всё обойдётся, что в конце концов они одержат верх.

Но он знал и другое: мир не подчиняется одним лишь желаниям. Пока борьба не завершена, невозможно знать, чем она кончится.

Аннет могла выбрать жизнь знатной дамы до самого конца. В таком случае Рейнгарту пришлось бы искать иной путь. Даже если выбор падёт не на него, отступить он не сможет. Потерять эту женщину окончательно — значит лишиться возможности жить.

Да, жить он не сможет.

Рейнгарт был уверен: без Аннет существование невозможно. Пусть это будет иллюзией влюблённого или безумием, пусть эта борьба затянется надолго, даже на всю жизнь — в одном Рейнгарт не сомневался.

Без Аннет жизни не будет.

— Рыцарь.

Звучание голоса было приветливым. Рейнгарт поднял взгляд. Сквозь образ Аннет, заполнявший мысли, проступила фигура стройного знатного господина. Значит, уже время обеда. Только теперь Рейнгарт заметил, что свет в коридоре стал гуще, чем утром.

— Господин церемониймейстер.

— А я-то думал, сегодня вы решите принарядиться.

Церемониймейстер Гримзен с улыбкой бросил шутливое замечание. Взгляд, скользнувший по дублету, заставил Рейнгарта ответить неловкой улыбкой. Нарядов, достойных дворца, у него было всего два — и тут не особенно разгуляешься.

— Впрочем, стремиться выглядеть лучше в глазах будущего тестя не имеет большого смысла. Разве что невеста будет за столом.

Церемониймейстер прищурился с притворным сожалением. Рейнгарт ответил тем же сдержанным выражением. Обед сегодняшнего дня устраивал Галлант Рот, чтобы представить виконта Эбена. Рейнгарт тоже был приглашён и займёт место за столом.

Обычно Рейнгарт, как охранный рыцарь, ожидал снаружи до самого окончания ужина. Прислушивался к разговору на трисенском, доносившемуся из зала, и настораживался, не прозвучит ли в адрес Аннет что-либо унизительное. Когда трапеза завершалась и двери распахивались, первым делом искал взглядом её лицо, а затем отворачивался, замечая руку мужчины, нарочито покоившуюся у неё на талии.

— Полагаю, графиня уже готова?

В голосе церемониймейстера прозвучало мягкое побуждение. Рейнгарт постучал в дверь.

Через мгновение изнутри щёлкнул замок, и дверь открылась. Странную привычку Аннет держать дверь запертой весь день церемониймейстер предпочёл не замечать. Можно было счесть это давней привычкой, укоренившейся ещё в замке Рот, или осторожностью перед внезапно назначенным охранником. Как бы ни истолковать — для Рейнгарта это не было невыгодно.

— Гримзен. Сегодня снова прекрасная погода.

— Совершенно верно, миледи.

Выйдя из комнаты, Аннет, как и прежде, обратилась только к церемониймейстеру. О том, что стоящий позади Рейнгарт не сводит с неё взгляда, Аннет, без сомнения, знала и всё же ни разу не взглянула в ответ. 

«Жестокая…» — мелькнуло у Рейнгарта в мыслях. И сразу вспомнилась Аннет прошлым летом, в замке Рот.

— Я буду ждать.

Женщина, настойчиво просившая прийти в библиотеку, написать записку, подняться в спальню.

— Я буду здесь каждый вечер в девять часов.

«Тогда тебе тоже было так тревожно? Ты боялась, что я так и не откликнусь?..»

Рейнгарту недоставало той Аннет. Рейнгарту недоставало той Аннет. Теперь он понимал её прежнюю — безрассудную, настойчивую, цеплявшуюся за него. Понимал и то, почему она надела платье служанки и пришла к нему. Если бы сам Рейнгарт мог пробраться в её комнату, переодевшись, он поступил бы так же. Пожалуй, даже отобрал бы мундир у случайного слуги.

— И как вы там собираетесь жить, если даже языка толком не знаете?

Теперь всё было наоборот. Аннет отталкивала, Рейнгарт — цеплялся.

— Вы едва говорите на языке. Как вы собираетесь добыть повозку?

«Это расплата за то, что я тогда зашёл слишком далеко?»

С горькой усмешкой Рейнгарт смотрел на идущую впереди Аннет. Сегодня на ней было яркое красное платье. Светлые волосы собраны вверх, обнажая белую шею. От одного взгляда на неё перехватывало дыхание — хотелось прижаться губами к этому месту.

С тех пор как дверь оказалась заперта, прошло уже два дня. До коронации оставалось три. Нужно было вновь заговорить с Аннет до этого срока. Для убеждений — или мольбы — требовалась хотя бы возможность встретиться лицом к лицу.

Рейнгарт втянул пересохшие губы. Возможно, удастся заговорить с ней по дороге после обеда. Как бы то ни было, нужно было перехватить Аннет до того, как она вернётся в комнату.

До коронации — три дня. Время стремительно уходило.

***

Войдя в обеденный зал, у Аннет невольно перехватило дыхание. Собравшиеся лица были знакомы, и от этого стало не по себе. Галлант Рот, оба сына и невестка уже смотрели в её сторону. Аннет сознательно избегала взгляда Фолькера и Берты, переводя глаза на незнакомых гостей.

Молодую знатную даму Аннет узнала ещё до представления — старшая дочь графа, Гертруда. Чёрные, блестящие волосы придавали облику Гертруды Аппель холодную строгость. После формального приветствия, совершённого по представлению отца, Гертруда не сказала Аннет ни слова. Подобное отношение было привычным, однако то, что Гертруда не обратилась ни словом и к Рейнгарту, оказалось неожиданным. Ведь с детства оба жили в замке Рот.

На этот раз Рейнгарт занял место за столом как полноправный участник трапезы. Место оказалось ни близко, ни далеко от Аннет, но лицо её было хорошо видно. Аннет, сидевшая напротив почётного места как супруга графа, могла видеть всех присутствующих. Разговор, как обычно, шёл на трисенском, и Аннет, привычно отстранённая, держала взгляд опущенным.

Последний гость вошёл, когда мужчины уже пригубили аперитив.

— Виконт Эбен, прошу.

Галлант поднялся, встречая гостя. Аннет вместе с остальными встала, соблюдая этикет.

— Благодарю за приглашение, граф Рот.

— Полно, полно. Путь был неблизкий — надеюсь, вы отдохнули?

— Напротив, пребывание во дворце придало сил. Знай я это заранее, прибыл бы раньше.

С лёгкой шуткой виконт приблизился к столу и остановился перед Аннет. По правилам, прежде всего следовало отдать честь супруге хозяина.

— Моя жена, графиня Аннет.

По представлению Галланта виконт склонился и протянул руку. Аннет подала правую, позволив коснуться тыльной стороны губами. Жест был безупречно учтивым — тем более разительным на фоне обычаев в доме Рот, где подобного не придерживались.

— Рад знакомству, графиня. Карл Эбен.

— Взаимно, виконт Эбен.

— Честь для меня.

Произнося слова на общем языке, виконт улыбнулся, и на лице пролегли морщины. Высокий, сухощавый, с густыми бровями и ясными тёмными глазами. Глядя на него, Аннет невольно представила дочь виконта — стройную, вежливую и мягкую девушку.

— Позвольте узнать, кто из присутствующих — мой будущий зять? Мне говорили о молодом и весьма привлекательном рыцаре, однако здесь таких несколько.

Остроумное замечание вызвало смех за столом. Аннет тоже позволила себе лёгкую улыбку. То, что виконт продолжал говорить на общем языке, было, несомненно, сделано ради неё. Осознание того, что виконт Эбен — человек добрый, принесло облегчение… и одновременно вызвало боль.

— Благодарю за столь великодушную оценку, однако, полагаю, виконт и сам уже догадывается, кто станет его зятем.

Галлант Рот ответил с улыбкой. Переход на общий язык, вероятно, был вызван желанием угодить гостю. Благодаря этому Аннет впервые за всё время замужества могла понимать разговор за столом.

И именно сейчас.

Аннет увидела, как виконт с выразительным видом направился к свободному месту рядом с почётным. Увидела, как взгляды виконта и Рейнгарта встретились — и как на лице гостя появилась довольная улыбка. Как и сказал Галлант, виконт уже знал, кто станет женихом его дочери.

— Рыцарь.

— Виконт.

Мужчины обменялись первым приветствием. Рейнгарт склонил голову, отдавая честь, и взглянул на гостя. Будущий тесть и будущий зять. Наконец у Рейнгарта появится отец и фамилия.

— Я пригласил Рейна во дворец именно ради сегодняшнего дня. Хотел непременно представить его виконту. Ведь скоро вы станете одной семьёй.

— Именно так, граф. Увидев рыцаря собственными глазами, я чувствую куда большее спокойствие.

— Рыцарь Рейнгарт — достойный воин. Сумеет защитить супругу и станет хорошим мужем.

— В этом нет сомнений.

Виконт Эбен улыбнулся с искренней радостью. Рейнгарт ответил едва заметной улыбкой. Все улыбались — значит, и Аннет должна была улыбнуться. Сделать вид, будто не понимает, как обычно, было невозможно, и потому улыбка всё же появилась. Но была ли она настоящей, Аннет не знала — не выглядела ли улыбка лишь жалкой судорогой?

Обеденный зал, залитый дневным светом, казался ослепительно ярким. Свет был настолько сильным, что в нём различались даже пылинки в воздухе. Аннет пришлось внимательнее следить за выражением лица.