— Мама-а! Тия заняла первое место!
— ?..
Прошла лишь половина дня, а я уже заебалась...
Но стоило издалека донестись радостному голосу Тии, как уголки моих губ сами собой задёргались.
Первое место.
На этот раз в чём?
Может, они соревновались в прыжках в длину на физкультуре?
«М-м? Но сегодня ведь должен был быть экзамен».
Нет.
Сегодня проводили экзамен, поэтому обычных уроков не было.
Тогда неужели первое место означает…
— Мама! Посмотри, посмотри!
— Эй! У тебя сумка по земле волочится!
— Мхе-хе!..
Тия перебросила школьную сумку вперёд и, продолжая бежать, принялась что-то из неё доставать.
Затем она замахала листом бумаги. Сумка повисла ещё ниже и начала биться о землю.
Она уже настолько разволновалась, что совершенно меня не слушала, сколько бы я ни кричала, чтобы она нормально надела сумку.
Она хотя бы понимает, сколько эта вещь стоит?
Очаровательная негодница.
Такая милая, что хочется до смерти её закусать.
— Мва-а!
— Кхак…
Не сбавляя скорости, Тия бросилась прямо на меня.
Она обхватила меня за талию, и удар оказался намного сильнее, чем я ожидала. На мгновение перехватило дыхание.
Сильный удар в живот, от которого словно скручивает внутренности…
В голову неожиданно закралась мысль, что ощущение не такое уж плохое.
— Почему ты стала такой тяжёлой?..
— М-м? Тия не толстела.
— Нет. Толстела. Я уверена.
Я внезапно принялась ощупывать всё тело Тии.
Она находилась в самом разгаре взросления и, конечно, подросла, но за несколько недель никакого резкого скачка не произошло.
Не изменилась и грудь, которую я проверяла каждое утро, опасаясь, что Тия станет такой же пышной, как я.
Со всем остальным тоже не было никаких проблем.
Пока, ощупывая её сзади, я не коснулась хвоста.
— Хм. Вот оно.
Так дело в хвосте.
Я поняла это сразу после прикосновения.
За последнее время хвост Тии вырос в несколько раз.
Я запустила руку ей под юбку, ощупала хвост и попыталась его приподнять.
Сверху он был покрыт твёрдой чешуёй, поэтому трогать там было особенно нечего. Но снизу всё ощущалось совершенно иначе.
Мягкая и нежная кожа отличалась от человеческой, и прикасаться к ней было странно приятно.
— Мва-а-а-а…
Каждый раз, когда я надавливала и гладила нежную часть хвоста, Тия крепче меня обнимала и издавала звуки, напоминавшие стоны.
Похоже, ей было очень приятно.
Я тоже увлеклась и продолжила трогать.
Начала исследовать, где именно нужно надавить, чтобы ей стало ещё приятнее…
— М-м, там. Мхе-хе! Как хорошо-о…
Она издавала звуки в точности как взрослый мужчина во время массажа.
Кстати, только сейчас я поняла, насколько тяжёлым был этот хвост.
Хотя Тия оставалась значительно ниже меня, весили мы почти одинаково. Похоже, всё из-за хвоста.
— Хм-м…
При виде хвоста Тии у меня всегда появлялось одно желание.
А сегодня оно стало особенно сильным.
— Ам-ням-ням.
— Мвак?! М-мама, это грязно!
Я не выдержала и засунула хвост Тии в рот.
Даже небольшая его часть мгновенно заполнила весь рот, и дышать стало трудно.
Наверное, Тия напряглась, потому что хвост внезапно раздулся прямо у меня во рту. Ощущение инородного предмета стало просто невыносимым.
Я с трудом его выплюнула, и по подбородку потекла слюна.
Челюсть болела так, словно вот-вот отвалится.
— Нве-е-е…
— Зачем ты кусаешь хвост Тии?!
— Потому что он милый.
— М-м!
Даже когда Тия злилась и надувала щёки, она оставалась очаровательной.
Раньше она радовалась, стоило назвать её милой, но в последнее время начала сердиться.
Может, теперь она хочет избавиться от детского образа?
Но что мне делать, если она всё равно такая милая?
— Ах! Чуть не забыла! Посмотри, мама!
— Что там у тебя?
Глаза Тии внезапно загорелись, и она протянула мне зажатый в руке лист.
Похоже, держала она его слишком сильно: бумага полностью смялась и покрылась складками.
Это была ведомость с результатами сегодняшнего пробного экзамена.
Опустив взгляд, я увидела, что Тия смотрит на меня снизу вверх и явно чего-то ожидает.
Слегка напрягшись, я начала читать.
«Общий результат — четыреста девяносто семь баллов… Место — первое?!»
Я чуть не потеряла сознание.
Четыреста девяносто семь из пятисот.
Я всего лишь хотела, чтобы она росла доброй, здоровой и крепкой. Даже представить не могла, что уже с первого экзамена Тия принесёт такую оценку.
Подозревая неладное, я украдкой посмотрела на карету.
Кучер как раз достал клетку и направлялся к нам.
Я подозрительно уставилась на сидевшую внутри Лалу, но та ответила недоумённым выражением, словно спрашивала, почему я вообще на неё смотрю.
Похоже, она не использовала положение председателя совета для каких-то махинаций.
Впрочем, что могла сделать несчастная фея, которая весь день проводила запертой в клетке…
— Ух-ху-ху. Отлично справилась, доченька.
— Правда? Правда?!
Тия начала подпрыгивать на месте, а её глаза ярко засияли.
Как можно было перед ними устоять?
Я сдалась и принялась взъерошивать неопрятные волосы Тии.
Шершавые пряди приятно тёрлись о ладонь.
Эта негодница и сегодня утром не помыла голову.
— В кого же ты такая умная?
— В маму!
В меня…
Я никогда не училась плохо, но до такого сверхъестественного уровня мне было далеко.
Наверняка огромную роль сыграла кровь дракона.
Не знаю, хорошо это или плохо.
— Задания были лёгкими?
— М-м! Для Тии проще простого! Если делать всё, что написано в задании, получается ответ!
Это был первый пробный экзамен для детей, которые впервые в жизни оказались за партами.
Они ещё ничего не изучили, поэтому большинство заданий наверняка проверяло лишь способность мыслить.
Вопросов, требовавших конкретных знаний, почти не было.
Именно поэтому Тия смогла получить почти максимальный балл.
Но теперь начнутся настоящие занятия, а на экзаменах появятся вопросы, для которых придётся что-нибудь запоминать.
Я до сих пор ни разу не видела, чтобы Тия открывала учебник. Если так продолжится, её оценки будут становиться всё хуже.
Чтобы сохранить успеваемость, требовалась продуманная система.
Я остро ощутила такую необходимость.
Если Тия не станет меня слушать, возможно, понадобится человек, который отдельно научит её правильно заниматься.
«Ах. Почему я рассуждаю как помешанный на учёбе родитель из Каннама?..»
Я внезапно опомнилась.
Только что мне было достаточно, чтобы Тия росла доброй, здоровой и крепкой.
Но я уже представляла, как отправляю её на дополнительные занятия и заставляю сохранять лучшие оценки.
Какое счастье, что в этом мире не существовало такой системы частного образования, как в Южной Корее.
Иначе я уже записала бы Тию во все возможные учебные центры.
Похоже, родительская жадность действительно возникает сама собой.
Теперь я немного понимала родителей, которые изводили детей, заставляя их учиться.
Но понимание не означало, что я собиралась настолько же мучить Тию.
Мне всего лишь хотелось, чтобы в будущем у неё оставался достаточно широкий выбор.
— Тия. Может, хочешь какой-нибудь сборник задач?
— М-м? С-сборник?
— Или купить сразу все виды? Но в комнате, наверное, не хватит места. Тогда придётся использовать кабинет маркиза. Ах! Может, вообще превратим его кабинет в учебную комнату Тии?
— М-мама, у тебя страшные глаза…
Я собиралась заниматься с ней в меру.
Совсем в меру.
***
— Джулия. Ты опять уходишь? Куда это ты собралась в таком нарядном платье?
— П-простите. Никто больше не берёт отгул на полдня, а я одна…
— Да нет. Мы тебя не ругаем. Просто заметили, что после последних поездок в город ты возвращаешься с очень довольным лицом.
— Может, прячет там возлюбленного?
— Я же сказала, что это не так!!!
В конце концов я не выдержала и закричала.
Похоже, им понравилось надо мной издеваться.
Всё совсем не так…
Да, я собиралась встретиться с мужчиной, но это ничего не значило.
От несправедливости на глаза едва не навернулись слёзы.
— Я пошла. Если Тия вернётся рано, скажите ей сначала сделать домашнее задание и только потом играть.
— Хорошо-хорошо. Не беспокойся о Тии и приятно проведи время!
— М-м-м…
Лицо снова стало горячим.
Я немедленно отвернулась и покинула загородный дом.
Интересно, идёт ли мне это платье?
Я впервые сама выбрала и купила одежду, а не получила её от Леопард или маркиза.
Мне приглянулось лёгкое струящееся платье, но стоило его надеть, как из-за груди оно натянулось шатром и сделало меня похожей на беременную.
В конце концов я кое-как решила проблему, завязав на талии ленту. Но всё равно не знала, хорошо ли выгляжу.
Коллеги утверждали, что я красавица, и поднимали большие пальцы…
Однако они устраивали восторженный шум, что бы я ни надела, поэтому доверять им было нельзя.
— Ух…
День выдался ясным и солнечным.
Я случайно посмотрела прямо на солнце и вздрогнула от яркого света.
Хорошо, что надела широкополую шляпу.
— В это время я ещё ни разу не приходила в церковь.
Добравшись до города, я сразу направилась туда.
Сегодня не был назначен урок, но сидеть в загородном доме почему-то стало невыносимо.
Если бы Леопард иногда приходила в гости, мне было бы не так скучно.
Нужно хотя бы спросить Александра, как у неё дела.
С тех пор как Леопард внезапно велела мне не ходить в какой-то странный лес, она больше ни разу не показывалась…
— Никого нет?
Возможно, я случайно пришла в свободное время, потому что церковь оказалась почти пустой.
Верующих не было, а постоянно находившиеся здесь служители церкви, видимо, тоже ушли отдохнуть.
Я начала бесцельно бродить по пустому зданию и осматриваться.
Неужели церковь всегда была настолько красивой?
Разноцветный свет, проникавший сквозь витражи и расписывавший стены, невольно вызывал восхищение.
Я уже довольно долго рассматривала разные уголки церкви.
И тут сзади послышались знакомые шаги.
Тяжёлые и размеренные.
Словно шаги солдата.
Я и так прекрасно понимала, кто приближается.
Нарочно оставшись к нему спиной, я продолжила рассматривать настенную роспись и ждать.
— Девочка, ты потерялась?
— Что?
За спиной прозвучал голос Александра.
Но сказанное им оказалось совершенно странным.
Он принял меня за ребёнка?
Я слегка обернулась. Увидев моё лицо, Александр пришёл в крайнее замешательство.
— А-ах. Простите. Я не понял, что это вы…
— Потерялась? Сколько лет мне дали?
— Неважно. Я просто оговорился.
— Что? Скажите. Скорее. Мне любопытно.
— …
Сколько бы я ни тыкала его пальцем в бок, Александр лишь заливался краской и категорически отказывался отвечать.
Его реакция вызывала всё большее желание продолжить.
Но пока я его дразнила, самой стало ещё неловче.
Потому что я заметила собственное возбуждение…
И вовсе не потому, что обрадовалась, что меня, уже родившую ребёнка и отправившую его в школу мать, приняли за юную девушку.
Правда.
