"Илиада?"

Лицо Ахемана ожесточилось.

Илиада — это битва воина с воином не на жизнь, а на смерть, борьба за честь.

Вождь Акила мягко улыбнулась и повернулась к Ахеману.

"Ахеман, великий шаман Балак, ты — образец гордости и чести, защитник вековых традиций. Позволишь ли ты оболгать себя?"

Ахеман не мог не стиснуть зубы.

Он задавался вопросом, почему вождь, которая всегда считала его бельмом на глазу, восхваляла его.

Все это было ради Илиады.

Она решила использовать эту возможность, чтобы лишить власти шамана, пытающегося затмить власть вождя.

Она использовала свою дочь, чтобы подстрекать молодежь к разрушению суеверий и старых привычек, чтобы держать шамана под контролем.

Ахун решительно высказался.

"Отец. Ты всегда говорил, что мы должны чтить традиции. Илиада — одна из них"

"Закрой рот, я знаю!"

Ахеман стиснул зубы и повернул голову.

Перед ним стоял Викир.

Раб в одно мгновение превратился в местного героя.

Менее чем за два года, совершенно разношёрстный человек со стороны достиг того, о чём Ахеман мечтал всю свою жизнь.

Ахеман почувствовал, как его нутро выворачивалось.

Его гнев на Викира вспыхнул, как огненный столб.

"Хорошо! Я понял!"

Услышав заявление Ахемана, Викир кивнул.

Это был знак принятия.

Акила прошептала Викиру.

"Победишь...?"

"Если вы попросите меня это сделать, я это сделаю"

Викир был гончей Баскервиля более пятидесяти лет, до и после своей регрессии.

Он привык быть чьим-то мечом.

Акила удовлетворенно улыбнулась ответу Викира.

"Хорошо, я верю тебе, зятек"

"...?"

На мгновение Викиру показалось, что он уже слышал такие слова.

Все воины, и молодые, и старые собрались вокруг них.

Все воины наблюдали за происходящим.

Ахеман подумал про себя.

'Верно. Это к лучшему. Отличная возможность чтобы проучить этих сопляков'

Он поднял свои горящие глаза и уставился на Викира.

Всё вернулось бы на круги своя, если бы эта штука перед ним исчезла.

"Через три дня наступит полнолуние" 

Крикнул Ахеман.

"Дата — ночь полнолуния через три дня, место — здесь и я официально бросаю тебе вызов на Илиаду!"

Воины были ошеломлены свирепостью слов Ахемана.

Однако Викир, который стал его целью, был совершенно равнодушен.

Только.

"Три дня... давайте сейчас"

Воины снова были поражены непринужденным ответом Викира.

А вот Ахемана прошиб холодный пот.

Три дня на подготовку пойдут насмарку.

Викир предвидел это, поэтому и не дал Ахеману времени.

'Пытается затянуть Илиаду своей обычной бравадой...бесполезно'

Викир тоже изношенный и оборванный старик, который всё повидал, но Ахеман был не ровней ему.

На самом деле, как человек, переживший Эпоху Разрушения, он превосходил старого шамана в искусстве обмана.

"Илиада по традиции предоставляет претенденту право выбора даты и места"

Услышав слова Викира, Ахеман издал болезненный звук.

Он всегда открыто говорил о необходимости чтить традиции, поэтому он не нашел слов, когда речь зашла о традициях.

Он погрузился в себя и его собственные слова тяготели его.

Увидев это, Айен усмехнулась.

"Как и ожидалось, Ахеман как всегда"

Айен подстрекала, затем повернула голову в сторону.

Она увидела своего верного подчиненного, надежного союзника и близкого друга, волка, стоически сидящего рядом с ней.

Айен погладила пушистые ушки и наклонилась к нему, чтобы тихо прошептать.

"Иди в деревню и скажи им, чтобы они приготовились приветствовать победителя Илиады" (прим. волк умеет говорить?)

Оставшимся в деревне было поручено подготовить прием для Викира.

Но.

"Не надо"

Айен удивилась от слов Викира

"Если возлагаешь большие надежды, то всегда получишь противоположный результат"

Трудно приспособиться к переменам, когда ты так уверен.

Викир наблюдал, как Ахеман вдалеке стиснул зубы.

Он был шаманом, поэтому в бою могло быть много неожиданностей.

Викир сражался с многими шаманами, колдунами, алхимиками и почти каждый раз они выкидывали неожиданный трюк.

'Нельзя терять бдительность'

Гончая сделает всё возможное, чтобы поймать кролика.

Викир вспоминал всю имевшуюся у него информацию до регрессии, отметив все возможные непредвиденные обстоятельства.

Видя осторожность Викира, Айен тоже насторожилась.

Она хотела быть максимально полезной, поэтому рассказала ему всё, что знала об Ахемане.

И в один из моментов её рассказа, Викир насторожился.

"Подожди минутку. Расскажи ещё раз"

Увидев интерес Викира, Айен взволнованно заговорила.

"О какой части ты говоришь, о вкусе Ахемана в отношении нижнего белья? По словам мальчика, отвечающего за стирку, он предпочитает леопардовые обтягивающие шкуры"

"...до этого"

"О... его происхождение?"

Айен прошептала Викиру то, что услышала от Акилы.

На тот момент это был секрет, о котором не знал никто, кроме Акилы, Айена и самого Ахемана.

"Ахеман не коренной Балак. Он изначально был членом другого племени и был похищен когда он был того же возраста что и ты, Викир"

Викир был немного удивлён, услышав это.

Он считал себя коренным Балак, но на самом деле он был чужаком.

Ещё больше Викира удивило то, что сказала Айен дальше.

"Он ходил и говорил, что его поймали на охоте за мужем, но...на самом деле его отдали в рабство. К тогдашнему озабоченному шаману" (прим. О_О)

Возможно, потому что он был чужаком, которого в подростковом возрасте взяли в рабство, Ахеман увидел в Викире себя.

Поскольку Викир, который был таким же, следовал всем традициям и стал героем, которого все уважали, Ахемана каждый раз выворачивало.

"В общем. Он был секс-рабом, дождался момента и убил шамана, поглотив его силы"

Айен продолжила рассказывать о кровавой борьбе, которую пришлось пережить Ахеману, чтобы вписаться в общество Балак.

"Ему не было места в обществе Балак, где ценилась физическая сила и его презирали за убийство шамана, который его воспитал, поэтому он был готов на всё, чтобы быть принятым в свой новый народ"

Он брался за любую работу в деревне: от сбора экскрементов до перегона опасной дичи.

Для него было обычным делом вставать на рассвете и держать в руках обувь предыдущего вождя, согревая ее теплом своего тела.

В то время, чтобы произвести впечатление на Акилу, которая была еще ребенком, он катал её на спине, ползая на четвереньках как собака.

И к тому времени, как его приняли в племя, он уже поседел.

Став стариком, он не мог не заметить привилегий юности, которыми ему не удалось насладиться.

Кровь, насилие и порывы, сдерживаемые в юности, вырвались на свободу в полной мере и вызвали чувство удовлетворения.

И поэтому он стремился свергнуть власть вождя Акилы и поглотить Балак.

Тем временем у Викира возник вопрос.

"...из какого племени был родом Ахеман?"

"Хммм. Не знаю"

Викир кивнул в ответ на ответ Айена.

На данный момент это не имело особого значения.

Между тем, Ахеман с самого начала нервно ёрзал.

Она только усилилась, когда Викир вышел вперед.

Викир, опытная гончая, не спешил, медленно, постепенно, с каждым шагом затягивал поводок на своей добыче.

Подготовленный к любым неожиданностям, Викир отправился в бой.

Но прежде чем развернулись события Илиады, произошёл смертельный поворот событий, которого даже Викир не мог предвидеть.

Позади него кто-то топнул ногой по земле.

А потом кто-то схватил Викира за запястье и дёрнул его назад.

Викир повернул голову.

"...!"

Губы каснулись губ Викира.

Айен смотрела на Викира жадным взглядом.

"Выиграй и возвращайся. И получишь главный приз"

Она ухмыльнулась и толкнула Викира в грудь.

Викир хотел что-то сказать, но передумал.

Это сейчас не самое главное.

Вельзевул вырвался с артерии на запястье, обнажая черный шип.

Железнокровная гончая спущена с поводка.