Онлайн чтение книги Аннет Annette
1 - 122

— Герой, вернувшийся с победой из Менделя. Он сражался в рядах Северной армии вместе с моим погибшим сыном. Это рыцарь, которому Ваше Величество лично приказали вернуться, разве он вам не знаком?

Галант с улыбкой переключил внимание императорской четы. Анетт увидела, как взгляд узурпатора обратился к Райнгару.

Не смотри. На мгновение ею овладело чувство опасности, но на лице императора не отразилось ни малейшего интереса. Казалось, он даже не пытался вспомнить, знаком ли ему этот человек. Просто лениво посмотрел на него сверху вниз своими голубыми глазами и спросил:

— Сэр рыцарь. Из какой вы семьи?

— Он член моей семьи. Человек, которого я вырастил как собственного сына.

Вместо Райнгара ответил Галант, пусто рассмеявшись. Император окинул его взглядом и промолчал. Он даже не переспросил, что значит «вырастил как сына». Прерванный разговор снова возобновил Галант.

— Он преданный и превосходный рыцарь. Он хорошо охраняет мою жену, так что Ваши Величества могут не волноваться.

Анетт едва дышала, опустив глаза. Казалось, встреться она с кем-нибудь взглядом — и её истинные намерения будут раскрыты.

Было так непривычно видеть графа, изо всех сил пытающегося кому-то угодить, он казался совершенно другим человеком. До сих пор она видела его только властвующим хозяином в замке Рот, но как подданный Галант Рот оказался мужчиной, покорным до подобострастия.

Неужели на этом всё и закончится? Неужели они подумают, что ко мне приставили личного рыцаря и так сильно обо мне заботятся? Анетт задыхалась от сложных потоков энергии, заполнявших это величественное пространство. Она даже не могла разобрать, что именно сейчас чувствует. Злорадство и неловкость, возбуждение и напряжение, отчаяние и надежда — всё сплелось в один комок.

— Я хочу кое-что спросить у вас, сэр рыцарь.

Снова заговорила императрица. В зале приемов стояла пугающая тишина. Не спрашивай. Не втягивай этого человека. Анетт мысленно молилась, кусая губы. Ей казалось, что стук её колотящегося сердца слышен всем.

— Спрашивайте, Ваше Величество.

Голос Райнгара коснулся её ушей. Свободный всеобщий язык. Его тон был спокойным, но Анетт не могла дышать от тревоги.

— С каких пор вы стали рыцарем графини?

Вопрос императрицы был острым. Похоже, она подозревала, что рассказ о личном рыцаре — наспех состряпанная ложь. Анетт почувствовала, как стоящий рядом граф запаниковал.

Вот именно, зачем было так лгать. Как раз когда Анетт тоже охватила тревога...

— С прошлого лета.

Ответил Райнгар. Почти без колебаний.

— Я охранял графиню сразу после возвращения из Менделя.

Словно он только и ждал этого вопроса.

Его смелое и бесстыдное поведение лишило Анетт дара речи. В то же время она вспомнила тот день. Прошлое лето. День, когда она столкнулась с мужчиной, вернувшимся с поля боя. Тот момент, когда с неё слетел чепец, и она впервые увидела его.

Эти слова были правдой. Ведь с тех пор Райнгар действительно защищал Анетт. С прошлого лета.

— Значит, прошло уже немало времени. Похоже, графине комфортно в вашем обществе.

— Для меня большая честь, что вы так считаете.

— Хорошо заботьтесь о ней и во время пребывания во дворце. Чтобы вашей госпоже не пришлось испытывать никаких неудобств.

— Я запомню это.

Райнгар плел небылицы убедительным тоном. Анетт показалось это настолько абсурдным, что она немного расслабилась и смогла медленно поднять глаза на императрицу. Императрица, серьезно изучавшая Райнгара, перевела взгляд в её сторону. В этом взгляде Анетт смогла увидеть беспокойство о себе.

Значит, та сторона была искренна. Она хотела убедиться, что семья Рот не пренебрегает Анетт. Да какое ей до меня дело? Сама же отправила меня к Галанту Роту, а теперь придирается к какой-то служанке.

Анетт предпочла бы, чтобы беспокойство императрицы было лицемерием. Отвратительное лицемерие лучше, чем неуклюжая доброта.

— Добро пожаловать во дворец, графиня.

Императрица снова заговорила с ней, не отрывая взгляда. Глядя в эти светло-зеленые глаза, Анетт вспомнила о кинжале. Оружие, спрятанное на груди, впитало тепло её тела и больше не было холодным. Но оно снова сверкнет синевой. Как только представится возможность.

— Надеюсь, вам будет комфортно во время вашего пребывания здесь. Вскоре я устрою прием, и мы увидимся снова.

— ...Благодарю вас, Ваше Величество.

Анетт склонила голову вежливее, чем в первый раз, но так и не скрыв до конца своего холодного выражения.

После короткой проверки, устроенной императрицей, в зале приемов снова воцарилась тишина. Анетт молилась, чтобы двое на возвышении больше ни о чем не спрашивали. Ей хотелось поскорее покинуть это грандиозное, удушающее место.

— Охраннику графини Рот дозволяется носить оружие.

Именно тогда император внезапно заговорил. Анетт не поняла, что это значит, и подняла глаза. И только увидев, как лицо стоящего рядом Галанта расплылось в довольной улыбке, она осознала, что это что-то хорошее. Теперь, когда она подумала об этом, ни у Райнгара, ни у командира гвардии сегодня с собой не было оружия. Только у Дитриха был кинжал размером с предплечье.

— Я глубоко тронут вашей заботой о моей жене, Ваше Величество.

— Можете идти.

— Благодарю вас, Ваше Величество.

Глядя, как Галант с удовлетворением кланяется, Анетт тоже слегка склонилась. Она взяла его за предложенную руку, глубоко вздохнула и расправила плечи. Вслед за облегчением от того, что это неловкое событие подошло к концу, она с запозданием вспомнила о равнодушии императора.

Он ни с кем не заговорил, кроме Анетт. Казалось, сын и невестка его фаворита, а также его вассалы совершенно его не интересовали. Единственное, что его заботило, — это настроение императрицы. А внимание императрицы было приковано только к Анетт.

— Значит, прошло уже немало времени. Похоже, графине комфортно в вашем обществе.

Что она имела в виду? Неужели она подозревает нас?

— Для меня большая честь, что вы так считаете.

Ложь. Когда это мне было с ним комфортно?

— Я охранял графиню сразу после возвращения из Менделя.

Ложь.

Всю дорогу до выхода из зала приемов Анетт вспоминала голос Райнгара.

Она размышляла над тоном, уверенностью и бесстыдством этих нескольких коротких фраз. В толпе, следовавшей за ней, она искала звук его шагов.

Что теперь будет? Раз он назвался моим личным рыцарем, его приставят ко мне? Разве им не придется так поступить хотя бы ради того, чтобы отвести глаза императрице?

Анетт, шагая в ногу с графом, кусала губы. Все шло не по плану. То, что она готовила несколько недель, пошло прахом. Я только-только смирилась. Я была готова со всем покончить. Почему он появился именно сейчас и сбивает меня с толку?

Почему.

Она мысленно проклинала его снова и снова. Наверное, поэтому у неё тяжело было на сердце и подступал гнев. Как раз в этот момент огромные двери зала приемов открылись, и свет из коридора резко ударил в глаза. Блеск золота, мрамора и зеркал рассеивался во все стороны.

Наверное, именно поэтому Анетт было так горько. Из-за того, что дворец узурпатора был слишком прекрасен. Из-за того, что её это злило.

Просто потому, что это её злило.

***

Даже выйдя из зала приемов, Райнгар не поднимал глаз. Ему не хотелось видеть взгляды Волкера или Берты, не хотелось знать, о чем думают Дитрих и другие вассалы. Единственное, что его интересовало, — это взгляд и мысли Анетт, но эта женщина упорно отказывалась смотреть на него.

— С прошлого лета.

Вроде бы он неплохо выкрутился. И ведь это не было абсолютной ложью. Райнгар был доволен своей находчивостью и правдивостью. Конечно, больше всего он был благодарен императрице. Поистине, было бы недостаточно даже упасть к её ногам и поклониться.

Ведь благодаря ей он теперь мог приблизиться к Анетт.

— Молодец, Райн.

Услышав слова графа на триссенском, он поднял глаза. Это было всё, что Галант Рот сказал с улыбкой на лице. Он не стал искренне смеяться, благодаря его за то, что тот так удачно выкрутился, или говорить, что они едва не попали впросак. Он сохранил достоинство лорда, скупо похвалив вассала за то, что тот сделал то, что и должен был сделать.

— Похоже, ты пришелся по душе Его Величеству.

— Это всё благодаря вашему доверию ко мне, милорд.

Райнгар дал ответ, который должен был удовлетворить Галанта. То, что император разрешил ему носить оружие, вероятно, было сделано с намерением успокоить императрицу, но для Галанта этот результат был более чем удовлетворительным. Теперь, вслед за ним самим, и охранник его жены будет ходить с мечом, демонстрируя благосклонность императора.

— Это благодаря тому, что ты хорошо себя проявил. Всё даже к лучшему. Ведь теперь ты будешь находиться в главном дворце.

Это было правдой. Действительно к лучшему. Молча согласился про себя Райнгар.

— Вскоре во дворец прибудет виконт Эбен, и я вас познакомлю. Будет лучше, если вы узнаете друг друга заранее. Он тоже будет рад встретиться со своим будущим зятем.

— Да, милорд.

— Что ж, тогда мне пора идти. У меня назначена встреча с другими советниками.

Граф величественно произнес это, оглядываясь на сыновей и вассалов. Была ли у него действительно назначена встреча, или ему просто было неловко за то, что он показал себя подхалимом перед императором, — не имело значения.

— Позаботься о моей жене, Райн.

Важно было то, что Анетт осталась одна. И то, что теперь именно он будет сопровождать эту женщину.

— Не волнуйтесь. Я буду хорошо служить ей.

Райнгар ответил, как и подобает преданному и превосходному рыцарю. Он прямо в лицо обманывал лорда, которому поклялся в верности, и совершенно не испытывал при этом угрызений совести. Говорят, что рыцари, нарушившие клятву, подвергаются проклятию богов, но почему-то на его голову сыпались одни лишь благословения.