Извержение Новой Волны, спровоцированное Посейдоном, имело масштабные последствия.

Небольшой поступок, предпринятый Викиром, привёл к огромному эффекту бабочки, вызвавший масштабный потоп, прокатившийся по всему миру.

В течение следующих дней проливные дожди затопят все земли, за исключением нескольких высоких гор.

Лесные пожары, опустошавшие империю, чудовища, распространявшиеся во время хаоса и бесконечная засуха — всё это было смыто потопом.

Те, кто прибыл в Точку, нашли спасение. Мало того, что высокогорье не пострадало от наводнения, так еще и скалистый рельеф обеспечивал чрезвычайно эффективный отток воды. Крепость, и без того достаточно прочная, чтобы выдерживать штормы, имела единственную слабость — нехватку питьевой воды, которая была решена.

В обычных обстоятельствах это беспрецедентное сверхъестественное бедствие было бы зарегистрировано как великий потоп. Однако империя уже страдала от лесных пожаров, засух, эпидемий, полчищ чудовищ. Последовавший за этим великий потоп был воспринят как чудо. Одна катастрофа смыла другую.

*  *  * Над главой работал Tilex

По всей территории казарм крепости были вырыты глубокие дренажные канавы. Возле палаток были установлены большие бочки, чтобы беженцы могли свободно пить собранную дождевую воду. Они с удовольствием пили столько, сколько хотели, после нескольких дней без единой капли.

"В сложившейся ситуации, за пределами крепости у противника нет шансов на нападение. Сейчас самое время сосредоточиться на поддержании порядка внутри стен"

Заключил Орка.

Он направил персонал Новой Волны для обеспечения внутренней безопасности и реорганизации различных правил внутри крепости.

Тем временем маркиз Де Саде, почти не отдыхавший после окончания битвы, уже жаждал новых сражений.

"Хе-хе-хе — наконец-то, спустя 40 лет, я могу завершить революцию! Где тот принц? Император уже мёртв, так что мне придётся убить его сопляка!"

"Дедушка! Я тоже хочу с тобой, подожди пока я оправлюсь!"

Вмешалась Сади, не дав маркизу немедленно схватить лодку и отправиться в столицу.

Помимо этих моментов, после боя неуклонно продолжались усилия по реорганизации. Под руководством Осириса и Синдивенди все объединили усилия, чтобы укрепить и восстановить крепость. 

Люди готовились и настраивались на будущее, зная что потоп закончится. Была надежда — надежда на будущее, к которому можно стремиться. И лица всех сияли оптимизмом.

... и все же был один человек, который держал лицо кирпичом. Викир. Он стоял на вершине стены, лицом к проливному дождю.

За пределами крепости земля превратилась в море. Накатывали мощные волны, по которым разбивалась белая пена.

Викир сравнивал нынешнее положение с тем, каким оно было в прошлой жизни.

"..."

Изначально колесо судьбы должно было повернуться в ещё более суровом направлении. Мир превратился в ад из-за нашествия демонов. В разгар хаоса Сади атаковала Новую Волну со своей армией.

С помощью своей внучки маркизу Де Саде удалось бежать из Новой Волны.

Орка спровоцировал взрыв Посейдона, пытаясь помешать побегу Де Саде, что привело к великому потопу, смывшему огненный сезон.

Однако к тому времени в огне уже погибло бесчисленное множество людей, а неожиданное наводнение причинило огромный вред не только демонам, но и человечеству.

Но как обстоят дела сейчас?

Несмотря на задержку примерно в неделю, что привело к проблемам с питьевой водой, наводнение началось относительно вовремя. Буря Бедствий рассеялась, а Врата Разрушения остыли.

[Ах, какая безупречная победа! Согласен, человек?]

Декарабия хвастался, словно всю работу сделал он. Но Викир покачал головой.

"Мы ещё не победили. Мы одержали победу лишь в одном крупном сражении. Финальное противостояние ещё впереди"

[О, Первый Труп?]

"Да"

Викир кивнул, глядя на бескрайний, похожий на океан мир за пределами крепости.

Декарабия широко раскрыл глаз от изумления.

[А, теперь понимаю. Вот почему сразу после побега из Новой Волны ты занялся семьей Донкихот. Хотел заполучить их флот, который так же силён, как легендарная кавалерия]

"Именно. В таком мире тот, кто контролирует море, будет править как единоличный правитель"

Слова Викира на заставили Декарабию замолчать. После короткой паузы он снова заговорил, несколько осторожно.

[Кстати, говоря о правителях, человек, мне кое-что вспомнилось]

"Ммм?"

[Помнишь Флоросию?]

Декарабия продолжал говорить с оттенком беспокойства.

[Флоросия был известен как один из самых лживых и упорных демонов. Не верю что он так просто погиб. А что если он инсценировал свою смерть?]

Флоросия был настолько закоренелым обманщиком, что сама его смерть казалась сомнительной.

Однако...

"Нам больше не о чем беспокоиться"

[Что? Почему?]

"Жив он или мёртв, в конце концов, он не выживет"

Викир взглянул на бушующий шторм и волны, а также на далёкий, чёрный горный хребет и на его лице появилась легкая улыбка.

"Если хорошенько подумать, этот мир так же опасен, как ад"

*  *  * Над главой работал Tilex

Под непрекращающимся дождём, льющимся в джунглях, мужчина бежал сквозь густой лес, усеянный острыми как бритва листьями.

[Хех! Хах! Ухх!]

Томас Де Ревиадон, второй сын семьи Ревиадон.

Но аура, окружавшая его и его теперь острые, звериные клыки указывали на то, что он уже не человек.

Флоросия. Незадолго до смерти перенёс свою душу, вселившись в умирающее тело Томаса.

Для демонов человеческие носители были всего лишь сосудами, легко заменяемыми, поэтому это не было чем-то совершенно необычным. В свои последние мгновения, Флоросия захватил тело Томаса и бежал с поля боя, в конце концов добравшись до этого места.

'[Это тело разваливается на части... я долго не проживу... чёрт... насильно открыв Врат Разрушения я разорвал душу на куски... нужно как можно скорее добраться до столицы... Первый поможет...]'

Он считал что, убив Пигги, Первый Труп теперь у него в долгу. Таковы были его мысли.

В этот самый момент, по его спине пробежал зловещий холодок. Температура резко упала, как только он забежал в узкий скалистый перевал. Флоросия, сам того не подозревая, забрёл в Холодную Долину, место где даже в разгар лета земля была покрыта инеем. Местные хорошо это знали, но у демона таких знаний не было. Из-за дальнейшего снижения и без того низкой температуры тела, его движения стали вялыми.

Кровь полилась ещё обильнее из ран, украшавших его шею, живот и конечности.

[Ах!]

Второй Труп упал, прижимая раны как можно сильнее.

Вдруг сзади огромная тень проступала сквозь дождь и листья. Появился гигантский паук, который словно что-то ища, пробирался сквозь лес. Из деревьев один за другим появлялись гигантские пауки.

'[Они... они меня ищут?]'

Леопард инстинктивно понимал, что если его обнаружат пауки, умрёт — будет полностью и окончательно уничтожен.

В отчаянии он затаил дыхание и пополз. Словно насекомое, он подкрадывался, избегая пауков.

После того, что показалось вечностью, Флоросия сумел проскользнуть мимо пауков и добраться до берега реки. Река разлилась из-за непрекращающихся проливных дождей, несмотря на то, что находился на возвышенности.

Когда Флоросия нырнул в воду, чтобы переправиться, его нижнюю часть тела пронзила резкая, жгучая боль.

'[Ах!? Рыба!?]'

Рыбы с пилообразными зубами вцепились в его плоть, разрывая её на части. Рыбы-людоеды, обитавшие в реках Красно-Чёрных гор, учуяли его кровь. Их целые стаи были видны даже на поверхности воды.

'[...зараза!]'

Как раз тогда, когда Флоросия повернул обратно на берег, его взгляд заполнила тёмная масса. Гигантская пасть бросилась ему навстречу, стремясь сожрать его целиком. Это была огромная змея, обитавшая в водах этого региона. Змея бесшумно подкралась к нему сзади и в мгновение ока проглотила Флоросию.

[Ты мерзкое чудовище!]

Из последних сил демон разорвал брюхо змеи. К счастью, это была ещё молодая змея, но усилие, затраченное на разрыв прочной змеиной шкуры, истощило большую часть жизненной силы.

'[...надо восстановить силы. Если не сделаю, я умру здесь. Какой позор...]'

Флоросия изо всех сил старался не закрывать глаза, но они будто облитые свинцом опускались. В отчаянии он сорвал их с себя, оставив лишь открытые глазные яблоки.

В конце концов, он заметил глубокую нору, вырытую под корнями дерева. Казалось, это место где он мог бы укрыться от дождя и восстановиться.

Он, пошатываясь, направился к норе, но из-за усталости не заметил больших следов когтей, выцарапанных на стволе дерева неподалёку.

...последствия были быстрыми и жестокими.

Грррррр! Позади него раздался оглушительный рёв.

Флоросия даже не успел обернуться.

Слепая, старая самка быкомедведа с разрушительной силой взмахнула лапой. Она врезалась в череп Флоросии, полностью раздробив его.

[Ааааргх! Неттттт!]

Когда из истерзанного тела Флоросии хлынула ядовитая кровь, быкомедведица презрительно посмотрела на него сверху вниз. Она смыла окровавленную лапу об проливной дождь и спряталась в своей норе, словно говоря, что убивать его не стоило даже усилий.

Флоросия пополз, сантиметр за сантиметром.

[...!]

Его изуродованный рот больше не мог произносить слов. Что же он хотел сказать?

Сознание Флоросии было запутанным клубком страданий. Это был мучительный крик его истерзанного тела? Жгучая ненависть к тем, кто довёл его до этого жалкого состояния? Возможно, это была ярость от жестокой реальности или горькие мысли о мести, которые он снова и снова повторял во время своего мучительного побега. Или... это был страх? Страх забвения, первобытный ужас смерти, которого ему всегда удавалось избегать? Все эти мысли крутились в его полуразрушенном мозгу, который изо всех сил пытался оставаться в сознании.

И тут пришли они.

Вокруг него зароилось облако комаров, привлечённых запахом крови. Некоторые из них цеплялись за его тело, жадно высасывая кровь. Как ни странно, некоторые обгрызали его плоть, отрывая кусочки кожи. Другие же полностью игнорировали его плоть, вонзая свои иглы глубоко в его тело, целясь в кости.

Среди роя был один особенно странный комар. Он не пил и не кусал, он просто парил над остальными, его тусклые, затуманенные глаза излучали зловещую ауру. Несмотря на то, что он ничего не делал, он господствовал над остальными, источая внушающий ужас.

Флоросия, или то, что от него осталось, смотрел на этого комара налитыми кровью глазами. Его тело дрожало от ненависти и страха.

[...!]

Комар медленно опустился, мягко приземлившись на голову демона. Затем, с намеренным движением, он пронзил пустоту над его головой, словно нацелившись на что-то невидимое. К комару потянулась красная дымка. Насекомое высасывало душу.

Жители Красно-Чёрных гор больше всего боялись этих существ — комаров, питавшихся не плотью и кровью, а душой. И вот, один из них прилетел, чтобы забрать последние мгновения жизни верховного демона.

[...!]

Его последний вздох, его последние мысли были поглощены этим низменным, ничтожным существом. Жалкий конец.