Священники Куовадис собрались вместе и молились всю ночь.
Эссенция божественной силы, способная очистить большую территорию одной каплей была собрана.
В качестве резерва были сделаны три капли этой чрезвычайно концентрированной святой воды.
Слёзы Святой.
Одной капли было достаточно, чтобы искоренить все недуги в трущобах.
Долорес прочитала молитву над тремя каплями святой воды.
"Смотрите, все вы. Вот женщина с единственным сыном. Знаете ли вы горе матери, которая видит, как висит её сын? Я, несчастная, которая должна была воскресить Сына Божьего, выла с той ночи до следующей и это так больно, что мое сердце не следует за мной. Этот день, о мой прекрасный сын, будет самым горьким днем..."
Эпос, написанный первой плачущей святой, сиял утешением всех святых жертв в этом мире.
Затем три капли святой воды начали излучать яркий свет.
Инквизитор Мозгус почтительно поклонился и поставил их на поднос.
Затем за ним последовали десятки священников, нёсших святую воду.
Его планировалось хранить в прочном подземном хранилище глубоко внутри резиденции семьи Куовадис в Святой Мекке.
Вскоре, в главном здании собралась толпа священников, чтобы посмотреть на процессию.
"..."
Долорес почувствовала неловкость и дискомфорт, витавшие в воздухе.
Священный город Куовадис недавно был охвачен гражданской войной и в одном месте собрались две ведущие фракции — Ветхий Завет и Новый Завет.
Красная Смерть была огромной проблемой.
На Долорес смотрел мужчина средних лет.
"Подойди ближе. Моя нимфетка, моя дочь" (прим. чего??? не ищите что это)
Долорес слегка заколебалась, услышав эти слова, затем почтительно опустила глаза.
"...да, отец"
С этими словами она медленно, мелкими шагами подошла к мужчине.
Долорес взглянула на него.
"Гумберт Рун Куовадис"
Человек, носящий титул кардинала, высшая должность Ветхого завета, положение настолько возвышенное, что выше него нет места, кроме Мамы.
Он протянул руку и легонько погладил Долорес по голове.
"На этот раз ты проявила большую самоотверженность"
"Вы мне льстите"
Долорес была очень осторожна со своим отцом.
Это было нетипичное поведение для дуэта отца и дочери, но это было обычным делом в больших семьях, поэтому никто не считал это странным.
Гумберт, с другой стороны, заметил сдержанное поведение Долорес и кивнул.
"Очень хорошо. Жду отчёта"
"Отчёт готов, могу ли я отдать его вам прямо сейчас?"
"Лучше произнести это вслух. Письмо — это туго"
Долорес кивнула в ответ на слова Гумберта.
"Мы используем первую партию Слёз Святой для очистки всех водных путей, которые проходят под землей в Святой Мекке"
"Источник чумы найден?"
"Да. Это был незарегистрированный колодец в трущобах"
Долорес была прирожденным исследователем.
Будучи студенткой первого курса, она была членом детективного клуба в академии.
Долорес сосредоточила свои исследования, в основном расспрашивала детей и смогла получить ряд свидетельств о появлении привидения у колодца.
Когда дети заявили, что привидение прокляло колодец, Долорес пошла разбираться.
Конечно же, колодец был заражен чумой и она нашла стеклянную банку.
Более того.
"И во время осмотра местности мы обнаружили подозрительный предмет"
На этом отчет закончился.
Под вопросительным взглядом Гумберта Долорес достала улику, завернутую в ткань.
В глазах Гумберта читалось удивление.
"Это...?"
Кинжал.
На нём была изображена змея и это несомненно был символом Ревиодон.
Рядом лежала пуговица.
Золотая пуговица с изображением косы и молота — знак Буржуа. (прим. такие явные улики да-да. Откуда Викир достал пуговицу?)
"Где ты это взяла?"
"Рядом с колодцем"
Затем взгляд кардинала Гумберта быстро заметался по сторонам.
В его сознании уже выстраивалась причинно-следственная цепочка.
"Ты говорила что чума была создана искусственно"
Чтобы создать чуму такого масштаба, потребовались бы не только глубокие познания в ядах, но и огромные средства на исследования.
Кардинал Гумберт сильно топнул ногой.
Белый мраморный пол треснул, а две каменные колонны рядом чуть не рухнули.
"Я объявляю крестовый поход! Как вы смеете, гадюки ничтожные смеете богохульствовать!"
"Даже Император склоняется перед волей Куовадис, так как же эти низменные создания, смеют бросать вызов!"
Действительно, между Семью Семьями империи существовала скрытая вражда.
"..."
Долорес молчала, разинув рот.
Затем Гумберт произнёс то, от чего Долорес опешила.
"Ты так же упоминала некого Гончую Ночи"
Сказал Гумберт.
"Он тоже подозрителен. Возьмите его и предайте инквизиции. Заставьте его выложить всё, что он знает"
Долорес запаниковала.
Её спокойное, хладнокровное поведение рухнуло в одно мгновение.
Она выглядела как любая другая шестнадцатилетняя девушка и начала настойчиво кричать.
"Он невиновен!"
"...?"
Долорес внезапно запротестовала и выражение лица Гумберта ожесточилось.
"Что?"
Гумберт с недоверием посмотрел на Долорес.
"Дочь, что ты говоришь...?"
Долорес всегда была послушной и никогда не протестовала.
Она была хорошей дочерью и никогда не шла против воли отца, за исключением её врагов из Нового завета.
А что сейчас?
"..."
Долорес встретилась взглядом с Гумбертом, ее кулаки были сжаты и тряслись.
Как будто она был полна решимости защитить Ночную гончую.
"Не может быть, что такой человек, был злым!"
Долорес выслушала свидетельства многих больных.
Человек, который не спал всю ночь и ухаживавший за больными, снова и снова повторял, что он сожалеет о том, что сделал.
Человек, использующий божественные силы и раздавший всё содержимое кошелька.
'Почему он извинялся перед больными?' (прим. Долорес ппц не может сложить 2+2)
'За то, что не смог вылечить их раньше?'
Она каждый раз жалела больных людей. Потом другие спрашивали её, почему.
Но даже так, Долорес было жаль. Ей всегда было жаль всех.
И Гончая Ночи это понимал.
Она вспомнила разговор, который состоялся у неё с Гончей Ночи не так давно.
'"Мне повезло родиться с божественными силами, но я слаба телом и верой. Такой сильный человек, как ты, должен был родиться с этими силами"'
Почему Бог избрал её Святой? Есть много других людей с более сильной верой, которые не обладают божественными силами. Почему он дал ей титул Святой?
Гончая Ночи ответил.
'"Сам факт того, что ты так расстроена и опечалена, должно быть и есть причина, по которой Бог избрал тебя. Это любовь Бога, о которой ты говоришь, сияет в самых мрачных, жестоких местах"'
Долорес не могла не вздохнуть.
Слова были утешительными, словно их произнес святой-ветеран, видевший все взлеты и падения.
Этот совет подействовал на неё, как стук в дверь из её будущего "я" в её настоящее "я".
Как мудрая старая Святая из классической эпохи или старшая сестра, которой можно подражать и следовать.
Наблюдая за Гончей Ночи, она чувствовала нечто подобное.
'"В будущем, смогу ли я сказать те же слова, что ты только что сказал?"'
'"Возможно, так и будет"'
Он ответил странно, дав Долорес слабый проблеск доверия.
Шестнадцатилетняя девушка была восхищена.
Именно поэтому она была так непреклонна в своих доводах о невиновности Гончей Ночи перед своим отцом.
Но.
"..."
Чем яростнее Долорес защищала, тем жестче становилось выражение лица Гумберта.
Затем Гумберт подал знак нескольким инквизиторам.
"Готовьтесь к срочному аресту. Мы встретимся и допросим его"
Мольбы Долорес не возымели действия.
Гумберт зашагал прочь, его поведение стало ещё более убийственным, чем прежде, и он направился в гостиную, где находился Гончая Ночи.
Долорес в панике последовала за Гумбертом.
Она была готова броситься и обнять Гончую Ночи, если бы это потребовалось.
Но.
"...!?"
Пустая комната. Шторы поглощали ветер, проникавший через открытое окно и развевались, как призраки.
Гончая Ночи, давно исчез.
Настойчивые крики паладина снизу выдали ситуацию.
"Вот беда! Флакон "Слезы Святой" пропала!"
"Ааа!"
Долорес открыла рот.
Теперь у неё было смутное представление о том, зачем он сюда явился.
И смутная уверенность в том, что теперь, когда он выполнил свое предназначение, она больше никогда его не увидит.
Пока Гумберт и паладины суетились и организовывали отряд преследования, Долорес смотрела в окно.
Пустая комната, открытое окно и холодный ветер вернули её к реальности.
Её сердце снова упало.