Контент удален!

Утро в загородном доме начиналось еще до рассвета.

А утро Тии обычно начиналось еще раньше.

— Ух…

Пробуждение было приятным.

Хотя, отдельно от этого, Джулия чувствовала сильную боль в плечах.

Плечи ныли даже когда она просто сидела на месте, так что после целого дня беготни по делам это было вполне естественно.

Давление продолжалось даже во сне, поэтому, какой бы мощной ни была ее способность к восстановлению, плечи все равно болели.

Хорошо еще, что объем работы у нее был меньше, чем у обычных горничных.

Хотя морально, возможно, она была тяжелее.

— Хм…

Как следует потянувшись, Джулия повернула голову, чтобы проверить дочь, спавшую на соседней кровати.

Ее милая дочь крепко спала ровно так же, как и легла: аккуратно укрытая одеялом и обнимающая куклу-пингвина.

Подумав, что без этих черных рогов она была бы еще милее, Джулия перебралась на соседнюю кровать и скользнула под одеяло.

— Хм… Маленькая ты прелесть. Почему ты так быстро растешь? Даже жутко.

Тиск.

Обняв Тию, Джулия тихо прошептала.

Хотя слова у нее были немного грубыми, голос был наполнен нежностью.

Такой голос она никогда не давала Тии услышать, когда та бодрствовала.

В нем было больше настоящих чувств Джулии, чем в любом неискреннем «я люблю тебя».

— Хе-хе-хе. Такая мягкая и пухленькая. Как рисовая лепешка…

Обнимая Тию, Джулия долго гладила ее по голове, щипала за щеки, перебирала кудрявые волосы и трогала рога.

Хотя она часто гладила ее по голове и при любом удобном случае касалась рогов, сейчас ее прикосновения были куда смелее обычного.

Если бы она так уверенно нажимала на рога и трогала их, пока Тия бодрствовала, та бы пожаловалась, что у нее звенит в голове. Но сейчас Джулия могла действовать смело.

Это было возможно потому, что по утрам Тия, похоже, спала очень крепко и не просыпалась, что бы с ней ни делали.

— Мххх...

— ?..

В тот момент, когда рука Джулии скользнула по спине Тии и коснулась её хвоста, между маленьких губ Тии вырвался слабый стон.

Джулия от неожиданности замерла и проверила Тию, но...

— Да нет, не может быть.

Списав это на разговор во сне, она быстро продолжила проверять, как выросла ее дочь.

Когда Джулия коснулась хвоста, с ее губ сорвался глубокий вздох.

Он вырос до размера, который уже невозможно было скрыть.

Шершавый хвост Тии уже был длиннее ладони Джулии.

С рогами еще можно было что-то придумать, купив большую шапку, но хвост был настоящей проблемой.

Обычно Тия могла просто опускать его вниз, но когда нервничала или радовалась, он вставал торчком и поднимал юбку.

Кто-нибудь, увидев такое, мог бы подумать, что у нее на заднице вырос рог.

— Ой, да ладно.

Проведя долгое время за тем, что гладила хвост Тии и переживала, Джулия наконец отпустила ее и резко встала.

Уже почти пришло время уходить на работу.

Джулия быстро заправила постель, пошла в ванную, наскоро приняла душ и тщательно высушила волосы нагретым полотенцем.

Поверх нижнего белья она надела пояс для чулок, затем чулки, а после облачилась в хорошо выглаженную с вечера форму горничной.

Уже привычными движениями она аккуратно заплела волосы, привела в порядок брови и сделала легкий макияж глаз, завершая подготовку.

Горничной полагалось выглядеть скромно, без яркого макияжа и украшений, но Джулия, отражавшаяся в зеркале, больше походила на дворянку, которая украла одежду горничной.

— Черт. Я такая красивая.

По крайней мере, сама Джулия думала именно так.

Проведя много времени перед зеркалом, крутясь и любуясь собой со всех сторон, Джулия вдруг смутилась и села, закрыв лицо руками.

Это была всего лишь тщательная проверка, чтобы убедиться, что с ее нарядом все в порядке.

Джулия мысленно повторяла это себе, словно пыталась промыть себе мозги.

Когда она уже спешила уходить, ее взгляд упал на Тию, которая все еще мирно спала в кровати.

Некоторое время смотрев на Тию, она медленно подошла и убрала челку с ее лба.

— Я люблю тебя.

Чмок.

Ее губы коснулись лба Тии.

С яркой, немного искусственной улыбкой Джулия вышла из комнаты.

Комната погрузилась в тишину.

— Хаааааааа!..

Глаза Тии внезапно распахнулись, и она отбросила инрушкуг, которую обнимала.

Размяв затекшее от долгого лежания тело, Тия спрыгнула с кровати.

Сегодня она снова проснулась рано, и притворялась спящей.

Ей удалось услышать ласковый голос мамы, который редко можно было услышать, когда она бодрствовала.

Если бы существовал способ это записать, она бы тайком сделала запись и время от времени слушала ее.

— Хм…

Почесывая живот, Тия вышла и первым делом проверила обеденный стол.

Как и ожидалось, там стояла полная бутылка молока, подогретого до самой подходящей для питья температуры.

Тия неторопливо налила молоко в кружку и села на стул у окна.

— А-а!

Когда бы она ни пила молоко, вкус всегда был потрясающим.

Судя по тому, что к следующему утру бутылка снова оказывалась полной, даже если она выпивала все, молоко, похоже, доставляли каждый день.

Оно нравилось ей еще сильнее, потому что по вкусу было очень похоже на молоко, которое она пила младенцем.

Насладившись утренним молоком, Тия вылила оставшееся в миску и добавила хлопья, начиная завтрак.

Хотя мама приготовила и оставила рагу с хлебом, Тия всегда ограничивалась хлопьями, потому что ей было лень разогревать рагу и поджаривать хлеб.

— М-м…

Похрустывая хлопьями, Тия перевела взгляд к окну.

Чистые улицы сияли в солнечном свете.

Одна за другой проезжали конные экипажи.

А люди в нарядной одежде выходили на улицу вместе со слугами.

Все это сильно отличалось от пейзажей, которые она видела, когда жила в переулках.

Ощущение было странным.

Тия кое-как разжевала и проглотила хлопья, одним глотком допила молоко и встала.

Быстро умыв лицо водой, натянув платье и небрежно надев на голову шляпу, Тия шумя вышла из комнаты.

— Хм-хм-хм…

День был прекрасным.

Раньше ей вообще запрещали покидать комнату, но недавно она получила разрешение свободно ходить почти по всем частям загородного дома, кроме нескольких запретных зон.

И это разрешение дал маркиз.

Изначально Джулия собиралась позволить Тии отходить от комнаты только в радиусе десяти метров, чтобы та могла немного подышать свежим воздухом, но благодаря настойчивости маркиза, заявившего, что в его загородном доме его слово абсолютно, Тия получила свободу.

Маркиз определенно был хорошим человеком.

Тия могла могла думать именно так.

— Доброе утро!

— Тия, доброе утро!

Бегая по загородному дому, Тия здоровалась со всеми, кого встречала.

Хотя кому-то это могло показаться раздражающим, все тепло отвечали на ее приветствия.

Даже горничные, которые смотрели на Джулию недружелюбно, поступали так же.

— Сестрица, сестрица!

— Да?

— То, что ты несешь! Тия может помочь?

— Ах, нет. Все в порядке, но спасибо, что предложила.

— Хе-хе-хе! А как тебя зовут, сестрица?

Как бы сильно они ни недолюбливали ее мать, ненавидеть это милое создание, которое без всякой злобы льнуло к ним, было совсем непросто.

Тии понадобилось всего три дня, чтобы обезоружить внутреннюю защиту всех людей в загородном доме.

Пробежав повсюду и поздоровавшись со всеми горничными, Тия выглянула из-за угла коридора, чтобы проверить, что происходит в кабинете.

Сосредоточив все чувства на ушах, она смогла услышать голоса мамы и маркиза через щель в двери.

Разобрать, о чем они говорят, не получалось, но разговор, похоже, был спокойным, хотя иногда их голоса повышались.

В кабинет ей все равно нельзя было входить.

Это была одна из немногих запретных зон в загородном доме.

Когда даже спустя долгое время не появилось никаких признаков, что дверь откроется, Тия повернулась и побежала на кухню, потирая проголодавшийся живот.

Кухня была занята. Вероятно, там готовили обед.

— Ах, нет, Тия. Сейчас мы заняты, так что не могла бы ты подождать снаружи? Огонь опасен.

— Но Тия голодная…

— Не можешь подождать ещё немного?

— Хм!

— Вздох. Тогда съешь вот это и уходи, хорошо?

— Тия! Хочешь попробовать и это?

Тии нужно было лишь стоять на месте с открытым ртом.

Стоило ей так сделать, как горничные собирались вокруг и кормили ее разными вещами.

Вскоре одна из горничных отломила маленький кусочек от большой головки сыра и принесла его.

— Эй, это немного…

— Просто подожди и посмотри. Хе-хе.

Несмотря на обеспокоенные реакции, Тия без колебаний положила кусочек сыра в рот и покатала его языком.

Это был сыр с особым ароматом, приготовленный в традиционном южном стиле.

Людей, непривычных к нему, могло вывернуть от одного только запаха, поэтому все горничные тревожно напряглись.

— М-м! Вкусно! Еще, пожалуйста!

— Что?

Но реакция Тии оказалась совершенно неожиданной.

Они думали, что у нее хороший аппетит, раз она ест все подряд, но не ожидали, что она без всяких проблем съест и это.

Воодушевленные горничные потеряли счет времени и продолжили нарезать кусочки ингредиентов, чтобы кормить Тию.

— Вы все! Почти половина ветчины исчезла. Что случилось?

— Половина? А? Да быть не может. Мы точно отрезали только маленькие кусочки.

— Давали? Кому?

— Конечно, Тии… Подождите. А куда она делась?

Горничные огляделись из-за неожиданного нагоняя дворецкого, но Тия уже исчезла.

Единственным человеком, которого Тия так и не смогла расположить к себе, был этот дворецкий.

Он был тем, с кем она не хотела сталкиваться. При каждой встрече он ругал ее за легкомысленную беготню, за слишком громкую речь или требовал исправить манеру говорить.

Тия сбежала, все еще жуя во рту ветчину, и добралась до заднего сада.

— Вау…

Когда она со скрипом открыла дверь и вошла в оранжерею, в ее центре показалась тайная лестница.

Это было единственное место в загородном доме, которое выглядело старым, тогда как все остальное сияло новизной.

Одно из немногих мест в загородном доме, куда вход был запрещен.

Глядя на старую деревянную дверь подвала внизу лестницы, Тия сама не заметила, как шагнула вперед.

Почему-то ей казалось, что она должна туда спуститься.

Даже понимая, что ее отругают, если поймают, она неодолимо тянулась туда.

Она уже собиралась поставить ногу на первую ступень, покрытую плющом.

— Хм?

Тия уловила странный звук и повернула голову.

Она услышала его не ушами.

Она заметила его по тонким вибрациям в своих рогах.

Быстро выйдя из оранжереи, Тия сосредоточила все чувства на ушах и рогах.

Вскоре она уловила равномерные вибрации, похожие на «тук, тук».

«Звук того, как кто-то ходит по крыше!»

Тия сразу поняла, что это такое.

Она сама прыгала по крышам и преследовала человека в странной одежде, который ловко передвигался по ним, так что сомнений почти не было.

Но звук был немного странным.

Он становился громче, будто кто-то бежал прямо к ней.

Ее подозрение вскоре превратилось в уверенность.

«Это плохо!..»

Приближалась угроза.

Придя к такому выводу, Тия широко раскрыла глаза.