Святая Мекка, население 160 000, курортный город с густыми лесами. Один из центральных городов, находящихся под прямым контролем семьи Куовадис.

Люди безмятежно и благоговейно ходили по улицам, вымощенным белым мрамором.

Каждый раз, когда на высокой часовой башне раздавался звон колокола, все замирали и молились священной табличке на крыше резиденции Куовадис вдалеке.

Викир стоял на крыше высокой башни и смотрел вниз.

Женщины и мужчины ходили в белоснежной парандже.

По строгим религиозным причинам, похоть и жадность строго порицалось.

Никакой наготы, никакой моды, всё белое и монохромное.

Здесь царила совершенно иная атмосфера, чем в деревне Балак.

Прожив там последние два года, Викир находил атмосферу Святой Мекки душной и неуютной.

Дождавшись наступления темноты, он направился в трущобы на окраине города.

Разбитые окна, потрескавшиеся стены, низины со стоячей водой и крутые лестницы.

Трущобы везде одинаковы.

Люди здесь были суровы и неприветливы, так как Куовадис изгонял грешников из центра города на окраины.

Викир поднялся по крутой лестнице и вошел в трущобы, расположенный на возвышенности.

Это были самые отдалённые и тёмные трущобы.

Из темноты раздался звон, двенадцать раз возвещавший о наступлении полуночи.

К этому времени людей было уже мало, но те, кто остался на улицах склонились, чтобы выразить свое почтение Куовадис.

Пробираясь сквозь ночь, Викир подошёл к колодцу и вытащил пузырек.

Это была Красная Смерть, чума, почерпнутая из пота Ахулы.

Викир вылил жидкость в колодец.

Он выпустил Красную Смерть в сердце Куовадис.

'Рано или поздно отреагируют'

Инкубационный период Красной Смерти составлял до десяти дней, минимум — один день.

'Тут полно священников и целителей, надеюсь они быстро вылечат заразившихся'

Затем.

"...!"

Викир встретился взглядом с группой детей, приближавшихся с другой стороны колодца.

Самый старший ребёнок, стоявший перед ним, посмотрел вперед и спросил.

"Есть там кто-нибудь?"

Дети остановились перед колодцем и крикнули внутрь. Они не видели Викира, который идеально слился с темнотой.

Тёмная безлунная ночь, Викир в маске.

Его никогда не узнают, но осторожность надо соблюдать.

Глаза Викира засверкали.

Сквозь глазницы маски прорвался багровый свет.

[Я ужас, летящий на крыльях ночи!]

Дети вздрогнули от слов Викира и разом уселись на землю. Некоторые успели описаться.

Викир строго предупредил их.

[Всякий, кто выпьет из этого колодца, умрет!]

Он не хотел втягивать детей в это.

"Привидение! Демон!"

"Колодец проклят!"

"Ааааа бежим!"

Дети в ужасе убежали.

Убедившись несколько раз, что все ушли, Викир закопал что-то возле колодца.

Кинжал.

Викир сразу понял, что именно семья Ревиодан высвободила Красную Смерть в джунглях.

"Посмотрю, как вы будете сражаться насмерть"

Религиозная семья Куовадис и ультра ортодоксальная семья Ревиодан враждовали на протяжении поколений.

Что произойдет, если Красная Смерть распространится в сердце семьи Куовадис?

'Надо действовать быстро'

Викир уже заметил, как несколько человек подходили за водой.

*  *  * Над главой работал Tilex

Гончая Ночи приложил не мало усилий, чтобы посетить официальную резиденцию Куовадис в самом сердце Святой Мекки.

Несмотря на поздний час, перед ней было припарковано несколько карет.

Даже ночью было много людей, которые хотели аудиенцию у Святой, чтобы исцелиться.

Большинство из них были дворянами и богатыми людьми, прибывшими в шикарных экипажах и все они осадили вход резиденции.

"Мы слышали, что вы здесь проездом! Пожалуйста, откройте нам дверь!"

"О Святая, я знал что вы здесь и я пришел попросить вас взглянуть на мою болезнь хотя бы глазком!"

"Пожалуйста, позвольте мне увидеться со Святой!"

Кажется, распространился слух, что Святая Долорес, прямой потомок Куовадис, в настоящее время находится в городе.

Святая Долорес, гордость семьи Куовадис, в настоящее время училась на втором курсе имперской академии, где она занимала должность президента студенческого совета.

Слухи о том, что она отдыхала здесь во время каникул, привлекли дворян и знатных особ со всех окрестностей.

Сквозь шум стука и криков из-за двери раздался голос.

"...кто там и что привело вас ко мне в столь поздний час?"

Голос был нежным, но с ноткой силы.

Дворяне и богачи оживились, услышав голос знаменитой Святой Долорес.

"Я зять Дома Альпонов, старший сын Дома Джонатана, который из поколения в поколение воспитывал выдающихся рыцарей и зять Дома Дортмунда"

"Я генеральный директор Союза гильдий Ипсена, субподрядчика семьи Буржуа, и пятый год занимаю должность президента городского совета Ипсена, а также являюсь почётным рыцарем, недавно посвященным в рыцари империи и два года прослужившим оруженосцем у графа Ле Баскервиля, Бостонтера!"

"Я второй сын Дома Чайлдс и если вы сможете вылечить меня от моих недугов, я могу подарить вам все плодородные земли вдали от главного дома Куовадис, а также виллу на тёплых берегах юга и целый парк частных экипажей!"

Но.

Ни одному человеку, каким бы могущественным и богатым он ни был, дверь не открывалась.

Святая Долорес держала дверь плотно закрытой и отказывалась открывать её кому-либо.

"Ваши статус и богатство не значат для меня ничего. Уходите"

Опущенные. Все они отправились по домам, провозглашая во весь голос, какие они замечательные и сколько они могли заплатить за лечение.

Потом, когда ночь уже близилась к концу, очередь исчезла и Викир был последним, кто стоял у дверей.

Было так тихо, что невозможно было понять, есть ли кто-нибудь за дверью.

Подойдя к двери, Викир вежливо постучал.

И действительно, он услышал голос Святой.

"Кто вы и что привело вас ко мне в столь поздний час?"

Викир задумался.

Мужчины, которые недавно во весь голос рассказывали кто они, так и не смогли ничего добиться.

Викир знал, кто такая Святая Долорес.

Он видел её на передовой, на самых кровавых полях сражений.

Она лечила раненых.

Её белая мантия была вся в крови, а из неё вырывалась слепящая святая сила.

Наконец, Викир заговорил.

"...просто заблудший агнец"

За дверью повисла тишина.

Викир ждал.

А потом.

Щелчок.

Дверь, которая была плотно закрыта, открылась.