"Так говорить о своем Отце"

Мама Набоков нежно улыбнулась Амдусиасу.

"Ну-ну-ну, демоны — это тоже творения Бога. Оскорбить Бога — всё равно что оскорбить родного отца"

[Чокнутая бабка. Зря сюда явилась]

Амдусиас пренебрежительно фыркнул, словно посчитав, что противник не стоит усилий.

И затем быстрым движением он выбросил вперёд свое массивное копыто, намереваясь раздавить Набокова.

"Нет! Мама!"

Долорес прыгнула к ней, но было поздно.

Раздался громкий грохот.

"...?!"

"...?!"

[...?]

Викир, Амдусиас и Долорес застыли на месте от неожиданного поворота событий.

Удивительно, но Набоков протянула руку и одним лёгким движением без усилий свернула переднюю ногу Амдусиаса.

"Ну-ну-ну. Вижу ты хорошо знаешь историю. Как ты и сказал, Куовадис — действительно потомки того, кто "трижды отрёкся от Бога"

Первый Папа и апостол, а также первый патриарх семьи Куовадис. Первый апостол предал Пророка Рун и отрёкся от Бога трижды, прежде чем пропел петух.

"...но это ещё не всё"

Набоков говорила с не свойственной ей до селе уверенностью, её голос звучал ясно и отчётливо.

"После третьего отречения послышался крик петуха на восходе и апостол заплакал"

"Он вернулся в свою горную деревню, где Пророк Рун должен был воскреснуть и закрывшись ото всех, он начал создавать скульптуры"

"Бог знает, сколько времени прошло, прежде чем он получил зов воскресшего Пророка"

"Ты любишь меня?"

"Я тебя люблю"

"Ты любишь меня?"

"Я тебя люблю"

"Ты любишь меня?"

"Я тебя люблю"

"Пророк трижды повторил вопрос, а апостол прослезился и склонил голову"

"Затем Пророк спустился с горы"

"Апостол, босиком, следовал за Ним, спрашивая"

"Куда ты идешь, Боже?" (прим. Quo Vadis, Domine?)

"На что Пророк ответил"

"Я возвращаюсь туда, где умер, чтобы снова начать сначала" 

"Апостолу стало стыдно за свою трусость"

"Отсюда произошло название нашего рода, нашего святого рода"

.

.

.

Набоков наконец замолчала.

Она запустила руку в пышные складки рясы.

И вскоре в руке Набокова появилась устрашающая булава, от которой исходила леденящая аура.

Бум!

Набоков размахивала булавой с такой же легкостью, словно управлялась со швейной иглой.

Бух!

Передняя нога Амдусиаса снова неестественно вывернулась от удара.

[Что!? Сумасшедшая старуха!]

Когда Амдусиас поковылял назад, он одновременно натянул поводья.

В этот момент Уинстон с налитыми кровью глазами схватил первый попавшийся под ноги меч и бросился в атаку.

[Умри старуха!]

Зловеще вспыхнула характерная аура Мастера Меча.

Но.

"Ах, таскать с собой эту булаву так утомительно. Только спина затекает..."

Набоков с удивительной легкостью уклонилась от атаки Уинстона.

В то же время её обычно нежный взгляд стал острым, как лезвие.

"Священники не только опираются на священную силу, юнец"

В то же время Набоков ловко перехватила меч Уинстона тыльной стороной ладони, перенаправила его в сторону и всадила кулак в лицо Уинстона.

Раздался громкий хруст.

"Ах, ха, ох моя старая спина, бабушка сейчас помрёт~"

Пока Набоков издавалась над Уинстоном. Амдусиас попытался атаковать, изрыгнув пламя, но как только оно коснулось Набокова, она мгновенно рассеялось.

Даже грозный Амдусиас не смог ничего сделать Набокову.

А Викир, наблюдал за всем этим с открытым ртом.

"Невероятно"

Когда он впервые увидел Маму Набокова, он просто подумал о ней как о бабушке с деменцией, у которой осталось мало времени.

Но сейчас?

Давление, исходящее от маленькой пожилой фигуры перед ним, напоминало Кане-Корсо, восседающего на железном троне в Могиле Мечей.

[Аааргх... как, как это возможно?]

Похоже Амдусиас не ожидал, что Набоков будет столь грозной.

Примерно в то время.

"Ха-ха-ха! Чувствую мощную ауру! Аж кровь закипает!"

"...не теряй голову. Надо просто продержаться до прибытия имперской гвардии"

Прибыли главы семьи Донкихот и Ашер.

Глава Ревиадона и молодой глава Баскервиля, а также многие другие родители из разных семей также подтянулись к месту битвы.

После этого один за другим стали появляться профессора и элитные студенты.

Среди них была и Камус.

"Боже мой! Ви-ви... Чёрт!"

Камус, попыталась окликнуть Викира, но тут же прикусила язык.

Затем она заметила Долорес, которая стояла рядом с Викиром.

"А это ещё кто такая?!"

"..."

Викир только промолчал в ответ.

Появление Камус сбило его с толку, но как бы то ни было, битва подходило к концу.

Викир тихо отступил в толпу, терпеливо ожидая подходящего момента.

Затем.

"Гончая Ночи! Ты арестован!"

Кто-то сзади надавил на спину Викира и скрутил ему руку.

Профессор Банши. Он крепко держал запястье Викира.

Позади него, рядом со своим профессором, стояли на страже Тюдор, Санчо, Пигги и Бьянка.

"Гончая Ночи! Сдавайся! Ты окружен!"

"А-а-кхем! А-а-кхем! Мы должны помочь профессору! Не ослабляйте бдительность!"

"Уф... у меня ноги трясутся!"

"Нельзя упустить этого мерзкого преступника! Тогда мы станем знаменитостями, верно?!"

Перед толпой предстали гигантский демон и печально известный злодей Гончая Ночи.

В глазах общественности оба они были врагами человечества, поэтому это было неизбежно.

Именно тогда.

"Хм?"

Профессор Банши заметил что-то странное.

Это было нечто, что мог увидеть только тот, кто крепко держал Гончую Ночи.

Браслет.

Браслет, выдаваемый только студентам академии Колизео.

'"Это ключ, который позволяет проходить сквозь новый магический барьер. Судя по сообщениям, многие уже им пользуются. Я сам делаю их вручную, когда есть время. Я уже сделал для студентов, так что осталось только раздать. Постепенно начну делать и для преподавателей"'

Эти браслеты были специально изготовленными артефактами для студентов академии, которые они использовали при прохождении через магический барьер у главных ворот, кропотливо созданные директором Уинстоном.

Почему же оно было на запястье Гончей Ночи?

'П-подождите, Гончая Ночи это...'

Но его мысли прервал взревевший Амдусиас.

[Не думайте что всё кончено!]

Из всего тела Амдусиаса начал вырываться поток тьмы.

В то же время Викир почувствовал это.

'Вот оно. Наконец-то'

Наконец, демон решил использовать свою скрытую технику.

Каждый из Десяти Трупов обладал уникальными способностями.

И вот теперь, Пятый Труп, также собирался продемонстрировать свою способность.

Охота на детей.

Перед толпой собравшихся, Амдусиас сотворил своё самое страшное чудо.

Повсюду раздались странные звуки.

Звук прорастающих семян. Звук быстро растущих растений.

Проблема была в том, что эти звуки исходили из запястий студентов академии Колизео.

"Ч-что!?"

Профессор Банши в ужасе отшатнулся, отпустив Викира.

Браслеты, которые носили Викир и все студенты академии, начали сильно вибрировать, а затем одновременно вспыхнули чёрным светом.

Маленькие семена, прикрепленные к браслетам, быстро проросли корнями и вытянули стебли с поразительной скоростью.

"Что происходит!?"

Родители тщетно пытались срезать растения, прораставшие из запястий своих детей, но всё было тщетно.

Они были слишком прочными и росли слишком быстро.

Вскоре неопознанные чёрные растения поглотили всех студентов.

И они переплели свои стебли и корни друг с другом, слившись в одно целое.

Деревья, высаженные Уинстоном по всей территории академии, засыхали и умирали с пугающей скоростью.

Они направляли все питательные вещества в единое чёрное дерево.

"Что происходит...?"

Профессор Банши беспомощно смотрел на быстро растущее гигантское дерево.

Всех студентов засосало в огромный ствол дерева.

"Нет! Сын мой!"

"Квааааах! Отпустите мою дочь!"

"Этого не может быть! Верни наших детей!"

Но как бы ни протестовали родители и преподаватели, как бы они не атаковали дерево. Всё оказалось бессмысленно.

Худшее творение директора Уинстона.

Дерево Бездны.