— Ничего не случится.
Серена ещё раз с нажимом повторила это и легонько похлопала Ребис по плечу.
— Одолжишь мне свою одежду?
Ребис не оставалось ничего другого, как протянуть ей свой плащ. Но Серена покачала головой, словно этого было мало.
— Вам… нужна вся моя одежда?
В ответ на её слова Серена лучезарно улыбнулась. Под взглядом Серены Ребис медленно сняла с себя одежду. Серена надела снятые вещи прямо поверх своей ночной сорочки.
Молча наблюдавшая за этим Ребис поёжилась — холод пробрал её обнажённое тело. Неужели та собирается так и оставить её здесь?
Когда Ребис обхватила себя обеими руками, Серена, будто что-то сообразив, достала из сундука с одеждой платье.
— Верно, тебе ведь тоже нужно во что-то одеться. Примеришь?
Лёгкое струящееся белое платье было густо расшито по рукавам и подолу золотыми узорами. С помощью Серены Ребис надела его. Шнуровка туго стянула талию, и от этой тесноты Ребис судорожно задышала, но Серена не обратила на это внимания.
— Красиво.
Серена подтащила Ребис к зеркалу, повертела так и эдак, удовлетворённо улыбнулась, а потом, словно обращаясь с дорогой куклой, даже уложила Ребис на свою кровать.
— Потерпи немного. Платье можешь оставить себе.
Услышав, как Серена закрывает за собой дверь и уходит, Ребис крепко зажмурилась. Странно было лежать на чужой кровати, надев вместо своей одежду Серены. Одеяло и простыни из гладкой ткани казались такими уютными, что в них могла бы раствориться вся усталость, но сердце колотилось как безумное.
Все свечи были потушены, а Серена отдала прочим служанкам приказ не тревожить её сон, так что ничего не случится. К тому же Серена обещала вернуться до восхода солнца, а значит, нужно продержаться всего несколько часов.
Но сколько Ребис себя ни уговаривала, что всё хорошо, тревога никак не отступала. Накрывшее её ватное одеяло казалось тяжёлым. Поворочавшись с боку на бок, Ребис от духоты резко стянула одеяло, которым укрылась с головой.
— Ха-а…
Когда глаза привыкли к темноте, проступила аккуратно расставленная по местам мебель. В спальне не было никого, кроме неё, но Ребис тревожно оглядывалась по сторонам. Казалось, вот-вот кто-нибудь рывком распахнёт дверь и войдёт.
* * *
Серена набросила плащ Ребис, будто свой собственный. Уже давно ей не доводилось бродить под утро, когда почти все спят. Вспоминая о потайном ходе, которым она пользовалась когда-то давно, Серена медленно спускалась по лестнице.
Сообразив, что ей нужен кто-то, кто проводит её до жилища Теано, она остановилась на полушаге. Если идти лишь по тому, что объяснила Ребис, и ненароком сбиться с пути, выйдет беда. Серена развернулась и постучала в дверь комнаты Ребис. Муж Ребис наверняка тоже знает, где живёт Теано, — его-то она и собиралась попросить.
— Кто там?
Открывший дверь мужчина, увидев плащ, нахмурился. Он сразу понял, что стоящая перед ним женщина — не его жена. И ему явно не понравилось, что чужая отняла одежду его жены и нацепила на себя. Серена усмехнулась и чуть опустила накинутую на голову ткань, открыв лицо.
— Проводи меня к Теано.
— Где Ребис?
Мужчина бросил встречный вопрос, словно не желая помогать её замыслу тайком выбраться из замка. Неужели он ведёт себя так, даже зная, что перед ним хозяйка замка? Серена невесело усмехнулась.
— Где моя жена?
— А ты и впрямь печёшься о своей жене.
Когда он спросил снова, Серена с досадой пробормотала себе под нос. У её собственного мужа был такой нрав, что стоило ему завести новую служанку — и он непременно должен был ею завладеть. А ту жаркую, как знойный летний день, страсть, какая была в пору их молодожёнства, он ей больше не выказывал.
В отличие от него муж Ребис даже на первый взгляд, казалось, очень дорожит ею. Если бы она смогла выйти за Теано, может, и её любили бы так же? Теперь, когда с Теано всё крепко разладилось, такое было трудно даже вообразить.
— Ребис. Где она?
Утомлённая чередой вопросов, Серена нехотя ответила ему.
— Эта девочка сейчас в моей комнате. Когда я закончу свои дела, я отошлю её обратно.
Серена была готова в любой миг ухватиться за возможность вернуть себе расположение Теано. Подумать только — тот, кто велел больше никогда не приходить, передумал. Она собиралась наградить Ребис, принёсшую такую добрую весть. Стоило ей сказать, что вернёт жену только по завершении своих дел, как мужчина покорно последовал за ней.
— Сюда.
Серена повела его потайным ходом внутри замка. Чтобы выбраться наружу, не проходя через ворота, этот путь подходил лучше всего. Мужчине, похоже, был любопытен подземный потайной ход — пока они шли, он неторопливо разглядывал дорогу. Серена, искоса поглядывая на профиль мужчины, который был намного выше её, спросила:
— Как, говоришь, тебя зовут?
— …Уэйн.
— Если ты собираешься осесть в Млеме, место моей служанки для Ребис — неплохой выбор.
Он, похоже, уже слышал слухи о владетеле, и потому её предложение, судя по виду, пришлось ему не по душе.
— Вот как.
Нехотя ответив, мужчина снова плотно сжал губы. В тёмном проходе лица его было толком не разглядеть, но упрямый взгляд казался даже немного надменным. Грубым он не был, однако его манера, шедшая вразрез с её нравом, заставила Серену сдвинуть брови.
— Всяко лучше, чем скитаться наёмником.
Он, не ответив, кивнул.
— Ты…
В тот миг, как Серена снова открыла рот, раздался грохот чего-то обрушившегося. Мужчина одной рукой удержал балку, едва не рухнувшую ей на голову.
— Осторожнее.
Потайной ход внутри замка оказался куда более ветхим, чем ей помнилось. Серена, схватившись за испуганно колотящуюся грудь, посмотрела на мужчину. Его лицо по-прежнему оставалось бесстрастным. Под его взглядом, словно поторапливающим её скорее идти вперёд, Серена нехотя снова зашагала.
Пройдя ещё долгий путь, они упёрлись в тупик. С потолка в конце прохода струился тусклый свет. Потолок был не слишком высок, и дверь открывалась кверху, поэтому Росандер, налегая всем весом на руки, вытолкнул тяжёлую дверь наружу. Со скрипом дверь отворилась, и хлынул мягкий лунный свет.
— Прошу прощения.
Высота была такая, что в одиночку Серене было никак не вскарабкаться наверх, и Росандеру поневоле пришлось приподнять её. Когда крепкие руки подхватили её и тело взмыло вверх, Серена испуганно вскрикнула и упёрлась руками в край выхода. Глядя, как Серена, кряхтя, выбирается наружу, Росандер пренебрёг протянутой ею рукой и сам выбрался из лаза.
Ловко выпрыгнув над отверстием, мужчина закрыл дверь потайного хода. Дверь, по цвету схожая с кирпичами мостовой, на первый взгляд выглядела обычной дорогой.
— Тот… вообще-то мне всегда помогает один человек снаружи. На этот раз я собиралась впопыхах, потому и не взяла с собой никого.
Неловко убрав пустую руку, Серена заговорила с ним, словно оправдываясь. Но он по-прежнему не отвечал. Это походило на твёрдое намерение пресечь любую ненужную беседу, и Серена была задета. Какой-то жалкий наёмник, а не знал, как склонить голову.
И всё же на такую грубость нельзя было, забыв о дворянской гордости, вспылить.
— Куда нам идти?
Серена спросила жеманно, будто напрочь забыв о его недавнем поведении.
— Сюда.
Росандер молча повёл её к постоялому двору, где остановился Теано. Но посреди улицы он, словно уловив что-то подозрительное, огляделся по сторонам и тихо шепнул Серене:
— Вы пустили по следу людей?
— Есть один, но сегодня это всего лишь человек, который следит за Теано.
Единственным человеком, которого она приставила к Теано, был тот, кто проверял, всё ли с ним благополучно. Но почему? От ответа Серены лицо Росандера исказилось. Серена ощутила исходящую от стоящего рядом мужчины небывалую жажду крови, какой никогда прежде в нём не чувствовала, и по коже у неё побежали мурашки.
— Когда моя жена ходила к Теано, за ней следили?
Серена покачала головой.
— Всего один-единственный раз. Сегодня никого не…
— Понизьте голос.
Когда мужчина перебил её, Серену охватил гнев. Мало того, что её не ставят ни во что, так теперь её ещё и за пустое место держат? Сама того не заметив, она повысила голос.
— Ты что, забыл, что я здесь хозяйка?
Если не считать того дня, когда Ребис ходила покупать благовонное масло, она ни разу за ней не следила. Тем более что, убедившись, как покорно Ребис исполняет её приказы, нужду в этом она и вовсе перестала видеть. Знал бы он, как трудно собрать людей, которых не заметит её муж.
Росандер зажал рот громко заговорившей Серене. Серена хотела было крикнуть, из какой же дрянной кожи сделана зажавшая ей рот перчатка, но слова застряли в горле. Даже она, нечуткая к обстановке, успела ощутить подозрительное шевеление, а мужчина к тому времени уже обнажил клинок.
В лунном свете блеснуло иссиня-стальное лезвие. Серена с тревогой оглядела всё вокруг. Где-то поблизости послышались неторопливые шаги и свист.
— Ого.
Из тёмного переулка медленно выходил Брукс. Появившись с шестью подручными за спиной, он расплылся в ухмылке.
— Так это ты, выходит, был спасителем того стихоплёта.
