Бздыщь!
Взмах Луны Клином Лунного Полумесяца столкнулся с синим волшебным мечом, вызванным Элерис.
- …!
Однако, просто прикоснувшись к нему, залитое лунным светом лезвие разбило синий волшебный меч Элерис.
Было трудно принять тот факт, что Элерис была архидемоном, но я увидел, что Элерис была не только искусна в магии, но и преуспела в ближнем бою.
Бздыщь! Лязг! Визг!
Элерис призвала меч из магической энергии и вступила в бой с матерью Эллен.
Удивительно, что Элерис обладала значительными навыками ближнего боя, но мать Эллен, Луна, превосходила даже это.
Это было еще не все.
Внешний вид ненормально увеличенной луны был выше всяких иллюзий.
Было ли это вообще волшебством с самого начала?
И Клинок Полумесяца, словно вытащенный из огромной луны, излучал слабый холодный лунный свет.
Особенно необычными были движения матери Эллен, Луны Арториус.
Трудно было найти способ описать их.
У Луны Арториус была человеческая форма, но она не двигалась как человек.
- …
Она не бегала, не атаковала и не выполняла каких-либо обычных движений на мечах, таких как удары с силой. Не похоже, чтобы за каждым движением стояла великая сила.
Однако Элерис совершенно не могла реагировать на её медленные движения.
Нападение будет означать причинение вреда матери Эллен.
Но такие опасения были излишними. Я слишком хорошо понимал, что вмешательство в эту ситуацию было бы равносильно самоубийству.
Клэнг! Скррр!
Каждый раз, когда призванный волшебный меч Элерис встречался с залитым лунным светом клинком, он разлетался на куски, заставляя Элерис продолжать призывать новые мечи.
Элерис изо всех сил пыталась отразить, казалось бы, медленные удары.
Хлоп! Бздыщь! Бам!
После десятков обменов ударами Элерис просто сосредоточилась на отступлении.
Это было невероятное зрелище, что огромные навыки Элерис в ближнем бою были так легко превзойдены Луной Арториус.
Медленно, но быстро Луна Арториус атаковала с ощущением, которое, казалось, превосходило восприятие.
Изо всех сил пытаясь удержаться, Элерис на значительном расстоянии заговорила.
- Я не знаю, кто вы, но… Нам не нужно сражаться.
У Элерис, конечно же, не было другого выбора, кроме как узнать, что Луна Арториус была матерью Эллен.
Однако Луна медленно покачала головой.
- Архидемон. Никто в этом мире не хочет сражаться.
- Последняя Война Демонов родилась не из желаний демонов и людей, а из взаимного страха.
- Все конфликты возникают таким образом.
Луна Арториус, вооруженная Клином Лунного Полумесяца, медленно подошла к Элерис.
- Чего бы вы ни хотели, это не имеет ко мне никакого отношения. Неважно, чего хотел предыдущий Король Демонов или что он пытался сделать.
- Я не могу определить, был ли древний Король Демонов, Валир, добрым или злым, и до сих пор не знаю. Более того, мне все равно.
- Однако существование Короля Демонов спровоцировало великую войну, и эта война в конечном итоге привела к смерти моего сына.
- Даже сейчас я не знаю, добрый ты или злой. Ты можешь быть добрым, а люди могут быть злыми. А может быть, вы оба добры, или оба злы. Убийство Короля Демонов, возможно, приведет к крайне злому исходу. Но все это не важно.
- Важно то, что страх, а не желание или жадность, ведет к конфликту.
- Страх между Дарклендом и людьми породил великую войну, унесшую жизнь моего сына.
- Страх перед нынешним Королем Демонов породит новый конфликт, и на этот раз он может забрать и мою дочь.
- Я не знаю, чего вы хотите, и я не знаю, что вы пытаетесь накопить с помощью этих действий. Но это не имеет значения, даже если бы я знала.
- Твоё простое существование является символом и воплощением страха. Пока ты существуешь, одно только твое существование будет приводить к конфликтам, и моя дочь будет вовлечена в них.
- Как и все другие конфликты, коренящиеся в страхе, я ничем не отличаюсь.
- Я боюсь, что вы заберете мою дочь.
- Значит, это не по каким-то тривиальным причинам, таким как добро и зло или законность существования. Я собираюсь убить тебя потому, что моя дочь дорога мне.
- Действие, вызванное простым страхом, за пределами добра и зла.
- Как мать.
- Я хочу защитить своего оставшегося ребенка.
Являюсь ли я другом Эллен или кем-то еще, чего я действительно хочу, не имеет значения.
Мать Эллен считает, что само мое существование уже является семенем конфликта, поэтому она намеревается убить меня.
Ни убеждения, ни искренность не сработают.
Луна Арториус говорит с лунным светом позади нее.
- Итак, умри.
Швик!
В мгновение ока она преодолела расстояние и появилась прямо перед Элерис.
Её движения были медленными, но она пересекала пространство так быстро, что Элерис не успела среагировать.
Свуш!
- Фу!
Элерис, пораженная Клином Полумесяца в грудь, отбросило назад, несколько раз перекатившись по земле.
Угу… гу…
Хотя казалось, что она избежала смертельного удара, каким-то образом воздвигнув барьер, Элерис схватилась за грудь и задыхалась.
Кух! Кха!
Сжав рот ладонью, Элерис закашлялась кровью.
Хотя она не была пронзена мечом, её тело, казалось, было повреждено только от удара.
Луна Арториус снова сделала шаг вперед.
Если она снова пересекла пространство.
Элерис умрет.
Могу ли я это сделать?
Могу ли я остановить её?
Поскольку в моей голове путались многочисленные мысли, мои действия опережали мои мысли.
Свуш!
В следующее мгновение я уже призвал Альсбрингера и напал на Луну Арториус, прежде чем она успела сделать еще один шаг.
Хотя меня оттолкнуло огромное сопротивление, когда я атаковал, она прищурила глаза, глядя на меч в моей руке.
- …Альсбрингер?
Впервые на её лице появилось выражение.
Луна Арториус меня не знает. Однако она, должно быть, услышала мою историю от Эллен.
Эллен рассказала бы матери о том, какой я человек.
Должно быть, она также слышала, что я хозяин Тиамат.
И она, должно быть, знала, что я, как хозяин Альсбрингера, стал известен миру.
Выражение лица Луны Арториус стало жестче, когда она собрала воедино головоломку своих мыслей.
- Может быть… вы Рейнхард…?
Это было неизбежно, что я должен был раскрыть это, так как было ясно, что только священный артефакт может противостоять Лунному Полумесяцу.
Ей было нехорошо знать, что я Рейнхард.
- Ты играл с моей дочерью все это время?
Естественно, такая реакция должна была произойти.
До сих пор она двигалась медленно, но её глаза сверкали, когда она прыгала ко мне.
Свист!
- !
Кланк!
- Фу…!
Одиночный удар.
Я выдержал, но у меня сломалось запястье, и Альсбрингер выскользнул из моей руки.
- Ты нашел это забавным, архидемон?
Глаза Луны Арториус были полны убийственного намерения.
Должно быть, она подумала, что я играю с сердцем Эллен.
Если бы она узнала, что Рейнхард, о котором говорила Эллен, на самом деле был Королем Демонов, её мысли неизбежно привели бы к такому выводу.
Вот почему Луна Арториус, которая бесстрастно пыталась убить меня, теперь злилась.
Альсбрингер выскользнул у меня из рук, и моя грудь широко распахнулась. Вонзит ли она свой меч или свернет мне шею, я умру в следующее мгновение.
И я, и Элерис умрем.
Так я погиб от рук матери Эллен, когда пришел сюда, чтобы захватить Кантус Магну?
Однако, повезло ли, что её гнев был спровоцирован?
Бах!
- Угх…!
Она схватила меня за шею левой рукой и подняла в воздух. Её глаза, полные ярости, смотрели на меня.
В правой руке она держала залитый лунным светом меч, излучавший опасный свет.
- Архидемон, почему ты играл с сердцем моей дочери?
Она уставилась на меня. Стоит лишь небольшой силе её хватки, и моя шея сломается. магическое укрепление тела, магия слов и самовнушение были бесполезны.
По крайней мере, равно, если не больше, чем Савиолин Тернер
Это абсолютное существо могло относиться к моей жизни меньше, чем к жизни мухи.
- Это твоя месть? Ты что-нибудь выиграл, издеваясь над сердцем сестры того, кто убил твоего отца? Это твоя жалкая месть? Просто такой поступок?
Она могла думать об этом только так.
Ей было бы непостижимо понять, как сын Короля Демонов мог встретиться и сблизиться с младшей сестрой героя.
Луна Арториус, которой, казалось, не хватало некоторых человеческих качеств, не могла отказаться от своей человечности как родителя и пыталась убить меня.
И поэтому она не могла не думать так, как только узнала правду о моих отношениях с Эллен, что могло быть для нее только глубокой раной.
Что все мои действия были ради мести.
- Тебе понравилось представлять боль, которую испытает моя дочь, когда узнает правду? Думаешь, ты победишь, если умрешь от моей руки здесь, зная, что твоя смерть принесет горе и моей дочери? Почему? Зачем? Моей дочери, которая не принадлежит ни к империи, ни к королевской семье, ни даже к человечеству… Почему к моей дочери…!
Глоток.
- Говори, архидемон.
Не в силах полностью контролировать свои эмоции, кипящая ярость в её глазах усилилась, а хватка её левой руки вокруг моего горла стала крепче.
Месть?
Для кого-то вроде меня, кто не держит обид, чтобы отомстить?
На самом деле это никогда не могло быть местью.
Итак, в глазах Луны Арториус было столько грубого подозрения, сколько и гнева.
Когда удушающая боль усилилась, угрожая сломать меня.
Мне едва удалось поднять сломанную руку и схватить руку, сжимавшую мое горло.
- Так… разве это не разрешено?
Не то чтобы это запрещено.
Это не может быть местью.
Ты тоже не понимаешь моих действий.
- Разве мне не разрешено… любить твою дочь… хоть немного…?
- …Что?
В конце концов, причина была проста: она мне нравилась.
Это единственная причина, настолько простая, насколько это возможно.
Хватка Луны Арториус ослабла, удивленная моими словами.
Я отчаянно оттолкнул её хватку и закричал.
- Да… Я Король Демонов, но мне нравится твоя дочь! Ну и что! Что ты собираешься с этим делать!
- Э… что?
Следуя за её гневом, я также увидел растерянное выражение лица Луны Арториус.