#Я невероятно рад снова вас видеть! Но сейчас, пожалуй, стоит догнать Тиамат!
— Конечно… Поговорите с ней вдвоём.
— Не забывай, что я наблюдаю за вами глазами дракона. Попробуешь сделать с Тией что-нибудь непристойное — немедленно прилечу и убью тебя.
— Кха-ха-ха! Как хочешь!
Николас рассмеялся в ответ на зловещее предупреждение Шварца и выбежал в коридор, по которому скрылась Тия.
На самом деле Шварц сейчас не мог пользоваться драконьей силой и просто блефовал, но Николас об этом не знал.
Он наверняка считал, что драконье зрение никуда не исчезло, и потому не заставит Тию плакать.
Нет.
Почему-то я была уверена, что Николас не обидит Тию, даже если узнает, что за ним никто не наблюдает.
Просто чувствовала это.
Он вызывал доверие…
— Похоже, Николас тебе понравился. Потому что вернулся императором?
— Вы же знаете, что мне всё равно на положение и происхождение. Просто… Мне понравился он сам. Чувствуется, что его чувства к Тии искренни. Да и Тия, похоже, не испытывает к нему неприязни. Но главное, Николас видит в ней не полудракона-получеловека, не дочь Святой и не дочь герцогского дома, а отдельного человека по имени Тия.
Николас всегда называл её полным именем — Тиамат.
Так было в прошлом, так осталось и сейчас.
Когда я выбирала это имя, то не знала, что в здешнем мире его считают дурным.
Так звали знаменитую Тиамат, наполовину человека, наполовину дракона, которая потеряла дорогого человека и совершила страшный грех против родителя.
Поэтому окружающие избегали называть Тию полным именем.
Я сама пользовалась уменьшительным именем лишь потому, что к нему привыкла, но у остальных наверняка имелись другие причины.
А Николаса совершенно не волновали ни история, ни предубеждения.
Имя Тиамат не напоминало ему о мрачной легенде.
Он видел в Тии только саму Тию, не обращая внимания ни на что другое.
И это казалось мне прекрасным.
Отбросить предрассудки и предвзятость.
Без малейшего труда сделать то, на что большинство людей не способно.
Наверное, именно поэтому Николас так мне понравился.
— Понимаю. Но я проникся к нему расположением по другой причине.
— По какой?
— Сила воли. Обычному человеку такая не под силу. Он начал с пустыми руками, одолел принцессу Анастасию и совершил невероятное — занял императорский престол.
Тия недавно рассказала, что Николас почти не имел союзников, а те немногие, кто был рядом, оказались шпионами. Несмотря на это, он собрал силы, способные на равных противостоять сторонникам принцессы, и с ними вступил в гражданскую войну.
Мне это показалось довольно впечатляющим.
Но Шварц, похоже, видел в его достижении нечто ещё более выдающееся.
— Я хорошо знаю Анастасию.
— Хм. Разумеется. Когда-то вы даже собирались пожениться.
— Зачем сейчас об этом вспоминать?.. Ты до сих пор ревнуешь?
— Нет. С чего бы мне ревновать? Та помолвка сорвалась, а сама женщина теперь окончательно пала.
— Однако взгляд у тебя довольно пугающий…
— Тогда вы изначально не собирались принимать предложение и согласились только из-за меня, верно? Никогда больше так не поступайте.
— Да…
Я наклонилась к уху Шварца и тихо прошептала.
Нетрудно догадаться, зачем он согласился на брак с Анастасией.
Хотел вызвать мою ревность.
Ревновала ли я тогда?
В то время я сама этого не понимала.
Мне казалось, что я просто раздражена, но теперь всё стало очевидно.
Я безумно ревновала.
Настолько, что хотела убить Анастасию.
— Даже если мы поссоримся, это должно остаться между нами. Если вы попытаетесь вызвать мою ревность и начнёте приставать к другой женщине, которая вам даже не нравится, нашим отношениям в тот же день придёт конец. Понятно?
— Д-да…
— Отныне, если нас что-то не устраивает или раздражает, сразу говорим об этом друг другу.
— Да…
Шварц дрожащим движением кивнул.
Готово.
Теперь эта дурная привычка должна исчезнуть.
Я с улыбкой немного отстранилась от его уха.
— Ладно. О чём мы говорили?
— О том, что я хорошо знаю Анастасию…
— Да-да. Продолжайте.
— Фух. Я хорошо её знаю, поэтому могу уверенно сказать, что она была крайне опасным противником. За десятки тысяч лет я не встречал человека хитрее и умнее.
Если даже Шварц так о ней отзывался, Анастасия действительно была страшной женщиной.
— Простой и прямолинейный Николас вряд ли смог одолеть её в политике. Полагаю, все пятнадцать лет он укреплял армию, а затем одерживал одну победу за другой и таким образом завершил гражданскую войну. Боевые действия наверняка начались в крайне невыгодных для него условиях, так что его талант полководца должен быть поразительным.
— Хм…
Выдающиеся способности, несгибаемая воля, смелость идти в первых рядах, несмотря на опасность погибнуть…
Похоже, именно эти качества Шварц ценил особенно высоко.
Всё-таки он мужчина, поэтому подобное впечатляло его сильнее.
— Значит, вы одобряете этот брак?
— Если Тия сама этого хочет.
— Я тоже. Думаю точно так же.
Наверное, все родители в этом похожи.
Если говорить начистоту, мне нравилось в Николасе далеко не всё.
Меня ужасно раздражали и его привычка, вцепившись во что-нибудь, нестись к цели напролом, и неизменно дерзкое поведение…
Но если человек в целом достоин доверия, всё остальное должна решать дочь.
Раз ей он нравится…
Нельзя до конца противиться браку, если у жениха нет какого-нибудь непростительного недостатка.
Наверное, мы оба ещё некоторое время будем для вида сопротивляться, а затем с неохотой дадим согласие.
— Тогда остаётся дождаться ответа Тии…
— Так и поступим.
Пиршественный зал опустел.
Мы наполнили бокалы лёгким вином и остались ждать возвращения Тии и Николаса, охваченные смешанными чувствами.
Тия выходит замуж.
Тия кого-то любит.
Всё произошло слишком внезапно и ошеломляюще.
Неужели моя любимая дочь уже достигла такого возраста?
Смогу ли я пожелать ей счастья и передать другому мужчине?
— Хаа-а…
Не знаю.
Но нужно хотя бы постараться.
Как ни крути, Тия взрослеет.
И я не могу это остановить.
***
— Так вот ты где.
— …
Лунный свет заливал террасу.
Николас обнаружил там Тию, которая вышла подышать свежим воздухом, и рассмеялся.
Он встал рядом и посмотрел на открывавшийся за окном пейзаж.
«Хм. Ничего не видно».
В такой темноте невозможно было хоть что-то разглядеть.
Тия обладала зрением дракона и, похоже, прекрасно видела ночной город сквозь тьму.
Николас немного ей позавидовал.
Ему хотелось узнать, как выглядит во мраке столица, которой предстояло находиться под его властью.
— Прости, Тиамат. Мы обсуждали всё, совершенно забыв о тебе.
— Я разозлилась не из-за этого… Просто мне стало неловко, и я сбежала, а потом придумала удобное оправдание.
— Вот как. Я уже испугался, что из-за меня в вашей семье произошёл разлад.
— Хе-хе. Наша семья не поссорится из-за такой мелочи. Мы пережили вещи и похуже.
— И то верно.
Николас забыл, что эта семья никогда не была обычной.
Она уже однажды разлетелась на куски, а затем снова собралась воедино, поэтому связь между её членами была крепче, чем у кого-либо.
Согласившись с этим, Николас посмотрел на лицо Тии.
Почувствовав его взгляд, она изо всех сил старалась не поворачиваться в его сторону.
Пат
Ладонь Николаса накрыла руку Тии, лежавшую на перилах террасы.
Тия вздрогнула, но не отстранилась.
— Тогда я признался тебе ещё ребёнком. Теперь это, наверное, лишь воспоминание, вызывающее улыбку. Поэтому можешь считать прежнее обещание недействительным.
— …
— И всё же я хочу сказать ещё раз. Тиамат, я тебя люблю. Сколько ни думаю, нет в мире женщины привлекательнее тебя. Возможно, после встречи с тобой мои требования к женщинам резко выросли.
— Хм…
Не выдержав этого честного и прямого признания, Тия рассмеялась.
Николас всегда был таким.
Он не умел ходить вокруг да около и говорил прямо.
Правда, в детстве Николас ещё не понимал собственных чувств и выражал симпатию, постоянно огрызаясь на Тию. Но стоило ему всё осознать, как признания стали предельно прямолинейными.
— А что чувствуешь ты, Тиамат?
— Не знаю. Как тебе кажется?
— Я вообще не способен разобраться в твоих чувствах! Ничего не понимаю. Такое ощущение, будто всё это время только я один говорил о своей любви.
— …
Губы Тии обиженно вытянулись.
Она ведь постоянно, пусть и не напрямую, показывала свои чувства.
Но этот нечуткий болван, похоже, вообще ничего не заметил.
— Я добрался сюда, чтобы доказать, чего стою. Ты сама необычайно сильна, поэтому я решил, что тоже обязан доказать своё могущество, чтобы соответствовать тебе. Я сражался, желая показать, что могу стать императором без чужой помощи, но в конце концов всё равно был вынужден принять твою поддержку.
Перед мысленным взором Николаса возникли воспоминания о гражданской войне.
На протяжении всей войны его армия демонстрировала невероятную мощь.
По численности, уровню офицеров и снаряжению она во всём уступала сторонникам принцессы, но Николас всё равно одерживал победу за победой.
Однако из-за малочисленности войска даже одно небольшое поражение могло нанести сторонникам императора смертельный удар, сколько бы раз они ни побеждали до этого.
— Я до сих пор помню тот день. Грохот молний, от которого, казалось, раскалывалось небо, и сейчас стоит у меня в ушах.
Однажды удача отвернулась от сторонников императора, и они оказались на грани поражения.
Ночью, когда враг уже собирался начать массированный штурм окружённого лагеря Николаса, с неба пролился дождь из молний.
Бесчисленные разряды ударили в землю.
Подняв голову, Николас увидел силуэт дракона, который проступал при каждой вспышке.
Это была Тия в облике Чёрного Дракона.
В тот день от её молний никто не погиб.
Но одного появления полудракона-получеловека, вставшего на защиту Николаса, хватило, чтобы вселить ужас в сторонников принцессы. Их армия сняла осаду и отступила.
После этого Тия больше ни разу не вмешивалась в гражданскую войну, но память о её появлении никуда не исчезла.
Сторонникам принцессы приходилось сражаться в постоянном страхе, что молнии вновь обрушатся с неба. Многие войска сдавались или переходили под начало Николаса.
Именно в тот момент ход войны окончательно изменился.
— Мне немного стыдно. Я обещал самостоятельно стать императором. Но в действительности занял трон благодаря твоей помощи. Возможно, без тебя мне никогда не стать целым.
— Николас.
— Мм.
— Как ты думаешь, почему я тебе помогла?
— Разве не потому, что сочла меня более достойным императорского престола?
— Пф-ф!
Тия снова не удержалась от смеха.
Подумать только, он говорил это совершенно серьёзно.
— Болван! Ты обещал признаться мне, когда станешь императором! Я помогла именно поэтому! Понятия не имею, достоин ты престола или нет! Я помогла, потому что я тебя люблю, тупица!
— …
Глаза Николаса широко раскрылись.
Он выглядел потрясённым.
Но лишь на мгновение.
Николас быстро овладел собой и довольно улыбнулся.
— Значит, наши чувства взаимны. Тогда…
— Нет, погоди.
Тия остановила Николаса, уже собиравшегося что-то достать из кармана.
Нетрудно было догадаться, что там находилось.
До неё дошли слухи, что недавно Николас пригласил во дворец мастера по изготовлению колец.
— Подожди ещё немного. Наша семья совсем недавно снова собралась вместе. Мне хочется немного попутешествовать с родителями, смеяться и проводить с ними время.
— Я понимаю. Сколько тебе потребуется?
— М-м… Двадцать лет?
— Кха! И это ты называешь «немного»?! Что же у драконов за чувство времени?
— Аха-ха-ха! Шучу, шучу! Даже я не считаю двадцать лет таким коротким сроком!
Тия громко рассмеялась.
Поняв, что это была шутка, Николас тоже улыбнулся ей.
Некоторое время они держались за руки и смеялись, а затем посмотрели друг на друга.
— Три года. Дай мне три года. Возможно, я вернусь раньше, но обещаю, что это не займёт больше трёх лет.
— Хорошо. Ради лучшей невесты в мире можно подождать три года. Хорошо проведи время с семьёй. Хотя мои слова звучат так, будто мы прощаемся навсегда… Не беспокойся, даже после свадьбы ты сможешь свободно видеться с родителями. Если пожелаешь, они могут поселиться во дворце.
— Аха-ха. Думаю, им обоим это не понравится. Но всё равно спасибо за заботу.
Три года.
От мысли, что нужно выдержать всего три года, Николаса охватило возбуждение.
Какое предложение ей сделать?
В его голове уже выстраивался подробный план грандиозного признания и свадьбы, которые предстояло подготовить за оставшееся время.
Но тогда Николас ещё не знал, что Тия, обещавшая вернуться через три года, появится всего через год и сама предложит пожениться…
