— Вы ведь немного жалели меня, вот и я жалела вас.
«Я её жалел?»
Росандер никак не мог уследить за ходом мыслей Ребис. Из жалости целуются, из жалости делают такое? Она — может быть, но он — нет. Нелепый вывод, к которому она пришла, всколыхнул в нём гнев, но стоило взглянуть в её глаза, словно полные боли, как у него перехватило дыхание.
Это ведь она сказала, что хочет прекратить такие отношения. И всё же Росандер не мог понять, почему она так себя ведёт.
Смотреть, как она плачет на постели, твердя, что больше не может, было занятно. Напротив, ему доставляло удовольствие дразнить её наперекор её воле. Но когда Ребис без всякого выражения говорила, что хочет это прекратить, отказать ей он попросту не мог.
Росандер молча наблюдал, как Ребис собирается, чтобы сопровождать Серену на прогулке. С её белого тела мало-помалу сходили оставленные им отметины.
С тех пор Ребис ни разу не попросила поцелуя. Какое-то время в этом не было нужды, а просить ненужного она не станет.
— Уходишь?
Вместо ответа она кивнула. Ребис держалась так, будто не собиралась давать ему услышать свой голос. Росандер задумался: не нарочно ли она ни словом не заговаривает с ним всё время, пока они в одной комнате.
Серене нужна была только Ребис, а его, своего номинального мужа, она оставляла в полной свободе, так что времени у Росандера было предостаточно. Когда Ребис исчезала прислуживать Серене, он выходил наружу, чтобы развеять тяжёлые мысли.
Какое-то время он бродил за стенами замка Млем, но никаких следов Брукса или Хейдена не находил. Сегодня, желая осмотреть замок изнутри, Росандер выслеживал приближённых владетеля.
— Куда подевалась та служанка с небесно-голубыми волосами?
Высматривая, что да как, он сумел подслушать разговор владетеля и его супруги в саду посреди замка. Росандер сразу понял, что владетель ищет Ребис, и усмехнулся. Похоже, неприятности находили Ребис одна за другой.
— А, я отправила её ненадолго в свою комнату, есть поручение.
Серена недовольным голосом удовлетворила любопытство своего мужа. За колонной, что подпирала длинную галерею, Росандер стиснул зубы.
— Зачем так прятать, показала бы хоть разок.
Владетель оказался довольно настойчивым. Одержимый голос этого мужчины вызвал у Росандера отвращение.
— Уж очень она дичится чужих. Не стоит ею интересоваться.
— Тебе ведь известно, что все твои служанки, пока живут в моём замке, тоже моя собственность?
— Да, разумеется.
Росандер обнаружил, что их разговор всё сильнее его злит. Но Ребис ему не принадлежала.
— В скором времени покажу её вам.
Росандер усмехнулся через силу, поймав себя на нелепом чувстве, будто владетель Млема хочет отнять у него его собственность. Что это? Он никак не мог понять, что творится в его сердце по отношению к ней.
При виде Ребис в нём вскипало грязное желание. Хотелось её сломать и снова прижать к себе. Смотреть в её полные ужаса глаза было сладко, а видеть, как эти глаза мутнеют от наслаждения и она задыхается, — ещё слаще.
Его одержимое желание было ненормальным. Росандер прекрасно это знал. Потому, когда она блаженно стонала под ним, чувство вины за собственную похоть отступало.
Когда Ребис изливала на него обиду и гневалась, он мог это вынести. Но её израненное лицо отчего-то перехватывало дыхание так, что он не мог этого вынести.
* * *
Близилось предрассветное время, перед самым восходом. Серена не слишком следила за тем, когда Ребис уходит из дома, поэтому та нередко выбиралась наружу ночью, когда цвет её волос не бросался в глаза.
Волосы, что мало-помалу светлели, выделяли её даже среди замковой прислуги. Оттого всё больше становилось тех, кто шептался, поглядывая на неё. Ребис в ответ туже стягивала ткань, которой покрывала голову. Женщина с небесно-голубыми волосами служит в замке Млем. Эта молва, передаваясь из уст в уста, могла дойти и до тех, кто её искал, — и тревога, рождавшаяся от этой мысли, была неотступна.
Ворота замка Млем легко отпирались одним лишь браслетом Серены. Шагая по тихой улице, Ребис ощутила за спиной, шагах в десяти, шаги тех, кто шёл за ней следом.
Под утро опасно — твердила Серена и, когда Ребис выходила наружу, приставляла к ней сзади нескольких человек. Была у этого и другая цель: следить, не забывает ли та своих обязанностей и исправно ли выполняет порученное.
Ребис направилась к постоялому двору, где остановился Теано. Поймав на себе взгляд хозяина двора, не жаловавшего поздних гостей, Ребис прошла по коридору к комнате Теано. Прошло уже несколько дней — наверное, и его гнев теперь немного утих? С робкой надеждой Ребис постучала в дверь.
— Скорее заходи.
Когда она постучала, изнутри донёсся голос, велевший войти. Теано никогда не спал крепко, поэтому от её прихода легко проснулся. Ребис поняла, что и сегодня он не сомкнул глаз за ночь. Тихий шёпот звучал так, словно он торопился, и Ребис обвела взглядом комнату, отыскивая его.
В углу комнаты она заметила Теано, сидевшего, прислонившись к стене. Когда их взгляды встретились, он закричал на Ребис.
— Зачем пришла, опять?!
Только что велел скорее заходить — и тут же бранит за то, что она снова явилась; Ребис растерялась, не зная, как ей быть. Но, глядя на его сморщенное лицо без единого проблеска радости, она поняла: впустил он её, видно, не от хорошей жизни, а потому, что иначе было нельзя.
Похоже, её приход был ему не слишком в радость. Стало немного обидно, но что поделаешь. Ребис растерянно смотрела на пыхтящего от злости Теано и вдруг заметила бинт, туго обмотавший его руку.
— Что случилось? Почему у вас ранена рука?
«Вот бы я могла помочь ему своей силой». Ребис вспомнила слова Аматии, которую когда-то считала духом колодца. Чем больше её волосы становились небесно-голубыми, тем сильнее ей нужно было беречь свою силу. И всё же стоять и просто смотреть на раненую руку Теано, хотя она могла помочь, было до невозможности тягостно.
— Объявился тот, кто тебя ищет.
— Ч-что…
Ребис, поражённая его словами, оглядела комнату. Внутри всё было цело, как и прежде. Беда была только с рукой Теано. Теано спрятал руку за спину. Он не хотел, чтобы Ребис понапрасну лезла ему помогать.
— Этот тип следит за мной. Может, ждёт, что ты придёшь меня навестить. Больше не приходи.
— Но ведь!..
— Лучше передай Серене, чтобы пришла сама.
Насколько же опасно положение, раз он так говорит, — Ребис поразилась тому, что Теано передумал. А может, его из-за неё чем-то запугали, и он больше не хотел иметь с этим ничего общего. С отягощённым этими мыслями сердцем Ребис снова отправилась к Серене.
Хотя было раннее утро, в комнате Серены горел свет. Когда Ребис постучала, Серена радостно отворила дверь, будто знала, что та придёт. Войдя в спальню Серены, Ребис хотела было сказать, что Теано ранил руку, но осеклась.
О тех, кто её преследует, лучше было не говорить. Покажешь Серене свою слабость — и нет никакой гарантии, что та ею не воспользуется.
— Ну что, сходила — и что он сказал?
— Просил, чтобы в следующий раз вы пришли сами…
— Что?
Передав Серене лишь последние слова Теано — что лучше прийти к нему лично, — Ребис увидела, как та широко раскрыла глаза.
— В чём же дело?
Бормоча себе под нос, Серена, выслушав Ребис, скорчила непонятную мину, словно не зная, верить или нет. Но вскоре она кивнула, будто на что-то решившись. На исполненном решимости лице было написано предвкушение.
— Надо выходить.
— Что?
— Ненадолго я стану тобой, а ты — мной. Прямо сейчас пойду к Теано.
«Сейчас?» Ещё была глубокая ночь. К тому же в спальню Серены по ночам порой наведывался владетель. Ребис пожалела, что сразу передала Серене слова Теано. Она и подумать не могла, что та окажется такой скорой на решения.
— Что? Это невозможно! Нас тут же раскроют.
— Я скажу, что захворала, а ты просто лежи себе, укрывшись с головой одеялом.
Серена не отступала от своего. Может, в прошлом это Теано велел ей больше не приходить? От одних только слов «приди сама» она ринулась вперёд очертя голову. «Неужели я сама, передав всё, обрубив начало и конец, подтолкнула Серену к этому безрассудству?» Глядя в полные надежды глаза Серены, Ребис плотно сжала губы.
Раз Серена решила пойти к Теано, удержать её было уже нельзя.
— Но всё же, может, не меня, а другую служанку…
Однако Ребис больше не хотела впутываться в её тайные дела.
От тревоги Ребис стиснула кулаки так, что ногти впились в ладони до отметин. Владетель Млема тут же поймёт, что лежащая под одеялом женщина — не его жена. И пусть он закроет глаза на тайную отлучку супруги — отпустит ли он Ребис невредимой?
— Хранить мою тайну под силу лишь тебе одной, Ребис.
◆ ◇ ◆ ◇ ◆
Спасибо, что дочитали!
Больше глав и продолжение — на сайте:
https://chaptify.ru/novel/1b9b0495-d68d-4dc2-a717-4d5d6bf8e46c
Поддержать перевод и читать раньше — на Бусти:
https://boosty.to/novelslab
