Контент удален!

Герой Леопард.

При появлении совершенно неожиданного человека мое тело застыло.

Этот ублюдок, нет, эта женщина, похоже, возвращалась с покупок. На ней была поношенная одежда, а в руках она несла корзину.

Тем временем ее лицо стало свирепым. Она впилась взглядом в маркиза и заскрежетала зубами.

— Леопард. Вот уж неожиданная встреча. Рад…

— Что Джулия сейчас здесь делает? Нет, что ты делаешь здесь вместе с ДЖулией?

— Разве не очевидно? Обучаю горничную, которую ты мне представила.

— …

Обучает?

Мой кулак мгновенно сжался.

Ещё недавно он говорил, что занят по расписанию.

Во мне вскипело желание убивать.

— Разве ты не поручил ее обучение дворецкому?

— Я предпочитаю обучать собственными руками. Я ответил на твой вопрос?

— …

Глаза Героя дрогнули.

Она явно не могла смириться с этим.

— Почему ты все еще тут?

— После долгого перерыва приехать на теплый юг оказалось слишком приятно. Есть какой-то закон, запрещающий маркизу задерживаться в своём доме? Я же не привел сюда свою личную армию.

— Я думала, тебя не интересует человеческий мир.

— Я же сказал, что приехал сюда в отпуск.

— Насколько я вижу, ты наслаждаешься прогулками с человеческой женщиной.

— Ты ошибаешься. Горничная лишь сопровождает меня. Я вышел один.

— …

Слова, которыми они обменивались, были колючими.

Хотя на лицах у обоих играли слабые улыбки, по выражению их лиц казалось, что они могут начать драку прямо здесь и сейчас.

Я слышала, что Драгония определенно спонсирует Героя.

Разве можно так грубо разговаривать со своим спонсором?

— Я не слышала, что ее будут использовать как личную горничную.

— А я не слышал, что мне нельзя ее так использовать.

— Пожалуйста, верни ее к обычным обязанностям горничной. Я искренне прошу.

— Слишком поздно. Недовольство горничных из-за того, что простолюдинку назначили личной горничной, уже достигло предела. Если я верну Джулию к обычным обязанностям, ее будут травить там, где я этого не увижу…

— Мне все равно, пожалуйста, верни ее.

— Это стоит спросить у самой Джулии.

Это были самые приятные слова из всего, что я услышала.

Эти двое людей говорили обо мне, полностью оставив меня в стороне.

Но в тот миг, когда я увидела скользкую улыбку маркиза, я поняла, что он вовсе не считается со мной.

Он спрашивал мое мнение только потому, что думал, что так его доводы станут сильнее.

Если бы он считал, что я могу возразить, то как-нибудь попытался бы заставить меня замолчать.

Маркиз был именно таким человеком. Нет, даже хуже.

— Спрашивать незачем. Это я нашла Джулию и я же ее представила.

— И это делает Джулию твоей собственностью?

— Если она не моя собственность, тогда чья?

— …

Я недоверчиво вздохнула из-за бесстыдного ответа Леопард.

Я старалась не вмешиваться в их спор.

Я находилась в положении личной горничной маркиза и собиралась молчать, как бы они ни ругались передо мной.

— Эй. Чем дольше я слушаю, тем сильнее хочется спросить: я что, похожа на пустое место? Или на твою рабыню? Кто кому принадлежит?!

— …

Когда я пришла в себя, я уже стояла между ними на цыпочках и кричала.

Даже пока я кричала, я чувствовала тревогу, будто делаю что-то неправильное, но ничего не могла с собой поделать.

Раз уж я вмешалась, то решила высказать все, что хотела.

— Нет, я просто имела в виду… Я не говорила о собственности буквально…

— Тогда что? Думаешь, раз знаешь мою слабость, то можешь вертеть мной как хочешь? Давай, если злишься, разоблачи меня. Мне уже все равно.

— Ч-что… Что...

Лицо Леопард покраснело, и она никак не могла продолжить.

Если станет известно, что я святая, проблемы возникнут не у меня.

Я просто выпью яд Тии и сбегу из этого мира до того, как люди церкви придут за мной.

Но сможет ли Герой Леопард, которая любила святую Ариэль, действительно передать меня церкви?

Если бы она собиралась так поступить, она бы уже давно это сделала.

Я убедилась, что моя слабость на самом деле никогда не сможет стать настоящей слабостью.

— Видишь? Джулия больше не нуждается в твоей помощи. Так что перестань мешать нашему свиданию… то есть нашему расписанию, и уходи, ладно?

— Джулия! Ты слышала? Маркиз только что сказал свидание!..

— Слышала. И что? Если у тебя больше нет дел, не могла бы ты съебаться?

— …

Я вовсе не хотела становиться на сторону маркиза.

Но то, как говорила эта так называемая героиня, было невероятно грубо.

В итоге, пытаясь поставить ее на место, я защитила маркиза.

Никогда бы не подумала, что однажды стану защищать мужчину, который изнасиловал меня.

— Понятно. Значит, вот как… Теперь, когда у тебя все хорошо, та, кто тебя представила, должна уйти…

— Ты прекрасно поняла. А теперь, пожалуйста, прова…

— Кстати, я еще не видела загородный дом. Если можно, я хотела бы заглянуть туда сейчас.

— Конечно. Мы уже закончили есть, так что вернемся в загородный дом.

— А? Что?

Я не смогла скрыть растерянность от их внезапной перемены в поведении.

Еще мгновение назад они рычали друг на друга, а теперь он вдруг предлагает показать ей загородный дом?

Если подумать, я совсем не задавалась вопросом об их отношениях.

Я просто считала их спонсором и той, кто получает поддержку.

Но странно, что получатель поддержки разговаривает со спонсором настолько резко.

И странно, что после такого спонсорство не прекращается.

Если на самом деле они старые друзья, то эта ситуация сразу становится понятной.

Старые друзья могут ссориться из-за мелочей, но такие ссоры не разрушают их отношения.

— Садись. Но в карете немного тесно.

— Ты говорил, что расширил изначально купленный загородный дом. Насколько он большой?

— Ты его никогда не видела?

— Нет. Мне было неинтересно.

— …

В карете действительно было тесно.

Не знаю, как именно так получилось, но в итоге я оказалась зажата между ними, сидящими бок о бок.

Леопард, похоже, чувствовала себя неловко и продолжала глубоко вдыхать, глядя на меня, отчего мне становилось крайне тревожно.

В конце концов я зажмурилась.

«О нет. Я выбрала не ту сторону.»

Я думала, что если останусь с маркизом, то смогу избавиться от этой безумной психопатки-лесбиянки.

Но эта сторона оказалась той стороной, а та сторона оказалась этой.

В итоге я стала глупой лисицей, которая попыталась вбить клин между старыми друзьями.

Я боялась мести Леопарда.

Станет ли маркиз тогда вообще защищать меня?

Может, он злится на меня за то, что я оскорбила его близкую подругу.

От напряжения сердце колотилось.

— …

— …

— …

В какой-то момент карета наполнилась тишиной.

Все трое избегали смотреть друг другу в глаза и просто пялились на стены, пока неловко тянулось время.

Когда карета наконец остановилась, мне показалось, что я снова могу дышать.

Леопард вышла первой, и я невольно протянула ей руку, но тут же убрала.

Леопард стояла ко мне спиной и полностью игнорировала меня.

Похоже, она была по-настоящему на меня обижена.

В итоге мне пришлось с трудом спускаться самой, одной рукой придерживая грудь и проверяя подножку внизу.

Теперь, когда мы прибыли в загородный дом, мне нужно было придумать оправдание вроде срочного поноса и ненадолго исчезнуть, чтобы перевести дух.

И как раз когда я об этом подумала…

— Мамочка!

— Дитя! Дитя! Перед маркизом нельзя!..

— Ах.

Тия громко плача бросилась ко мне.

Бледные горничные, бежавшие за ней следом, шли приятным дополнением.

Только я подумала, что наконец смогу дышать легче, как снова почувствовала удушье.

Я совсем забыла, что моя главная слабость находится в загородном доме…

— Мамочка! Эти тетеньки обижают Тию!

— Тия.

— Отругай их! Хорошо? Хорошо?

— Пожалуйста…

Я ясно велела ей сидеть в комнате, и что же она здесь делает?

У меня начала раскалываться голова.

***

— Вау! Эта комната просто огромная!

— Тия. Нельзя так носиться. Давай вернемся в нашу комнату.

— Но тот дяденька сказал, что я могу чувствовать себя здесь свободно.

— Ты будешь слушать маму или маркиза?

— Маркиз выглядит важнее, так что я буду слушать его.

— Вот же…

В гостиной загородного дома.

Маркиз Драгония смотрел на Тию, которая шумно носилась по комнате.

Похоже, Тия твердо решила осмотреть каждую картину на стенах, вплоть до самого дальнего края.

Маркизу приходилось быть осторожным, чтобы случайно не взглянуть на Джулию, которая следовала за Тией и пыталась вразумить её, так как это могло вызвать реакцию внизу.

— У тебя улыбка на лице.

— У меня? О. И правда.

— Я думала, тебя не интересуют люди.

— Я тоже так думал. Но, может, потому что в этой девочке наполовину течет драконья кровь, мне тепло, когда я на нее смотрю.

— Дитя дракона… Ты заметил.

— Разумеется. Я дракон. Как я мог этого не распознать?

Маркиз фыркнул и сделал глоток чая.

Похоже, он добавил слишком много сахара, потому что чай был ужасно сладким.

Видимо, у Джулии не было таланта заваривать вкусный чай.

— Значит, ты доверила Джулию Драгонии не ради нее самой, а ради ее дочери?

— …

Леопард сделала вид, что пьет чай, и на мгновение задумалась.

Судя по реакции маркиза, он, похоже, еще не понял, что Джулия была святой.

Леопард колебалась, стоит ли ему об этом говорить.

— Можно посмотреть и так.

— Ага. А я-то думал, ты влюбилась в Джулию.

— Не стану это отрицать.

— Кх! Кхак!

— Ты в порядке?

— Хм, все хорошо. Просто поперхнулся чаем…

Маркиз так удивился, что поперхнулся и долго кашлял.

Так она действительно была женщиной, которую желала Герой.

От мысли, что он набросился на такую женщину просто потому, что не смог сдержать похоть, его начала мучить вина.

Пока маркиз опускал голову, не в силах встретиться с Леопард взглядом, та, приняв решение, сделала жест рукой.

Над ними опустился барьер, достаточно большой, чтобы закрыть только их двоих.

Это был барьер, невидимый невооруженным глазом.

— Снизошло божественное откровение.

— Божественное откровение?

— Да. Откровение о том, что первый ребенок святой станет семенем бедствия.

— Почему ты вдруг заговорила о святой… О. Неужели.

Глаза маркиза расширились, и он мгновенно догадался обо всей истории.

Было очевидно, что дальше последует рассказ о том, что Джулия на самом деле и есть та самая святая.

Для маркиза личность Джулии оказалась куда более неожиданной, чем содержание откровения.

Он задумался, стоит ли расспрашивать глубже.

И как раз в тот момент, когда маркиз в нерешительности шевельнул губами…

— Что это за божественное откровение?

— Ох!

— Ах.

Плюх.

Почувствовав, как диван за их спинами просел, они обернулись и не смогли сдержать вздох.

Джулия, которая должна была быть рядом с Тией, опиралась рукой на диван и хмурилась.