"...!"

Долорес недоумевала.

"Никого?"

Всё верно: мешок был пуст. В нём не было ничего, абсолютно ничего. Это ещё больше смутило Данталиана.

[Не может быть! Я слышал, что люди — существа, живущие любовью! Не только люди, но и все животные испытывают такие эмоции, как любовь! Но ты...!]

Однако слова Данталиана не возымели действия. В грудь ему вонзили меч.

[Ах!?]

Данталиан отшатнулся назад, кашляя чёрной кровью.

36 лиц, исказились от невероятной ситуации.

Возможно ли, что магия не сработала? Возможно ли, что из мешка не появилось ни одного лица, потому что заклинание не сработало?

К сожалению, надежды Данталиана не оправдались. Магия сработала и она истощила ману, сопровождая мощным уроном по Данталиану.

Более того, Данталиан стал уязвим, когда произнес заклинание, что позволило Викиру непрерывно вонзать в него Вельзевула, каждый удар которого был потенциально смертельным.

Он пронзал плоть, крушил кости и разрывал внутренности. Он извергался, словно раскалённая лава, пожирая души на своём пути.

Даже несмотря на то, что это был верховный демон, усилия не прошли даром.

[Г-гх...!]

Данталиан в мгновение ока превратился в окровавленную кучу дубленой кожи. Плоть, кожа, органы и части тел обрушились на пол.

[Не может быть! Это невозможно! Нет такого человека, который бы не любил!]

"Значит ты ошибся"

Викир ответил кратко и сухо.

С детства воспитанный в подавлении всех эмоций, Викир вырос хладнокровной, непреклонной машиной для убийств. Бездушная гончая, он подчинялся приказам с непоколебимой преданностью.

Однако по какой-то причине, даже несмотря на то, что воспитание сделало его холодным и бесчувственным, он не прогнулся.

Тогда он этого не знал, его непреклонная натура могла быть формой отклонения.

В то время, когда всё обращалось в ничто, мог ли он позволить себе такую роскошь как любовь? Был ли кто-то, кто мог бы научить его любви?

"...?"

Наблюдая за Викиром, Долорес смутно понимала обстоятельства его положения.

Она могла чувствовать запах жизни и резонанс его души, когда он высвобождал свою ауру.

Священники молятся за других, исцеляют их и даруют благословения, устанавливая глубокую связь с их душами. Иногда это влияет на их эмоции и даже преображает их.

Долорес вспомнила фразу, которую однажды услышала от Гончей Ночи.

'"Богословие — это наука о понимании людей"'

Тогда она не до конца понимала истинный смысл этой фразы, но теперь ей казалось, что она его понимает.

В этот момент Долорес обнаружила, что она сопереживает эмоциям Гончей Ночи.

Какую жизнь он прожил? Насколько тяжкое бремя он нёс в одиночку? Как долго он пробыл в одиночестве?

Ещё совсем недавно она считала его преступником.

...но это было не так. Он был воином, сражавшимся с мировым злом яростнее всех.

Пророк, преследуемый миром, непонятый всеми и человек, который за всю свою жизнь так и не познал любви. Он не был преступником, он был провидцем.

Насколько далеко он продвинулся? Насколько далеко он заглядывал вперёд?

Насколько одиноким, трудным, болезненным и травмированным он был на протяжении своей жизни?

Внезапно в уголке её глаза появилась слеза.

Долорес хотела идти рядом с ним, а не просто следовать за ним. Она хотела поделиться с ним своей силой. Она хотела быть рядом с ним, прижимая его израненную душу к себе.

Она хотела обнять его израненные ноги после путешествия по тернистой тропе.

Она хотела держать его руку, раненную мечом.

Она хотела дать ему понять, что он не один, как бы далеко он ни зашел.

...однако Долорес также знала правду.

Гончая Ночи никогда ни на кого не полагался. Он не ожидал ничего и не зависел ни от кого.

Он будет стоять твёрдо, в одиночку, вечно продвигаясь вперёд.

Даже если это означало путешествие по опасному пути, полному терний, крови и плоти.

Хотя Долорес и поняла эту истину благодаря частичному сочувствию к его душе, это лишь ещё больше огорчало. Осознание того что человек, на которого ты так рассчитываешь, никогда не будет полагаться на тебя — болезненно.

...но, помимо Долорес, был еще тот, кто чувствовал то же самое.

[АААААААААААА!]

Данталиан. Он действительно испытывал боль и мучения.

Могучий демон, который высокомерно восседал и насмехался над людьми, теперь выл от боли.

А Викир, все еще держа Данталиана за волосы, продолжал беспорядочно кромсать его.

Гончая никогда не отпускает, укусив добычу. Так его учили.

Несмотря на то, что тело Викира разрывалось на части волнами ауры, испускаемыми Данталианом, он упрямо вцепился в него и терзал.

'[...ургх, какую жизнь вёл этот несчастный человек?]'

Данталиан, рука которого превратилась в лохмотья, потянулся к воспоминаниям Викира.

Воспоминания Викира были полны ледяных и острых как бритва фрагментов. Выбрать любой из них было рискованным занятием. Даже для такого демона, как Данталиан, прикосновение к ним было достаточно опасным.

Ощущение было такое, будто роешься в сумке, полной острых осколков стекла.

[Посмотри на это! Это лицо того, кто когда-то заботился о тебе! Ты всё ещё можешь так на меня нападать!?]

Данталиан перевоплотился в Сета.

Сет постоянно тренировался, что даже члены семьи забыли его лицо после многих лет уединённых тренировок. Поэтому, даже взглянув на него, Долорес не узнала кто это.

'Кто это?'

У Сета была бледная кожа, тёмные брови и красивое лицо, которое было странно холодным, но в то же время несколько тревожным из-за отсутствия здорового цвета лица.

'Это родственник Гончей Ночи?'

Но Долорес не успела внимательно рассмотреть лицо Сета и запечатлеть его в памяти.

"Благодарю. Ты пробудили во мне ярость"

Викир отреагировал гораздо быстрее.

Увидев лицо Сета, он разозлился еще больше.

Таким образом, то, что должно было быть одним ударом, превратилось в два.

Лицо Сета покрошилось от яростного шквала ударов.

В то же время тело Данталиана начало разрываться на все более мелкие кусочки.

[Аа...!]

Данталиан мог только кричать от боли и пытаться парировать удары своими острыми как бритва фиолетовыми языками.

Затем.

[...аааааа! Не издевайся надо мной!]

Одно из многочисленных лиц Данталиана изменилось.

Красивые светлые волосы. Светлая кожа. Слегка запавшие глаза, выглядевшие немного печальными.

На шее у неё висело золотое ожерелье с надписью "Нимфетка"

"...!"

Викир замер.

Данталиан не знал, что заставило Викира остановиться, но он решил, что это его шанс.

[Сдохни!]

Лица закричали в унисон, из них одновременно выкатились фиолетовые языки.

Но.

Атака Данталиана снова провалилась.

Долорес, увидевшая лицо Нимфетки, вмешалась, выпустив еще одну вспышку белого пламени.

"Ты ЧУДОВИЩЕ!"

Долорес опалила кончик языка Данталиана и тут же подбежала к Гончей Ночи.

В трудный момент она стала еще более уравновешенной и спокойной.

"...?"

Викир почесал голову, не понимая, почему Долорес вдруг стала такой смелой.

Затем Долорес оглянулась на Викира и сказала.

"Если будет трудно, можешь опереться на меня. Я с тобой"

"???"

"Я всегда буду на твоей стороне"

"????"

Викир был в замешательстве.

Белый свет, который только что испустила Долорес, мгновенно окутал Викира.

"...!"

"...!"

В этот момент, они почувствовали резонанс души.

Это то чувство, которое возникает, когда вы вместе идёте по одному пути к одной цели.

Свет, исходящий от Долорес, засиял десятикратно.

Усиление от пробуждённой Святой.

И тот, который оказал наибольшее влияние на душу Святой.

Единственное существо, которое заставило Святую пробудиться.

Человек, обладающий душой такой же величины.

Гончая Ночи.

Сознательно или подсознательно, ей нравилось чувство связи с ним на духовном уровне.

"...ааа?!"

Долорес почувствовала, как все силы покидают её.

Божественная сила проявилась со всей её мощью до такой степени, что она даже не могла стоять.

Огромный выброс силы мгновенно впитался в Викира.

Долорес, которая была одарённой от природы, обладала огромной божественной силой.

Теперь, когда он увеличился в десять раз, полученный эффект был не обычным.

В тот момент, когда бафф Долорес вошёл в его тело.

У Викира возникло такое ощущение, будто стена над его головой разрушилась.

Высокая, крепкая стена, которая так долго казалась непроницаемой, была разрушена и теперь он мог видеть то, что происходило за ней.

Вершина силы...

Царство Мастера Меча.