На слова Брукса слуга усердно закивал. С довольным лицом Брукс отпустил его загривок. Глядя, как тот, будто только этого и ждал, бросился наутёк, Брукс похихикал и двинулся к цели.
По пути к жилью служанок он почуял чьё-то присутствие и, затаив дыхание, прижался к стене. Между глиняных кирпичей рос мох, и от влажного прикосновения Брукс поморщился.
— Ну и древность, чтоб её.
Старый замок, казавшийся древнее того, что принадлежал его роду Перно, был во всём устроен по-старинному. Неподалёку раздались голоса, и он прислушался, сосредоточившись на разговоре.
— Госпожа её ищет, а куда она подевалась?
— И не говори. В комнате её нет — уж не сбежала ли, чтобы не работать?
— Да ну.
Обе женщины были в поношенном платье. У служанок, из которых одна несла корзину, другая кувшин, волосы были самые обыкновенные, каштановые, и Брукс с досадой причмокнул. «Да, на такую же удачу, как встреча с самим Росандером Уэйном, рассчитывать не стоит».
Когда голоса служанок отдалились, он внимательно оглядел коридор. «Супруга владетеля выделила той женщине довольно большую комнату, так ведь говорили». Вспоминая слова слуги, Брукс проходил мимо дверей, расставленных на одинаковом расстоянии.
«Как ни смотри, все одинаковые. Может, лучше открыть все подряд?» — раздумывал он, и тут его будто потянуло к одной из дверей. Дёрнув ручку так, будто хотел её оторвать, он вошёл в комнату и расшвырял ногами разбросанное барахло.
Ища хоть что-нибудь, что сошло бы за доказательство, Брукс брал в руки всё, что попадалось на глаза. Поношенная юбка, безрукавка, головной платок его не занимали. Он сорвал висевший на стене красный гобелен, тяжёлая ткань задела кувшин, и тот опрокинулся. Лоснящийся от масла кувшин выплеснул из себя всё, что оставалось внутри.
— Это ещё что.
Сапоги, промокшие из-за пролитого слугой ведра, теперь скользили по маслу. В нос ударил мягкий густой запах благовонного масла — такой бывает разве что от знатной дамы. Чтобы вытереть замасленные подошвы, Брукс подобрал платок, который недавно отшвырнул. Когда он снова взял в руки белёсую ткань, на ней блеснуло что-то, чего он раньше не замечал.
Он поднёс платок к самому носу, чтобы рассмотреть, и синеватый отблеск вспыхнул снова. Это были несколько синих волосков. Брукс подобрал их бережно, будто золотые нити. На лице расплылась торжествующая улыбка.
— Нашёл.
Он сразу понял, что это волосы той самой русалки, которую он ищет. Раз она точно жила в этой комнате, надо было спрятаться и дождаться её возвращения. Брукс огляделся в поисках укрытия.
В комнате, которую он сам же и разворотил, подходящего места, кроме как под кроватью, не нашлось.
— Вид, конечно, жалкий.
Тихо ворча, он приподнял покрывало и заглянул под кровать. Уже втискивая тело в тёмное пространство, он вздрогнул от короткого вскрика и обернулся.
— А-а-а!
— Проклятье.
В дверях стояла одна из тех каштановолосых служанок, которых он недавно видел. Он с трудом вывернул верхнюю часть тела, чтобы выбраться из-под кровати, но служанка оказалась проворнее. Она стояла прямо перед Бруксом, который так и не успел выползти. Заметив огромную тень, качнувшуюся над её подолом, Брукс испуганно поднял голову.
— П-п-погоди!
Прежде чем он успел толком заслониться, кувшин обрушился прямо перед глазами. Раздался звон, и в темя ударила сильнейшая боль. Тут же он потерял сознание.
Он открыл глаза от раскалывающей головной боли и понял, что заперт в подземной темнице. «Не знал, что в Млеме до сих пор есть подземелье. Надо было взять с собой хоть тех ненадёжных людей».
Красноватую тьму подогревал слабый свет факела, и пот тёк ручьём. А может, тёк не пот, а кровь из головы, разбитой кувшином. Влажный тяжёлый воздух отдавал затхлой плесенью. Вид у него был хуже некуда. Он попытался встать, но со связанными за спиной руками удержать равновесие и подняться было трудно.
Заметив прямо перед собой сапоги владетеля, который широким шагом приближался к нему, Брукс прекратил бессмысленное барахтанье.
— Разве я не сказал вам ясно: ждите?
От гневного голоса Брукс напрягся. Едва ли владетель осмелится тронуть его, сына рода Перно, — и всё же тревога, как сорная трава, упрямо лезла наружу.
— Мне крайне любопытно, зачем вы прокрались сюда, как крыса.
Брукс, глядя владетелю в глаза, ухмылялся. «Чем наглее я держусь, тем беспомощнее становится тот, кто передо мной». Если тот хоть раз его поранит, Млему не миновать войны с родом Перно.
— Терпения мне немного недостаёт. Вот и надо было раньше мне всё рассказать.
— Ну и наглец, где такого видано.
Владетель, опешив, невольно рассмеялся.
— Брукс Перно, привычка прятаться в жилье служанок и рыться в чужих вещах не слишком-то благовидна, а? То-то ваш отец обрадуется, когда услышит.
От этих слов Брукс скривил губы и захихикал. Если владетель думал, что такой пустяк потрясёт его отца, он ошибался.
«Я и любовницу отца затаскивал к себе в постель, и не такое ему подносил — с чего бы ему разочаровываться из-за такой мелочи».
— Так расскажите, отчего же. Что, мол, я упрятал вашего сына в темницу. Ну-ка, скажи.
На эти слова владетель нахмурился.
— Жаль вашего отца, что вырастил себе такого сына.
Должно быть, оттого что своих детей у него не было, владетель не знал, до чего бессмысленны бывают отношения отца и сына. Брукс с наглой ухмылкой с удовольствием принимал его укоры.
— Вы даже о моём отце беспокоитесь — я так признателен, что слёзы наворачиваются.
Лицо владетеля злобно перекосилось.
— Чутьё королевы, доверившей поручение такому проходимцу, вызывает у меня большие сомнения. Вот если бы вы ещё и назвались чужим именем, я с превеликой радостью забрал бы вашу жизнь.
Владетель поднял письмо с оттиснутой печатью и поцокал языком. Узнав в письме у него в руке то, что лежало у него за пазухой, Брукс вспылил:
— Ах ты крыса. Немедленно отдай!
— С какой стати?
Владетель усмехнулся, глядя на мужчину, который, не совладав с гневом, забился в путах.
— Мне ведь надо оставить это у себя, чтобы известить вашего отца, что вы доблестно погибли, исполняя повеление королевы.
* * *
Отправив в Млем двоих своих людей, Хейден двинулся в Субниль. В Млеме был Брукс, так что ехать туда ещё и самому нужды не было.
Когда он доложил королеве о времени, потраченном впустую, ответное письмо оказалось ледяным.
В нём говорилось, что, если он в скором времени не доставит русалку, за место командира лейб-гвардии ему не поручатся.
Было бы худо, если бы Брукс уже схватил Росандера Уэйна и русалку. Но тот не сумел взять Росандера и лишился левой кисти.
А раз Росандер Уэйн вернул себе ауру меча, не было никакой поруки, что русалка до сих пор остаётся на этой земле.
— Точно ли Росандер Уэйн сел в наёмную повозку до Субниля? — спросил Хейден у одного из своих людей, скакавшего слева.
— Слышал прямо от возницы, так что верно. Светлые волосы, зелёные глаза, и с ним точно была спутница. Прибыли они, должно быть, дня на три раньше нас.
Не то счастье в несчастье, но пришла весть, что человека, в котором признали Росандера Уэйна, видели уходящим из Млема вместе с синеволосой женщиной. А значит, отпускать русалку обратно в море Росандер Уэйн пока не собирался.
— И вы скачите быстрее. Медлить больше нельзя, — наказал Хейден тем, кто скакал позади.
Кони, рассекавшие ветер, поднимали густую пыль.
Прежде чем выступит Брукс, в Субниль должен прибыть он. «Эта русалка. Надо метить сперва в неё и тайком выкрасть её у Росандера Уэйна». Хейден крепче стиснул поводья.
