Росандер до конца распустил шнурок на спине. Корсет, обхватывавший тонкую талию, держался не на лямках, а на завязках, поэтому легко соскользнул из его рук. Когда холмики груди прижались к нему вплотную, сквозь сомкнутые объятия он остро ощутил, как бешено колотится сердце Ребис.
— А если кто-нибудь увидит?!
Похоже, она ещё не до конца понимала, что происходит. Росандер обвёл взглядом двор и впился губами в шею тревожно озирающейся женщины.
— Ы!
Ребис, сглатывая тихий стон, запустила пальцы в волосы Росандера. Тонкие, они беспомощно перебирали пряди, и это было до того мило, что Росандер оставил на её шее жадный поцелуй. Раз уж он намеренно отметил место, которое одеждой не прикрыть, то владетель Млема, если у него есть хоть капля гордости, к ней не притронется.
Губы, дразнившие шею, опустились ниже, и, когда он лизнул ключицу, Ребис мелко вздрогнула.
— Сначала давайте войдём…
Когда Росандер поверх мокрой юбки перехватил её бедро, Ребис едва сумела выдавить, пытаясь его остановить.
— А когда войдём?
На вопрос, словно выманивающий ответ, Ребис слегка нахмурилась, но Росандер не обратил на это внимания и прикусил, лизнул мочку её уха. Когда он влажно потревожил ушную раковину, Ребис, не выдержав, несколько раз ударила кулаком в грудь Росандера.
— Хва… хватит!..
Росандер накрыл её маленький кулачок ладонью и тихо рассмеялся. Крепко обняв скользкое от благовоний женское тело, он торопливо захлопнул дверь. Вместе со звуком закрывшейся двери Ребис оказалась брошена на кровать. Стоило ей попытаться подняться, как Росандер навалился сверху.
Какое-то время Росандер молча разглядывал не способную пошевелиться Ребис, затем медленно приподнял её подбородок и поцеловал. Язык, гладко проникавший в рот, щекотал нежную плоть. Когда Ребис опустила блуждавшую в воздухе руку ему на спину, Росандер вздрогнул.
В мутящемся сознании Ребис, ощутив его явный отклик, ощупала тело Росандера. Похоже, даже от этих неумелых прикосновений он возбудился: Росандер ещё крепче прильнул к ней и снова поцеловал. Под тяжело вздымающимся животом тихонько разгорался жар.
Когда Ребис приоткрыла губы, чтобы вдохнуть, Росандер поглотил её так, будто не желал упустить ни единого её вздоха. После долгого поцелуя меркнущее зрение вдруг перевернулось.
В тот же миг по позвоночнику пробежало острое ощущение, и Ребис покрылась мурашками. Это Росандер стянул вниз корсет и прикусил её грудь. Волосы встали дыбом, накатил страх.
Когда Ребис попыталась оттолкнуть Росандера, он попросту перехватил оба её запястья и пригвоздил их вверх. Отделённый лишь тонкой тканью, он жадно вкушал плоть Ребис.
— Ы-ы…
Когда Росандер раз за разом лизал и прикусывал грудь Ребис, словно пил сок, Ребис, остро ощущая это, испускала мучительные стоны. Крепко стиснутые запястья ныли, и Ребис извивалась.
Росандер упорно следовал за каждым её движением. Не спеша покусывавший плоть, он с восхищением разглядывал оставленный им самим красный след. Округло намокшая от слюны отметина откровенно высвечивала покрасневшую кожу.
Не в силах вырваться из жёсткой хватки, Ребис прерывисто дышала, а встретившись с будто бы расфокусированным взглядом Росандера, и вовсе потеряла дар речи.
Не вынеся его взгляда, Ребис опустила голову и взмолилась.
— Не… не смотрите так.
— Почему?
Голос, полный вожделения, влажно прошептал:
— Ты ведь просто красивая.
От его ответа в груди защекотало. Может, он так её раздразнил, что чувства обострились. Но, увидев своё отражение, целиком впечатанное в его зелёные глаза, Ребис ощутила, как ёкнуло сердце.
Росандер поигрывал уголком её губ. Рука, ощупывавшая распухшие губы, вторглась в рот. Росандер исследовал устройство слизистой так, будто намеревался узнать о ней всё.
В маленьком рту было всё, что положено. Только вот в человеческом облике клыки были заметно меньше. Палец, скользивший по зубам, коснулся её языка.
— Ы-ы…
Хоть ей и хотелось что-то сказать, из-за того, что он ощупывал и придавливал язык, изо рта вырывались лишь мучительные звуки. Росандер, словно возбуждённый этим зажатым голосом, снова поцеловал её.
— Росандер.
Ребис осторожно тронула пояс штанов Росандера. Удивление от жара, ощутимого с внутренней стороны его бедра, длилось лишь миг. Росандер на её зов встретился с ней взглядом, словно завороженный.
— Очень горячо… Можно, я помогу?
Ребис прекрасно понимала, что Росандер всё это время сдерживается. Пусть это и не сравнится с тем наслаждением, что он ей подарил, ей тоже хотелось доставить ему удовольствие. Росандер, не зная наверняка, верно ли он понял её слова, издал короткий смешок.
— Как?..
От лукавого вопроса прозрачные веки Ребис покраснели, и у него помутилось в голове. Хотелось просто покориться желанию и овладеть ею. Но в самый последний раз Росандер отдал ей власть над близостью. Ведь он не знал, как сильно может её сломать, если потеряет рассудок.
— Так же, как делали вы…
Когда Ребис, запинаясь, ответила, Росандер уставился на неё ошарашенно, словно его ударили, но тут же опомнился и усмехнулся. «Понимает ли она вообще, что говорит?»
То ли оттого, что он слишком долго терпел, скопившееся в паху саднящее ощущение чувствовалось почти как боль.
— Сможешь?
— Конечно.
Ребис изо всех сил старалась сохранять спокойствие, но, когда он расстегнул пряжку штанов, не смогла не вздрогнуть. Росандер, словно исподволь подстрекая Ребис, положил её руку на пышущий жаром ствол. Когда Ребис ощупала то, что не охватывалось одной ладонью, Росандер выругался.
— Чёрт.
Ребис, поражённая его реакцией, округлила глаза. Росандер вбирал Ребис взглядом так, будто не желал упустить ни единого её движения.
— Вот так… надо?
Когда Ребис опустилась к его низу и поднесла к губам то, что держала обеими руками, Росандера захлестнуло странное чувство. Он зарылся пальцами в волосы Ребис и перехватил её голову. Стоит притянуть её к себе — и её тепло целиком коснётся его. Голову заполнило страстное желание прямо вот так истерзать и сломать её рот.
— Ык!
Каждый раз, когда она лизала языком и поджимала губами кончик, головка наливалась ещё сильнее. «Вот, оказывается, может стать ещё больше». Когда лицо, остававшееся совершенно невозмутимым, пока он мучил её, побагровело и задёргалось, Ребис почувствовала, как внутри что-то всколыхнулось.
Ребис удовлетворённо улыбнулась его стону, похожему на попытку перетерпеть боль. Когда уголки её глаз мягко изогнулись, Росандер, не зная, как быть, крепко стиснул зубы. От чрезмерного жара у него даже закружилась голова.
Накатывающее наслаждение было настолько сильным, что в его реальность с трудом верилось. Сомневаясь, не сон ли это, и тут же — слишком уж живые для сна ощущения, Росандер свёл брови.
Он долго не мог оторвать взгляда от красного языка, ласкавшего его внизу.
— Всё, предел…
Ребис, сосредоточенная на его плоти, подняла голову и взглянула на Росандера снизу вверх. Пропитанные исступлением глаза заволокло мутным светом — будто всем существом он желал её. Росандер, не в силах ни притянуть её ближе, ни оттолкнуть, какое-то время прерывисто дышал.
Ребис, глядя, как его бёдра до предела напрягаются, шевельнула губами.
В тот самый миг, увлечённая жёсткой рукой Росандера, Ребис заглотила головку до самого горла. Странное ощущение, будто её пронзили копьём, с силой надавило на нежную плоть.
Когда Росандер, раз за разом подбрасывая бёдра вверх, ворошил её рот, рассудок Ребис помутился. Ей казалось, что и сама она тонет в жаре, в который он был заключён.
Чем быстрее он двигался, тем безудержнее качалась и Ребис. Когда крепкая грудь и стройная талия, торопливо вздымавшиеся и опадавшие от возбуждения, на миг мелко задрожали, всё кончилось.
Когда густая горячая жидкость наполнила рот, Ребис изумлённо взглянула на него. Зрачки, в которых ещё держались остатки возбуждения, мутно улыбались.
Ребис, давясь, проглотила вышедшую из его тела жидкость. Горький, рыбный привкус всколыхнул нутро. Когда она перевела дыхание, затуманенное, словно подёрнутое мглой, зрение прояснилось. Горячий воздух, в котором сплелись звуки тяжёлого дыхания, постепенно остывал.
Когда Росандер рукой, только что мягко перебиравшей её волосы, погладил её щёку, Ребис медленно подняла голову и посмотрела на него. Глядеть на него снизу вверх было странным ощущением.
Когда она смотрела на него над поверхностью воды, под таким углом ей удавалось встретиться с ним взглядом.
— Росандер.
— Что?
От сладко звучащего голоса захотелось набраться несуществующей смелости. Ей хотелось узнать, что у него на сердце. Когда она рушилась под ним, ей нравилось горячее тепло его тела, обнимавшего её так, словно она вот-вот рассыплется.
