'Что это за место?'

Викир проверил свое тело.

В нем не было маны и оно было крайне слабым.

В нём не было даже и капли маны, которую он накопил за время бесчисленных сражений.

'Я в аду?'

Но это не так.

Это место было слишком скудным, чтобы назвать его адом.

Место, где даже ад выглядел бы более гостеприимным. Потому что это семья Баскервиль.

'Эта атмосфера, как не узнать место, где я жил как гончая последние 30 лет'

Запах крови, гноя, всего грязного и мертвого.

Викир Ван Баскервиль догадывался. Он вернулся в то время, когда только родился.

'Что же теперь делать?'

Тело, прожившее всего 100 дней. Мало что могло сделать.

Просто перевернуться и подать сигнал няне из общей детской, чтобы она покормила?

И в тот момент.

"Сплошной мусор"

Послышался знакомый голос.

Хьюго Ле Баскервиль, патриарх и глава Баскервиля, стоял в центре детской.

Едва услышав его голос, Викир по привычке едва не встал и не поклонился.

К счастью, это было невозможно из-за тела новорожденного.

Не спуская с него глаз он перевернулся на живот.

Увидев главного преступника, казнившего его, он стиснул зубы.

'Надо успокоиться'

В прошлом, чтобы стать полноправным членом семьи Баскервиль, чтобы его признал отец и чтобы изжить отговорки что он бастард, Викир боролся со стыдом и позором.

Что бы он ни делал от ярлык полукровки так и не отмыл.

'На этот раз всё будет по другому. Я не будет жить как гончая'

Вот так.

Появилась возможность, которая еще больше укрепила решимость Викира.

"Переведите детей в Колыбель Мечей"

Когда няня уносила его, мысли Викира метались.

'Неужели это первый обряд посвящения?'

Колыбель Мечей - это путь к реке Стикс, которое занимало место вокруг небольшого холма.

Пройдя через лабиринт из мечей и нырнув в реку Стикс, дети семьи Баскервиль перерождались в воинов.

Конечно, благословение реки Стикс не давало силы в равной степени.

Слабые умирают, а сильные выживают.

Сильный получит больше чем слабый.

Дети Баскервиля должны как можно скорее выбраться из Колыбели Мечей и окунуться в реку Стикс.

Нужно как можно быстрее и как можно дольше находится в реке, чтобы получить преимущество над своими братьями.

Поэтому Викир пополз сразу же, как только его бросили в центр Колыбели Мечей.

Он подвинул клинок обеими мягкими ручками.

"Кххх!"

Говорят, что дети из престижных семей получают вещи, которые помогут им в будущем, но дети из семьи Баскервиль должны с первого дня рождения хвататься за клинки.

Лезвие прорезало его кожу.

Каждый раз, когда он с силой протискивался между лезвиями, по всему телу проьегала жгучая боль.

Но это было неважно.

К такой боли он привык, прожив последние несколько десятилетий в качестве гончей.

Более того, чем глубже рана, тем лучше вода Стикса проникает в тело.

Викир знал все секреты, легенды и мифы Баскервиля.

Именно поэтому он знал, как извлечь максимальную пользу с реки Стикс.

Ожесточенная душа гончей вело мягкое тельце в ад.

Кровь, вытекающая из его тела и стекающая по холму, указывала прямой путь и кратчайшее расстояние для продвижения.

Викир продолжал ползти в указанном направлении, продолжая истекать кровью.

И вскоре он достиг его.

Через болото протекала река Стикс.

Если искупаться в этом месте, тело становится твердым, как сталь, а душа - чрезвычайно сильной.

Викир бросился в реку.

Плюх!

Ему было так же больно, как если бы погрузили в кипящее расплавленное железо.

Вода была настолько горячей, что от нее шел пар. Упав туда, с бесчисленными порезами по всему телу, можно было не сомневаться, что будет больно.

Но Викир терпел. И ждал.

Воды Стикса проникали сквозь порезы и раны.

Тело начало меняться.

Вода Стикса, проникая сквозь раны в кости и внутренности, превращала тело Викира из единицы в десятку если оценить.

'Чувствую изменения'

Викир был поражен тем, как такое удачное начало могло дать такие разительные изменения.

Тело предыдущей жизни было крепким и выдержанным, но по сравнению с остальными оно оставалось маленьким и худым.

Поскольку кости сами по себе были слабыми, были ограничения для крепления мышц, а поскольку пути маны были узкими, существовали четкие ограничения для повышения ауры.

Но его братья были другими. Высокие, с широкими костями и жилами маны.

Разные по таланту, качеству и стартовой линии (имеется ввиду ветвь главная/побочная/бастард семьи).

В прошлой жизни Викир едва не вышел последним из Колыбели Мечей.

Поэтому он не смог как следует насладиться эффектом реки Стикс.

Ведь все его братья уже впитали эту силу.

С тех пор из-за своего происхождения бастарда и скудных талантов ему каждый раз все доставалось в последнюю очередь.

Когда другие ели здоровую пищу, носили лучшие вещи, спали в удобных кроватях.

Он ел огрызки, носил дерьмовую одежду, спал в грязных местах.

Достижения, полученные им, присваивали его братья.

То же самое было и в войне с демонами.

Сколько бы демонов он ни убил, достижения всегда принадлежали его отцу или братьям.

Вознаграждения практически не было.

Убивать приходилось не только демонов, но и политических врагов отца, других людей.

Ему приходилось шпионить, совершать покушения, устраивать засады и запугивать все Семь Семей и благодаря этому он вознес Баскервиль на вершину Семи Семей.

Но каков был результат?

Казнь

Когда дичь исчезает и охота заканчивается, гончая уже не нужна.

Обвиненный в сговоре с демонами, Викир был казнен, неся на себе все грязные грехи Хьюго.

Его грех был только один.

Слишком много знал.

Викир прикусил губу.

"Ох"

Он не успел опомниться как стали расти зубы.

Вода Стикса хлынула яростно в коси и вскоре они стали толще, плоть жестче, а ствол маны шире.

Конечно, жгучая боль продолжала проникать внутрь, но это было неважно.

Викир даже начал пить воду.

Он думал о том, чтобы укрепить и изнутри свое тело.

Он вспоминал старую легенду, передававшуюся в Баскервиле.

'Давным-давно в Баскервиле жил непобедимый воин'

Сильнейший мечник, у которого даже при ударе топором не оставалось ни царапины на коже.

Но его конец был поистине абсурдным.

Отравленная стрела попала ему в пятку и он умер от отравления.

А все потому, что когда он был еще младенцем, кормилица взяла его за лодыжки и окунула вниз головой в Стикс, не омыв пятки.

'Не должно остаться открытых частей тела'

Викир изо всех сил извивался реке.

Он изо всех сил выкручивал свое тело, не оставляя ни одной части, не тронутой водой.

Из за этого раны открывались, но так было даже лучше.

Потому что вода хорошо проникнет в тело.

Он истекал кровью и тело начало неметь.

Он задыхался и хотел как можно скорее выбраться на поверхность.

Но этого нельзя было делать.

Река Стикс никогда не примет ребенка во второй раз, если он покинет её объятия.

Поэтому Викир отчаянно держался за камень в реке.

Он продолжал шевелить рукой, чтобы речная вода омыла ладони, держащей камень.

В это время.

Зазвучали голоса.

"Молодой господин! Вы должны выйти!"

"Если вы останетесь под водой еще дольше, вы умрете!"

"О Боже! Он может так умереть!"

"Хватайте его! Надо его вытащить!"

"Сын. Поднимайся"

Послышался голос Хьюго.

Но этот голос только разжёг ярость Викира.

Викир терпел.

Он не хотел всплывать и начал жадно пить воду реки Стикс.

Но тут грубая рука вытянула его.

"Пха...!"

Викир широко раскрыл рот, жадно глотая воздух.

Увидев его, Хьюго улыбнулся, что бывало редко.

"Хахаха, посмотрите на этого парня! Неужели уже прорезались зубы!"

Гончая обнажил клыки.