День родов наступил в мгновение ока.
И дело не в том, что время пролетело незаметно.
Слова о том, что живот увеличивался с каждым днём, тоже не были преувеличением.
…Время действительно шло невероятно быстро, а живот заметно раздувался буквально каждый день.
Я отчётливо ощущала, как моё состояние постоянно менялось.
После сна тело становилось тяжелее.
Позывы в туалет учащались, а аппетит усиливался.
Пусть я проходила через это во второй раз, происходящее всё равно немного пугало.
Если бы живот рос медленно, я бы восхищалась и радовалась тому, как развивается ребёнок…
Но мне приходилось постоянно думать, насколько большой я стану завтра и не начнутся ли роды внезапно уже этой ночью.
И всё же короткая беременность продолжительностью всего неделю имела свои преимущества.
Проводить в таком состоянии несколько месяцев…
Все матери мира и правда великие.
Эта мысль внезапно пришла мне в голову.
— Может, сделаем это?..
— Ч-что именно?
— Кажется, сейчас самый безопасный период. Когда живот вырастет ещё больше, роды уже будут близко и мы не сможем… Пока я беременна, сегодня последний шанс сделать это…
— Потерпи несколько дней, Джулия.
— …
Однажды я попыталась соблазнить Шварца и получила выговор.
До смерти обидно.
Я заговорила об этом не потому, что сама хотела. Просто Шварц выглядел измученным, и я решила предложить…
Честно.
Мне самой почти не хотелось.
— Уа-а… Уже завтра…
Наступил пятый день беременности.
Я чувствовала это.
Роды начнутся либо ночью, либо в течение завтрашнего дня.
Живот достиг предельного размера.
Иногда я чувствовала, как ребёнок изнутри постукивает по яйцу.
— Хочешь поскорее выбраться?
— …
Если я обращалась к нему, он снова стучал в ответ.
Может, наш второй ребёнок — гений.
Мне даже пришла такая мысль.
— Эй, малыш! Хватит мучить нашу маму! Выходи скорее! Будешь играть с Тией!
— Не кричи так громко. Ему может быть неприятно.
— Выходи и играй с Тией-я-я!..
— Хе-хе-хе.
Тия была совершенно счастлива.
Хотя за несколько дней роды приблизились почти вплотную, она без конца спрашивала, когда появится малыш, и носилась вокруг.
Если бы мне пришлось ходить беременной десять месяцев, Тия, наверное, умерла бы от нетерпения.
А Шварц…
— Ха-а, ха-а… Принёс. Ананас…
— Вау, спасибо!
— Я нарежу.
— А-ам… М-м. Слишком кислый. Остальное съешьте вы с Тией.
— Ура!
— …
Последние дни выдались для него тяжёлыми.
Я правда не пыталась намеренно его мучить.
Просто меня постоянно тянуло к странной еде.
Порой внезапно ужасно хотелось того, что обычно я не любила или бросала после первого кусочка.
Стоило лишь сказать об этом, и Шварц обязательно добывал желаемое, даже если приходилось лететь на противоположную сторону планеты.
Ему вовсе не нужно было так стараться…
Если бы ничего не принёс, я бы всего лишь дулась одну ночь.
Я была по-настоящему благодарна Шварцу.
К тому же каждую ночь он, кажется, совсем не спал и следил за мной.
Вдруг внезапно начнутся схватки.
Или я ударюсь животом об угол кровати…
Он всю ночь наблюдал, обнимал и согревал меня, но совершенно этого не показывал.
Думал, я ничего не замечу, если он промолчит.
Глупый.
— Шварц…
— Да.
— Кажется, завтра. Или этой ночью…
— Не волнуйся и спи. Я рядом. Буду крепко держать тебя за руку и ни за что не отпущу, чтобы тебе не было страшно.
— …
Наступила ночь.
Я легла на бок и протянула руку. Шварц осторожно взял её.
Его ладонь была большой и тёплой.
Последние тревоги словно испарились.
Я положила руку Шварца на свой огромный живот.
— Шварц. Помните, как рождалась Тия?..
— Да… Не самое приятное воспоминание, но я всё помню. Как бросил тебя и Тию и сбежал…
— Нет, я не об этом. Вы ведь тогда вернулись и сожгли деревню. Почему?
— Наверное… Я разозлился. Моему ребёнку угрожала опасность, и сработал инстинкт. Я не собирался брать на себя ответственность, но при этом моё желание считать всё своим не знало границ.
— Хм-м. Значит, хотя бы инстинкт защищать собственного ребёнка у вас имелся.
Раньше он казался совершенно непостижимым ублюдком.
Теперь стал хотя бы понятным ублюдком.
Но как ни вспоминай, в те времена Шварц был тварью хуже животного.
Любовь любовью, а его тогдашние мерзкие поступки — совсем другое дело.
— На этот раз вы не сбежите? Когда я проснусь, будете лежать рядом?
— Разумеется. Я никуда не уйду. Больше никогда не хочу тебя потерять.
— …
Рука Шварца гладила мою щёку и живот.
Осторожно и нежно, словно я была для него самым дорогим существом…
Это наш ребёнок.
Плод любви, появившийся после долгого пути и нашего долгожданного воссоединения.
Если Тия стала символом нашей первой встречи, то второй ребёнок — символ нашего воссоединения.
— Как его назовём? Ах, сначала нужно узнать, мальчик это или девочка.
— Второй ребёнок…
— А-а! Не говорите… Я хочу увидеть после рождения. Ведь так интересно гадать и ждать… Давайте выберем по одному имени для мальчика и девочки. Имя девочке придумаю я!
— Хорошо.
— Хм… Я немного подумала и хочу назвать девочку Амелией.
— Сокращённо Лия? Красивое имя.
Больше всего мне хотелось, чтобы второй ребёнок вырос порядочным.
Честным, добрым и трудолюбивым.
Это было моё единственное желание.
Нам не требовались ни деньги, ни земля, ни что-либо ещё. Поэтому главным и важнейшим желанием оставалось одно — чтобы дети выросли достойными людьми.
— Тогда мне предстоит выбрать имя мальчику. Как насчёт Тесея?
— Тесей… Красиво. Откуда это имя?
— Так звали мудрого героя из мифов.
— Надо же. В моём мире тоже существовал миф о герое по имени Тесей.
— Поразительное совпадение. В мифах нашего мира…
Так мы ещё долго разговаривали о мифологии.
Я рассказывала мифы и легенды своего мира, а Шварц — здешнего.
Разница заключалась лишь в том, что я знала передававшиеся из поколения в поколение истории, а Шварц лично пережил многие из них.
За долгой беседой я незаметно уснула.
Хотя совсем недавно я тревожилась из-за родов, сон оказался спокойным и глубоким.
***
— Тия! Принеси ведро воды! И чистые полотенца. Несколько… Нет, неси все!
— Д-да! Сейчас!
— Ух, у-у-у! А-а-а…
Посреди ночи подняли тревогу.
Джулия внезапно проснулась от сильной боли.
Это явно были схватки.
Никто не знал, прекратятся ли они через некоторое время или ребёнок рождается прямо сейчас, поэтому требовалось немедленно подготовиться к родам.
Шварц пришёл именно к такому выводу, разбудил Тию и всё приготовил.
Когда среди ночи в доме зажёгся свет, спавшие во дворе лисы растерянно столпились у окна и заглядывали внутрь.
— У-у-угх?! Хаа-а!..
— …
Шварц молча снял с Джулии одежду, и на его лице появилось странное выражение.
На нижнем белье остались неизвестные выделения.
Полной уверенности не было, но это указывало на приближение родов.
Шварцу хотелось улыбнуться, но он не мог.
Он радовался скорой встрече с ребёнком, однако вид измученной и стонущей любимой жены причинял боль.
Шварц подумал, что, если родится сын, когда-нибудь обязательно щёлкнет его по лбу за страдания матери.
— Так… Тия, поднеси лампу ближе.
— Угу!
И тогда появился самый очевидный признак.
Отошли воды.
Увидев, что постель промокла, Шварц сразу перенёс Джулию на соседнюю чистую кровать.
Теперь оставалось совсем недолго.
Ребёнок скоро появится.
— Джулия. Началось.
— Началось? Ух… Он уже выходит?
— Да. Потерпи ещё немного. Я рядом, поэтому успокойся…
— Ух-ху-ху. Зачем вы так меня пугаете? Будто происходит что-то страшное.
Джулия улыбнулась, словно ничего серьёзного не происходило.
Однако на её лице отчётливо читались усталость и боль.
Шварц невольно усмехнулся, тронутый милой бравадой жены.
— Ты справишься. У тебя широкий таз.
— Не шутите о сексе в такой момент… Здесь Тия, да и второй ребёнок всё слышит…
Джулия смущённо покраснела.
Зато напряжение заметно ослабло.
Вскоре началась новая схватка, и лицо Джулии снова исказилось.
Было тяжело, но она справится.
Рядом находился надёжный муж, а Тия, которая сильнее всех ждала малыша, готовилась принять ребёнка.
На этот раз Джулия была не одна.
Рядом любящая семья.
Столько людей будут рады малышу.
От этих мыслей боль словно стала слабее.
Возможно, Джулии лишь казалось, но это не имело значения.
— Видно! Яйцо выходит!..
— Постарайся ещё немного!
— У-у-у-у!!!
Джулия стиснула руку Шварца, напряглась из последних сил и сжала зубы.
Яйцо действительно было гладким и круглым, поэтому боли оказалось намного меньше, чем во время рождения Тии. Однако лёгкими роды от этого не становились.
Яйцо было слишком большим.
Когда самая широкая часть застряла, лица Шварца и Тии побелели от напряжения.
Что, если оно не выйдет?
Что, если разобьётся внутри?
Эти тревожные мысли мгновенно заполнили их головы и породили панику.
— У тебя всё получается! Ещё немного! Последний раз!
— Ух! Уф! У-у-у! Чёрт! Дышать тяжело! А-а!
Но Шварц уверял, что всё в порядке, успокаивал и подбадривал Джулию.
Прошло уже немало времени.
Силы Джулии быстро иссякали, она была полностью измождена.
Лицо покрывали пот и слёзы.
Но благодаря поддержке Шварца она собралась с силами в последний раз.
Казалось, сил уже не осталось, но она всё же нашла их в себе и снова напряглась.
И наконец…
— Вышло! Яйцо! В нём братик или сестрёнка Тии!..
— Смотри, Джулия. Здоровое… Здоровое… яйцо?.. Да, яйцо.
— Хаа. Хаа, хаа-а…
Роды завершились.
В руках Тии лежало большое гладкое белое яйцо.
Размером почти со страусиное.
Тия подняла яйцо к лампе, и внутри проступил силуэт маленького дракона.
Он зашевелился.
А затем внезапно начал буйно колотиться.
— А-а-а?! Что с ним?
Тия растерянно положила яйцо на полотенце.
Некоторое время оно подпрыгивало, а потом со слабым хрустом по скорлупе прошла трещина.
И в следующий миг…
Голова маленького чёрного дракона пробила скорлупу и показалась наружу.
Дракончик со скорлупкой на голове выглядел измученным. Он пошатывался, а потом широко открыл пасть и заплакал.
— Пи-и! Пи-и! Пи-и-и!
— Здоровый. Вон как громко кричит.
— Пищик! Давайте назовём малыша Пищиком!
— …
— …
Они проигнорировали предложение Тии.
Шварц поднял яйцо вместе с полотенцем и передал Джулии.
Она сняла скорлупку с головы беспрерывно пищавшего дракончика, осторожно погладила и прошептала.
— Мама здесь. Я рядом…
Удивительно, но плач сразу прекратился.
Словно узнав мать, дракончик выбрался из яйца, замахал крыльями и забрался Джулии на грудь.
Она обхватила малыша руками и прижала к себе. Тот сразу закрыл глаза и уснул.
Почти одновременно истощённая Джулия тоже провалилась в сон, словно потеряла сознание.
— Ты прекрасно справилась.
Шварц тихо прошептал и поцеловал любимую жену в щёку.
Спящая Джулия с младенцем на руках и счастливой улыбкой выглядела прекраснее, чем когда-либо.
