— Кхнг. Ммм……
Пробуждение оказалось вялым.
Когда Тия открыла глаза, её нос был настолько заложен, что она постоянно сморкалась, с трудом дыша.
В конце концов, Тия сдалась, шмыгнула носом, проглотила накопившуюся слизь и села.
Её глаза невыносимо щипали.
— Ммммм…
Тия осмотрелась и сразу же сделала плаксивое лицо.
Мамы не было.
Сколько бы ни искала, она не могла её найти.
Это было обычным явлением.
Мама всегда была занята.
И всё же это пустое чувство так и не стало привычным.
— Ик…
Внезапно накатила грусть.
Она не могла понять почему.
Пока спала, всё забыла.
Как раз когда она собиралась разрыдаться, следуя своим эмоциям.
Скрип……
— Ммх?
Дверь медленно открылась.
Нога начала заходить снаружи, но, почувствовав кого-то внутри, быстро отдернулась со свистом.
Можно было понять просто по тени, упавшей внутрь.
Это была Мама.
Тия, собиравшаяся броситься и обнять её, внезапно замерла на месте.
То, что заглянуло в дверь, было не Мамой, а какой-то странно выглядящей куклой.
У неё был птичий клюв и необычно вытянутое тело.
— Т-Тия…
— Мама?
— Эм, я не Мама.
— Ммм?
Джулия, пряча своё лицо за куклой, вперевалку вошла, имитируя походку пингвина.
Даже так, её лицо было ярко-красным от смущения.
Когда она купила куклу и пришла домой, она планировала просто бросить её Тие со словами «Вот, я подобрала это».
Но когда она вернулась домой и услышала, как Тия шмыгает носом через щель в двери, она просто не смогла этого сделать.
Тия наклонила голову в замешательстве, не понимая, почему Мама ведёт себя таким образом.
— П-привет. Я пингвин.
— …
Маленькие крылья пингвинёнка куклы взмахнули.
Но спустя некоторое время, не получив ответа от Тии, лицо Джулии ненадолго выглянуло из-за куклы, прежде чем быстро спрятаться снова.
Тия была просто озадачена, не понимая ситуацию.
— У Мамы есть кое-что сказать. Ты послушаешь?
— Д-да! Да! Я послушаю!
Тия наконец осознала, что пингвин должен был говорить.
Боясь, что Мама может развернуться и уйти, если она не ответит, она отчаянно закричала.
Затем медленно кукла опустилась, открывая лицо Джулии.
Лицо Джулии было покрасневшим до ушей, и она не могла встретиться глазами с Тией.
У неё всё ещё не хватало смелости.
— Эм, Тия. Мне нужно тебе кое-что сказать.
— Хннгггх…
— А? Ах? Аах?
В тот момент, когда их взгляды встретились, слёзы внезапно потекли по лицу Тии.
Она вспомнила всё, что произошло до того, как заснула.
Мама злилась.
Это не было притворным гневом или преувеличением.
Хотя она не знала почему, это явно была её вина.
Это всё, о чём могла думать Тия.
И вспоминая разрывающийся голос Мамы и грубые руки, хватающие её за воротник, она не смогла сдержать слёз.
И всё же, сколько бы она ни плакала, стеснение в груди не проходило.
— Уааааах!
— …
Джулия отбросила куклу в сторону и бросилась обнимать Тию.
На этот раз без колебаний или нежелания.
Тия уткнулась носом в это тёплое объятие и вдохнула мамин запах.
Затем она выпустила все свои слёзы и сопли, зарывшись в грудь Джулии.
И всё же Джулия молча крепко обняла Тию и гладила её по спине.
Это был не тот пугающий взгляд, что раньше.
Не то страшное лицо.
Мама всё ещё была мамой.
Она не ненавидела меня.
С этим облегчением слёзы продолжали течь.
— Мама не, шмыг, ненавидит Тию, правда? Это так, да?
— Конечно. Как ты думаешь, как сильно Мама тебя любит? Я тебя не ненавижу. Я никогда не могла бы тебя ненавидеть.
— Уааааах…
— Мама была неправа. Я испугалась и накричала на тебя… разозлилась… Мама просит прощения. Правда прости.
Джулия тоже почувствовала, как у нее перехватило дыхание.
Даже сейчас Тия не винила свою маму, а боялась быть ненавидимой ею.
Вот и все.
Для Тии мысль о том, что её мама — весь её мир — отвернётся от неё, была страшнее всего остального.
— Вот. Возьмёшь это?
— Шмыг Что это?..
— Мистер Пингвин. Как думаешь? Он мягкий и плюшевый.
— Ммм… Это для Тии?
— Да. Это для Тии.
— …
Тия взяла куклу, которую протянула ей мама, и крепко обняла её.
Казалось, от неё исходил лёгкий запах мамы.
Она полюбила её.
Тия крепко обняла куклу и на мгновение замерла. Затем она подняла взгляд.
Казалось, у Джулии было что сказать, она нервно поглядывала на неё.
— Тия. На самом деле…
Было кое-что, что нужно было объяснить.
Чтобы убедиться, что Тия никогда больше никого не ранит, она должна была рассказать ей.
К этому времени Тия перестала плакать и сосредоточилась на рассказе, следя за движениями губ Джулии.
Тогда Джулия осознала.
Только сейчас она впервые вела нормальный разговор с ней.
Только сейчас она действительно смотрела на Тию лицом к лицу.
В тот миг, когда она поняла, что Тия действительно человек со своей собственной идентичностью, её дыхание прояснилось, и слова, которые она не могла найти, начали литься.
***
Щёлк-клац.
Звук обуви эхом разнёсся по тёмному переулку.
Шаги человека в сдвинутой набекрень фетровой шляпе вдруг замерли.
Что-то необычное зашевелилось в темноте.
— Герой.
— …
Леопард тут же развернулся и начал идти в противоположном направлении.
То, что вышло из темноты, назвало «Герой» и настойчиво последовало за ним.
Серебряный крест выскользнул из-под его воротника и ярко сверкнул.
— Герой. Куда вы направляетесь? Ваше жильё в этом направлении.
— Я знаю. Увидев ваше лицо, мне стало дурно, поэтому я подумал прогуляться перед тем, как войти.
— Это сурово. Я просто пришёл поговорить с вами кое о чём.
— Тогда почему бы не постучать в мою дверь, когда я там? Почему вы всегда так зловеще прячетесь в тенях?
— Я не прятался…
Осмотрев обиженное выражение лица священника, Леопард раздражённо вздохнул.
Работа в тени так долго, видимо, полностью адаптировала его образ жизни к темноте.
Леопард тяжело вздохнул.
Хотя он находил ассасинов, отвратительными и тошнотворными, теперь они были коллегами, работающими вместе.
Избегание того, кто тебе не нравится, работает только день или два, но это продолжалось так долго, что священник теперь следовал за ним повсюду, как сталкер.
— Может, скоро пойдём?
— Почему я должен?
— Почему? Нам нужно найти Святую.
— Я ещё не закончил то, что нужно сделать здесь.
— Какие дела? Из-за той шлюхи?
— Твой рот!..
Леопард вскинул руку, не в силах больше сдерживаться.
Он зажал священнику рот, угрожая раздавить челюсть, но внезапно потерял всякую силу.
Уголки глаз священника улыбались.
Чувствуя отвращение, Герой вытер руку об одежду и отступил.
— Следи за языком. А то я его сломаю.
— Герой. Я думаю, вы, возможно, что-то неправильно понимаете. Та женщина — не Святая. Я это подтвердил.
— Подтвердил? Что ты имеешь в виду?
— Я порезал ей палец, и рана не зажила. Если вы подозревали ту женщину, вы ошиблись адресом.
— …
Рана не зажила.
Какой бы трюк она ни использовала, Джулия полностью одурачила этого священника.
Леопард насмешливо фыркнул на священника.
Казалось маловероятным, что Джулию ещё будут подозревать в том, что она Святая.
— Подожди.
— Да?
— Ты порезал палец Джулии? Почему?
— Я-я просто порезал один раз, чтобы проверить… Это была не большая рана…
Глаза Леопарда, теперь теряющие рациональность, приблизились.
Прижатый к стене без возможности бежать, священник зажмурился.
Если бы он ответил, что порезал её по ошибке, его бы точно избили, как собаку.
«Что для него значит эта женщина?..»
Что было такого особенного в какой-то шлюхе из таверны, что Герой не мог ее отпустить?
Конечно, у неё была красота, неподходящая для дешёвой таверны, и в ней было что-то крепкое и сильное.
Это всё, что мог разглядеть священник.
Было загадкой, что делало её настолько особенной, чтобы захватить сердце Героя.
Возможно, 50 лет назад его вкусы в отношении женщин были совсем другими.
— Давайте расставим приоритеты в миссии, Герой.
— Ты маленький ублюдок. Ты пытаешься спровоцировать меня?
— Нет, сэр.
— Я разберусь, как считаю нужным. Понял?
— …Понял.
Священник опустил голову и слабо ответил.
У Героя не было желания находить Святую.
Этот факт был подтверждён ещё раз.
Было странно.
Когда они впервые попросили помощи в поисках Святой, он охотно согласился.
По сравнению с тем временем, Герой сейчас казался совершенно другим человеком.
— Ах. Герой.
— Вздох
Как раз когда он собирался пройти мимо священника, тот голос снова позвал Леопарда.
После стольких намёков он всё ещё собирался настаивать?
Леопард развернулся со сжатыми кулаками.
— Я нашёл его. Ученика священника.
— Что ещё, ублюдок?
— Ученика священника, который жил в сгоревшей деревне. Он исчез без следа, но был найден довольно далеко. Ожидается, что он знает лицо Святой и имя, которое она сейчас использует.
— Правда…
Герой слегка прикрыл рот, притворяясь, что чешет подбородок.
Мужчина, который знает лицо Святой.
Мысль немедленно соединилась с необходимостью заткнуть его, прежде чем он сможет заговорить, и Леопард прикусил губу.
— Где сейчас этот ублюдок?
Уголок глаза Леопарда дёрнулся на мгновение.
И священник не упустил этот мимолётный момент.
— Я проведу вас туда…