— А это ещё что?
Во время работы в саду я заметила нечто странное.
Все окна комнаты, служившей складом, оказались чем-то закрыты.
Это определённо были не задёрнутые изнутри шторы.
Похоже, окна забили досками.
Что маркиз успел устроить на складе за одну ночь?
— Точно. У меня теперь есть универсальный ключ.
Дворецкий сделал для меня копию.
Ему надоело каждый раз выдавать мне ключ от кабинета перед уборкой, поэтому он просто отдал универсальный.
Я удивилась, что дворецкий, всегда строго соблюдавший правила, решился на такое.
Когда спросила о причине, он ответил, что, даже если я натворю бед с универсальным ключом, маркиз всё равно великодушно меня простит…
Похоже, дворецкий уже считал меня любовницей маркиза.
— Хм-м. Склад ведь был в этой стороне.
Я почти никогда сюда не заходила.
Тёмная комната находилась в углу за самым концом коридора.
Я вставила ключ в замок и уже собиралась повернуть его.
— Нельзя-а-а!
— Не открывай!
Топот ног разом оглушил меня.
Кто-то одновременно схватил меня за оба плеча.
Обернувшись, я увидела, что одно плечо держит маркиз, а другое Леопард.
Оба были мертвенно-бледными и явно торопились меня остановить. Видеть их такими непривычно.
В последнее время они вообще не появлялись рядом, поэтому подобное единодушие казалось почти ностальгическим.
— Что с вами обоими? Вы там человека похитили и заперли?
— …
— …
Я сказала это в шутку.
Но оба слишком долго молчали без тени улыбки.
И тогда я поняла.
Вот же. Попала прямо в точку.
***
— Можно я подведу итог?
— Прошу. Нужно убедиться, что госпожа Джулия полностью всё поняла.
— Давай. Рассказывай.
Передо мной предстала редчайшая картина. Леопард и маркиз, впервые за долгое время объединившиеся, стояли плечом к плечу.
Но восхищалась я недолго.
Встретившись взглядом со связанным по рукам и ногам мужчиной, я тяжело вздохнула.
— Отец Александр раскрыл мою личность, поэтому вы схватили его прежде, чем он успел что-нибудь натворить…
— Идеально. Вы всё поняли совершенно правильно.
— …
Казалось, голова сейчас расколется.
Ситуация была предельно простой. Тогда почему мысли так путались?
Причина тоже была очевидна.
Решение переложили на меня.
«Лучше бы они разобрались с ним без моего ведома…»
От этой мысли меня пробрала дрожь.
Лучше бы маркиз или Леопард успели всё закончить прежде, чем взваливать на меня такую проблему.
Тогда я снова узнала бы обо всём слишком поздно и могла спокойно обвинять их в том, что они действовали за моей спиной.
Мне в голову пришла настолько пассивная и эгоистичная мысль.
Значит, теперь я ослабла не только телом, но и духом…
От этого осознания стало страшно.
Если так продолжится, я превращусь в паразита, который во всём полагается на маркиза и Леопард и физически, и душевно.
— И я должна решить, что делать с отцом Александром.
— Именно.
— К сожалению, всё обернулось так.
Маркиз невозмутимо ответил, а Леопард недовольно фыркнула, но всё же согласилась.
Если подумать, оба сильно изменились.
Раньше они без всяких колебаний оторвали бы Александру голову.
Не знаю, что именно повлияло на них, но теперь они пытались оставить право выбора и мне.
А я уже хотела отказаться от него и впасть в полную зависимость…
Какая же жалкая.
— Хы-ы!
— Ч-что такое? Напугала.
Шлёп-шлёп.
Я ударила себя ладонями по щекам и пришла в чувство.
Верно. Это моё дело.
Из-за моей беспечности Александр всё понял, а раскрыть он собирался правду обо мне и Тии.
Но пострадаем от этого не только мы с дочерью.
Маркизу, который нас укрывал, и Герою, намеренно прекратившей поиски, тоже придётся столкнуться с гневом Папской канцелярии.
Принимая решение, я должна была учесть всё.
— Фу-у-ух…
— Джулия! Что ты делаешь?!
Я сразу подошла к Александру и вынула кляп из его рта.
Но, получив возможность говорить, он не стал молить о пощаде, а лишь молча посмотрел на меня снизу вверх.
Больше Александр ничего не мог сделать.
Все мы прекрасно знали, что, даже если его освободить и взять обещание не докладывать начальству, он всё равно его нарушит.
И всё же Александр цеплялся за ничтожную надежду и одним взглядом умолял сохранить ему жизнь.
Пожалуйста, не убивайте…
— Мы не можем выпустить Александра в таком состоянии.
— Я знала! Ты приняла правильное решение!
Не скрывая радости, Леопард несколько раз притопнула.
Похоже, ей очень хотелось убить Александра.
Неудивительно.
Ведь наши с Тией жизни были для неё важнее собственной безопасности.
Наверное, добраться до этого решения оказалось непросто.
Если я хорошо знала Леопард, до того, как выбор передали мне, она наверняка предлагала тайком убить Александра и закопать за горой.
— Подожди. Джулия сказала лишь, что его нельзя выпустить. Об убийстве она не говорила.
— Эй. Только не говори…
Маркиз заметил лазейку в моих словах.
И был прав.
Желание Леопард не исполнится.
Я не собиралась убивать Александра.
Но и отпускать его живым в таком состоянии тоже не стану.
Мгновенно поняв мой замысел, Леопард исказилась в лице.
— Ты хочешь навсегда оставить Александра здесь живым пленником? Это ничем не отличается от убийства! Папская канцелярия всё равно заметит исчезновение человека, отвечавшего за поиски Святой, и начнёт нас подозревать!
— Одно отличие есть. По крайней мере, наши руки останутся чисты.
— Разве сейчас это имеет значение?!
— Для тебя, убившей бесчисленное множество людей, возможно, нет. Но для Джулии имеет.
— Что за чушь вы…
— Оба замолчите.
Они становились слишком шумными.
Мне было трудно сосредоточиться.
Остановив их спор, я вновь обратилась к божественной силе внутри себя.
И наконец огромный океан в моей душе пришёл в движение.
— Джулия. Что ты делаешь?
— Я ведь сказала. Мы не можем выпустить Александра в таком состоянии. Иначе опасность будет угрожать мне, Тии, господину и тебе.
— Вы решили стереть мои воспоминания.
— ?!..
Стоило Александру тихо произнести эти слова, как глаза маркиза и Леопард расширились.
Правильный ответ.
Не ожидала, что первым догадается именно Александр.
— Госпожа Джулия, боюсь, вы кое в чём заблуждаетесь. Когда говорят, что чудо может стереть неприятные воспоминания, речь идёт о памяти самого творящего чудо. Чужой разум защищён чрезвычайно мощным механизмом. Преодолеть его при помощи чуда и изменить воспоминания невозможно.
— У чудес нет невозможного. Вы учили меня, что при достаточном количестве божественной силы и искреннем желании теоретически возможно всё.
— Вы хорошо запомнили.
Александр мягко улыбнулся, а маркиз и Леопард недовольно уставились на него.
— Александр. Вы не собираетесь сами сотворить чудо и стереть себе память?
— Нет. Не собираюсь. Это будет предательством церкви. К тому же я могу стереть совершенно другие воспоминания и солгать, а у вас не останется способа проверить результат.
— Верно. Значит, придётся сделать это самой.
Я получила ясный ответ.
Это должна сделать я.
Не кто-то другой.
Я положила ладонь на лоб спокойно сидевшего в путах Александра и сосредоточилась ещё сильнее.
Мне предстояло открыть новую область, до сих пор считавшуюся недоступной.
Обычного желания здесь наверняка не хватит.
Но настолько ли дорога мне жизнь Александра, чтобы ради неё превратить невозможное в возможное?
Ответить было непросто.
Я определённо не хотела, чтобы Александр умирал.
Понять его почти невозможно, а порой он даже пугал меня, но именно Александр лично учил меня творить чудеса.
Он же стал наставником Тии и помог ей обуздать неконтролируемую силу.
Я сосредоточилась на этих воспоминаниях.
Представила, какую вину испытаю после смерти Александра.
Представила чувство утраты.
И тогда божественная сила, покоившаяся в глубине души, начала медленно вырываться наружу. Всё моё тело засияло ослепительным светом.
***
— Что… это…
Невозможно.
Маркизу и Леопард оставалось лишь ошеломлённо наблюдать за происходящим.
До сих пор у них было всего два варианта.
Убить Александра или сохранить ему жизнь.
Можно было добавить ещё один и оставить его в заточении, но по существу это почти не отличалось от смерти.
Однако Джулия создала совершенно новый выбор.
Такой, о котором никто не мог даже подумать.
Она собиралась сделать то, что всегда считалось невозможным, изменить чужую память и заставить человека забыть.
Само по себе изменение воспоминаний не было особенно сложным.
Если вскрыть грудь и изменить основу магических контуров человека, запечатать его память не составит труда.
Именно так когда-то запечатали воспоминания Ариэль.
Но подобное стало возможным лишь благодаря телу Святой, проклятой вечной жизнью. Обычный человек умер бы в тот же миг, когда кто-нибудь коснулся его сердца.
Поэтому замысел Джулии был поистине революционным.
Она хотела принудительно и полностью стереть память человека, не причинив ему ни единой раны.
Не оставив даже нестабильных обрывков воспоминаний, как после гипноза.
Это и было настоящее чудо.
И сейчас Джулия пыталась воплотить его, вливая огромное количество божественной силы.
«У неё настолько много силы?!»
Наблюдая, как божественная сила в реальном времени рассеивается в воздухе, Леопард широко раскрыла рот.
Даже одна только сила, которую Джулия теряла из-за недостатка мастерства, намного превосходила совокупный запас всех священнослужителей Папской канцелярии.
Сколько же тогда она направляла на само чудо?
Леопард ещё со времён, когда Джулия была Ариэль, знала, насколько огромен её запас божественной силы.
Но сейчас казалось, будто она черпает воду из бесконечного океана.
«У магии есть предел, но у чудес его нет».
Сейчас Джулия доказывала истинность этих слов.
При помощи почти бесконечной божественной силы она совершала невозможное.
Переписывала действительность по собственной воле.
— Джулия. Спасибо…
Александр едва слышно прошептал это с улыбкой.
Сразу после этого ослепительный свет заполнил комнату.
Маркиз и Леопард открыли зажмуренные глаза и увидели тяжело дышавшую Джулию. Перед ней без сознания лежал Александр.
У неё получилось.
Оба сразу это поняли.
И одновременно с этим…
«Как далеко простирается сила чудес Джулии?»
Они ощутили смутный страх.
Возможно, Джулия была гораздо опаснее, чем им казалось до сих пор.
