Огромный универмаг.
И всё это принадлежало Ирен.
Пока мы ходили внутри и осматривались…
Я одна никак не могла успокоиться.
— Это мой универмаг. Он открылся в прошлом году. Всё началось с небольшого магазина одежды, но дело разрослось, и каким-то образом я дошла до такого.
— В-вот как.
— Тия тоже мне помогла. Когда магазин только открылся, она превращалась в дракона и рекламировала его. Помнишь?
— Хе-хе. Конечно.
Дело плохо.
Я ничего не слышала.
Другое занимало меня настолько, что сосредоточиться не получалось.
Я слушала историю успеха Ирен, но думала совсем о другом.
— Что с тобой, Джулия? Тебе плохо?
— Н-нет.
— Неужели всё из-за того, что мы увидели в карете? Брось, тут нечего стесняться. Что ещё могут делать здоровые супруги, оставшись вдвоём?
— Всё было не так!!!
Лицо снова залилось краской, и я пронзительно закричала.
Не так.
Всё совсем не так.
Шварц нездоров…
У этого ублюдка даже не встаёт…
До слёз обидно.
Из-за его импотенции мы даже не можем этим заняться, а все думают, что уже занимались…
— О-хо-хо. Ладно, забудем. Может, зайдём и всё осмотрим? Заодно отдадим брюки господина герцога в химчистку.
— Хорошо. Давайте.
— …
Шварц с неловкой улыбкой последовал за нами.
Он уже успел переодеться в то, что нашлось под рукой, — джинсы.
— Ха-ха. Я уж подумал, что начался потоп.
— Замолчите…
— Странно. Кажется, раньше такого не было.
— Я сказала замолчать.
— Да…
Конечно, раньше такого не было.
Тогда вы меня насиловали, сукин сын.
Я так разозлилась, что пришлось изо всех сил сдерживаться, чтобы не треснуть Шварца по голове.
Но я и сама не знала, что могу настолько промокнуть…
Чтобы не испортить постель, придётся застелить её полотенцами?
Нет. Если подумать, сначала нужно разобраться с импотенцией.
Ещё ничего не случилось, а я уже размечталась.
— Здесь у нас косметика, там сумки. Но самое интересное начинается со второго этажа. Мы продумали маршрут покупателей таким образом…
Ирен водила нас по универмагу.
Она говорила с огромным воодушевлением, но при этом в каждой детали чувствовалась хватка опытного торговца.
Я ничего не понимала в универмагах, однако легко могла представить, как усердно Ирен училась и сколько всего знала.
Она выглядела настоящим деловым человеком. Очень впечатляюще.
А я всего лишь сижу дома и помыкаю мужем…
— Ну как?
— Потрясающе…
— Аха-ха! Что это ещё за ответ?
Теперь я ясно видела, что Ирен тоже постарела.
Ей скоро должно было исполниться пятьдесят.
Даже густая косметика не могла полностью скрыть следы времени.
И всё же сквозь все перемены я узнавала в ней прежнюю подругу, на которую всегда могла положиться. Она стояла передо мной и смотрела мне в глаза.
— Ты чего? Почему вдруг плачешь?
— Ничего… Угх.
Слёзы полились совершенно неожиданно.
Ничего особенного не произошло…
Просто я поняла, что отныне буду видеть подобное снова и снова, и уже не могла сдержаться.
Я останусь прежней, а все вокруг продолжат стареть.
Это оказалось намного мучительнее, чем я представляла.
— Что с нашей юной госпожой? Испугалась, потому что я одна превратилась в тётку?
— Ничего подобного…
— Ещё как подобного. Я скучала по тебе, Джулия. Всё это время безумно скучала. Узнав о тебе от Тии, я могла лишь молиться, чтобы в другом мире ты жила хорошо, и продолжать собственную жизнь… Не думала, что мы ещё когда-нибудь увидимся. Прости. Я одна успела состариться.
— У-у-у…
Стоило Ирен обнять меня, как слёзы хлынули ещё сильнее.
Она и сейчас была красива.
Без сомнения, красива.
Но молодость уже прошла.
Безвозвратно исчезла.
Я плакала из-за тоски по прежней Ирен?
Или из-за вины за то, что сама сохранила молодое лицо?
Не знаю.
Возможно, дело было и в том, и в другом.
— Верно. Джулия и раньше постоянно плакала.
— Когда это я плакала?!
— Думаешь, я не знала, как ты тайком ревела в туалете, на чердаке и во время уборки? За кого ты принимаешь старшую сестру?
— …
— Тебе пришлось тяжело, правда? Ты молодец. Хорошо держалась…
Странно.
Пусть внешне Ирен выглядела старше, по прожитому опыту я была намного старше неё.
И всё равно в её объятиях было так тепло, что хотелось положиться на неё.
Я прожила намного дольше Ирен.
Но для меня она по-прежнему оставалась старшей.
Наверное, сколько бы времени ни прошло, это не изменится.
— Хватит плакать. Выглядишь жалко. На нас все смотрят.
— Угх. Прости…
Я вытерла слёзы и улыбнулась.
Сейчас было не время рыдать.
Я ведь приехала посмотреть на универмаг Ирен.
Хотела поздравить её…
— Приветствую вас, Святая. Позвольте представиться. Я Кайл, старший сын дома Райнхардтов.
— Для меня честь познакомиться с вами. Я старшая дочь Кюри.
— З-здравствуйте… Я вторая дочь, Рика!
— Здравствуйте. Очень приятно. Но зачем вы ко мне подошли?
— ?..
— ?..
— ?!
В этот момент ко мне подошли трое молодых людей.
Мужчина представился с изящным поклоном. Прекрасная женщина присела в аккуратном реверансе, а миловидная девушка, ещё сохранявшая детские черты, застенчиво склонила голову.
Я ответила на приветствие, но не понимала, чего они хотели.
Как они вообще узнали в моём лице Святую?
Мы раньше встречались?
— Аха-ха! А-ха, аха-ха-ха!
— Что такое? Почему смеёшься?
— И правда не узнала… Хотя это естественно. Прошло двадцать лет, да и тогда вы виделись совсем недолго.
— М-м? Где мы встречались?
— Глупая. Это мои дети. Этих двоих ты видела на моей свадьбе. А младшая тогда ещё была у меня в животе.
— А… Так это были вы!
Я вспомнила.
Не из вежливости. Я действительно их вспомнила.
Пусть тогда мы виделись совсем недолго, в их лицах всё ещё можно было разглядеть смутные следы прежних черт.
— Так это вы, Кайл и Кюри! Рика… Тебя тогда ещё не видела, вот и не узнала. Прости.
— Н-ничего страшного…
— И вы двое простите меня, что не узнала сразу. Вы так повзрослели, что я даже не подумала о тех шумных детях.
— Ха-ха-ха. Всё в порядке.
Я их совершенно не узнала.
Приняла за представительных молодых дворян.
Рика всё ещё казалась очень застенчивой, но всё же…
Подумать только, это были дети Ирен.
Она определённо добилась невероятного успеха в их воспитании.
— Вы уже поздоровались, так что можете идти.
— Да, матушка. Тогда я возвращаюсь в Демонический мир.
— Ты прибыл сюда из самого Демонического мира?!
— Да. Госпожа Тия связалась со мной, и я немедленно отправился в путь. Она просила сохранить всё в тайне от Святой.
— Тише! Тихо! Зачем ты ей всё рассказываешь?!
Тия бросилась к нему, пытаясь зажать рот, но было уже поздно.
Понятно.
Значит, этот сюрприз устроила Тия.
Поэтому, пока я спала, она тайком привезла меня в универмаг Ирен…
Правда, мне стало немного неловко из-за того, что одному человеку ради этого пришлось добираться из такой дали.
Но дети Ирен вели себя так, словно это было пустяком. Они легко попрощались со мной и разошлись по своим делам.
— Выросли достойными дворянами. Подумать только, у трактирной девки — и такие порядочные дети…
— Эй, мерзавка! Прошу тебя, закрой рот!!!
— Ай! Прости, прости!
— Фух… Но ты права. Мне остаётся лишь благодарить детей. Все трое выросли достойными людьми, несмотря на такую мать… И мужу я очень благодарна. Во время свадьбы я думала, что со мной будут обращаться как с наложницей, но он заботился обо мне не хуже, чем о первой жене. И к моим детям относился хорошо…
Только что Ирен притворно сердилась, но теперь на её лице появилась улыбка.
Казалось, в ней отразилось множество воспоминаний.
Пусть Ирен и занималась презираемой работой, сама она никогда не была низким человеком.
Ирен, которую я знала, была настоящей матерью, готовой ради детей на всё…
И теперь она стояла рядом со мной.
Прошли долгие годы. Ирен прекрасно вырастила детей, а затем стала успешным торговцем.
— Ты тоже молодец. Я и сама кое-что знаю о радостях и горестях воспитания детей. Тебе пришлось тяжело, да?
— Эй. Не надо так. Я ведь тоже сейчас расплачусь…
Я взяла Ирен за руку, и она, до этого изображавшая спокойствие, начала шмыгать носом.
Мне тоже доводилось растить детей.
Правда, в прежней жизни я была отцом, а не матерью, поэтому не могла понимать её во всём…
Но любой родитель постоянно переживает за своего ребёнка.
Хорошо у него идут дела или плохо, мать и отец всегда живут в тревоге и беспокойстве.
Они ни на миг не перестают думать о детях и проводят так всю жизнь.
Таково одновременно проклятие и благословение, дарованное родителям.
— Когда оглядываешься назад, остаются одни сожаления, а в глаза бросается лишь то, чего ты для них не сделала… Но всё хорошо. Ты ведь старалась изо всех сил. Я это знаю.
— …
Ирен прильнула ко мне и всхлипнула.
Она плакала беззвучно.
Наверное, ей и правда пришлось многое пережить…
Я погладила Ирен по голове вместе с лисьими ушами, которые подрагивали и щекотали мою грудь.
— Женщины всегда начинают плакать без всякой причины?
— Просто помолчите.
— …
Шварц с непонимающим видом тихо задал вопрос, и я легонько его толкнула.
Вот ведь мужчины…
Совершенно бесчувственные.
— Уже выплакалась?
— Я вовсе не плакала.
— Конечно-конечно. Не нужно всё время изображать сильную. Во время климакса женщины обычно становятся плаксивее…
— У меня ещё не начался климакс, мерзавка!
— Аха-ха-ха! Прости!
— Фух… Ладно. Пойдём дальше.
— Куда теперь? Здесь осталось что-то ещё? Разве мы не всё посмотрели?
— Нужно навестить Сашу и хозяина.
— А…
Хозяин таверны и Саша.
Если подумать, я действительно очень давно их не видела.
Чем же они теперь занимались?
— Они сейчас вместе? Почему?
— Да. Они ездят с гастролями. Вчера прибыли в столицу, а сегодня выступают. Наверное, сейчас как раз репетируют.
В голове возникла целая россыпь вопросительных знаков.
Что это вообще значит?
