Имя: Гарам Норд. Звание: младший лейтенант. Младший офицер подразделения подавления в Новой Волне.

Из-за своей робости он всегда горбился, всегда ходил с мрачным выражением лица, а под неопрятными, лохматыми волосами был заметный ожог, типичный 21-летний юноша.

Такую информацию Викир собрал о "новой личности" в течение последних двух лет.

Викиру не удалось сбежать. Если быть точным, он лишь притворился, что сбежал. В конце концов, внутри тюрьмы ещё оставалось важнейшее дело, с которыми нужно было разобраться.

Нужно активировать Посейдон. Как только он активирует его, можно будет и уходить.

'Даже если и не смогу выбраться, но активирую Посейдон, то можно будет считать что всё было не напрасно'

Остановив Бурю Бедствий, можно было спасти более половины человечества, а дальнейшие события лягут на плечи выжившего человечества. Викир хотел завершить работу идеально.

Раздался сигнал, возвещающий о начале работ, оторвав его от тягостных мыслей.

Половина четвёртого утра. Охранники просыпались на 30 минут раньше заключенных.

Викир вышел из своей скромной комнаты. Комната, в которой едва могли поместиться два человека, находилась прямо рядом с душевой. Викир открыл ржавый кран и умылся холодной водой. Даже после душа кожа оставалась липкой.

Посмотрев в зеркало, он увидел под влажными волосами следы ожогов.

Викир мог заживлять шрам с помощью силы василиска, а воссоздавать с помощью пламени полудемона. Даже мог голос искажать.

Декарабия на груди Викира снова ворчал.

[Человек. Тебе не больно? Почему ты такой упрямый!?]

"Посидел в Железной Деве, брошен на глубину 10 000 метров, прошёл через мост-лезвие, пиявок, серный душ, работа в котловане, одиночная ккамера... ожог ничто"

Так или иначе, итоги от "побега" оказались отличными. Гончая Ночи теперь был мёртв и присвоил новую личность.

Готовясь к перекличке, Викир огляделся.

На столе и на кровати лежали тетради, каждая не больше ладони. Это были дневники, которые Гарам старательно писал каждый день на протяжении своей жизни. В такой тесноте наличие сотен дневников, сваленных в кучу, занимало много свободного пространства.

Но Викир их не выбросил. Вместо этого он отнёсся к ним как к сокровищам, читая и запоминая каждое слово на влажных и грязных страницах. Полезно знать, как он жил.

Дневники Гарама повествовал о жизни и трудностях, с которыми ему и другим младшим охранникам приходилось жить вместе в тесной комнате.

Хотя он провёл за их чтением всю предыдущую ночь, осталось ещё много.

Викир решил извлечь только самую необходимую информацию, исключив лишнее.

Структура и система Новой Волны, информация о персонале, появляющихся в повседневной жизни Гарама и другие примечательные детали – всё это было там. Однако большая часть писанины состояла из обыденных и личных тем.

Викир считал личные записи Гарама излишними, но не смог удержаться от прочтения огромного их количества. Благодаря этому он приобрёл некоторое представление о Гараме.

'Повезло, что у него не было друзей'

Круг общения Гарама был весьма ограничен. Однако, это позволяло ему наблюдать за окружающими беспристрастно и объективно, и всё это полностью отражалось в его дневниках. Удивительно, но Новая Волна глазами заключённого и Новая Волна глазами охранника имели много общего.

Например, большинство записей в дневнике Гарама заканчивались фразой [Я хочу уйти], создавая ощущение чтения мемуаров заключенного.

'Если подумать, условия жизни у всех одинаковые, будь то охранник или заключенный'

Викир оглядел тесную комнату. Без окон она напоминала гроб. Кроме отсутствия наручников и решёток, места пребывания заключённых и охранников ничем почти не отличались.

Нет.

У охранников тоже были наручники и решетки.

"Перекличка! Всем на выход!"

Это был плотно набитый график и перекличка, контролировавший и манипулировавший охранниками, словно куклами.

Охранники, которые контролировали и управляли заключенными, также контролировались и манипулировались системой.

Викир начал закрывать дневник Гарама.

"Хм?"

Викир вдруг взглянул на следующую страницу дневника, которую читал. Там он увидел то, чего раньше не было.

Дальше речь шла о Кирко.

Текст был полон восхищения и местами были наброски её лица.

Рассказы о том, как она заняла первое место по итогам квартала, быстро подавила бунты заключенных, стала первой среди сверстников, получившей повышение и заняла первое место в соревнованиях по фехтованию.

...и в обычной последней записи дневника произошло небольшое изменение.

После фразы [Я хочу уйти] появилась новая фраза: [С ней].

[Я хочу показать ей внешний мир]

[Если бы я только мог показать ей голубое небо и бессолевые озера моей родины, животных, резвящихся на полях...]

В этот момент Викир закрыл дневник.

Внезапно ему на ум пришла фраза Саккута, которую он слышал давным-давно.

'"Лет двадцать назад, не так ли? Был инцидент. Из-за этого охранники в Новой Волне особенно чувствительны хе-хе-хе..."'

'"Гррррк — гррррк — гррр — слышал, у них даже родился продукт этого позорного инцидента"'

'"Ты, как лягушка, родившаяся и выросшая в колодце, никогда не видевшая внешнего мира! Как ты смеешь, чёртово насекомое? Ты совершенно бесполезна и сдохнешь в этой бездне!"'

В записях Гарама этот случай тоже упоминался. Кирко, ребёнок, родившаяся и выросшая в Новой Волне. Девочка, ничего не знавшая о поверхности.

"Хм. Безответная любовь? Восхищение? Не совсем понимаю эмоции этих детей"

Тихо пробормотал Викир себе под нос. Хотя он провёл немало времени в академии Колизео, понять подростков было всё ещё было непросто.

Однако одно было ясно. И Гараму и Кирко было чуть за двадцать. Если бы они были в академии Колизео, а не здесь, как бы всё сложилось?

Кирко была талантливой девушкой. Она могла бы стать старостой Холодного факультета или даже президентом студенческого совета. Викир видел в ней талант, потенциал и целеустремлённость, превосходящие таких героев, как Тюдор, Бьянка, Синклер и Долорес.

Но реальность жестока. Не всем дано жить так же.

Викир теперь закрыл дневник и отвернулся. Он вышел из тесной комнаты и закрыл дверь.

Вскоре показался узкий, затхлый коридор. Всюду разросся влажный мох, от которого исходил тошнотворный запах плесени, а влажный воздух прилипал к коже. В каплях, свисающих с потолка, густел табачный дым. Узкий холодильник в углу постоянно источал запах гнили.

Взглянув на слегка приоткрытую дверь соседней комнаты, Викир увидел своего товарища-охранника, лежащего на кровати и листающего старый порно журнал.

Наконец, пришло время переклички. Все младшие охранники стояли с угрюмыми лицами, выстроившись в две шеренги лицом друг к другу в коридоре.

В этот момент.

"...!"

Среди младших охранников с их унылыми взглядами Викир заметил человека с особенно сияющими глазами. Это была не кто иная как Кирко.

Кирко жила в комнате, примыкающей по диагонали к комнате Гарама.

'Всё время странно видеть её лично, ведь я только читал о ней'

Подумал Викир, наблюдая за Кирко.

...тук!

Кто-то с силой ударил Викира по затылку.

"...?" 

Викир в замешательстве повернул голову и увидел, как охранники сбоку хихикают.

"Эй, Глупый Гарам! Ты всё ещё пялишься на Кирко? Извращенец"

"Поправь одежду. Выпрями осанку. Хочешь показаться слабаком перед заключёнными?"

"А почему у тебя прошлогодняя бирка? Кто её оторвал?"

"Всё тот же Глупый Гарам. С самого утра"

Прозванный Глупым Гарамом, он всегда носил ярлык.

Викир, прочитав дневник Гарама, прекрасно знал об этом факте.

'Люди везде одинаковы'

Подумал он. Такое существовал в армии до регресса и даже в академии Колизео после. Люди всегда издевались над теми, кто слабее их и это было нормой.

Вот почему, даже когда коллеги притесняли Гарама, старшие и начальники закрывали на это глаза. Принесение Гарама в жертву было выгодной сделкой, если это способствовало укреплению единства среди других охранников.

Младшие охранники беззаботно поддразнивали Гарама, как и в любой другой день.

"Сегодня немного спокойнее из-за вчерашней сумасшедшей смены"

"Да, давайте поиздеваемся над Глупым Гарамом?"

"Эй, Глупый Гарам! Почему ты вчера не вышел на ночное дежурство? У тебя не было смены? Ты что, совсем опух?"

"Неявка на перекличку — это тоже нарушение военного устава, понимаешь? Если продолжишь в том же духе, можешь нарваться на Чёрного Языка, забыл?"

В этот момент один из нарушителей спокойствия, докучавших Викиру, встретился взглядом с Кирко. Видя смесь жалости и презрения в её глазах, нарушитель спокойствия ухмыльнулся и крикнул. 

"Эй! Кирко! Почему не спасаешь своего парня?"

В тот же миг все взгляды обратились к Кирко и Гараму.

Она нахмурилась.

"Тупые говнюки"

Кирко быстро отвернулась, оставив после себя лишь раздающийся эхом насмешку.

Снова прозвучал сигнал, уже не связанный с перекличкой и улыбки сошли с лиц веселящихся.

Вскоре с другого конца коридора вбежал охранник с криком. 

"Беспорядки! На 1 уровне беспорядки! Группа подавления!"